Я не сойду с ума - Люсинда Берри

- Вы присутствовали при стычке после похорон? - спросил Рон.

Я кивнула. Я пошла проститься с Элисон; хотя и ненавидела находиться в доме, где кто-то недавно умер. Так было с тех самых пор: как не стало моего дяди, мне было девять. Я не любила дом, по которому бесцельно бродили люди, словно было куда идти, как все боялись говорить громко, и казалось, что там полно насекомых. Дом Элисон был таким же.

Люк поднял брови.

- Социальные работники часто ходят на похороны родственников своих подопечных?

Конечно, нет. Он знал это не хуже моего, но Бауэры стали мне семьей. Я проигнорировала его вопрос, сосредоточив внимание на Роне.

- Как вел себя Грег перед стычкой? - спросил Рон.

- Совершенно расклеился, - сказала я.

Никогда не видела, чтобы мужчина так плакал. Было что-то особенно опустошающее в фигуре рыдающего мужчины. Он сидел за обеденным столом, спрятав лицо в руках, плечи тряслись. Всхлипы шли из глубины. Семья собралась вокруг.

- А Бауэры? Как они?

- Немногим лучше. Ханну на день отпустили из больницы, но я не уверена, что это было правильно. Она едва держалась на ногах от горя.

Кристофер усадил ее в гостиной, и я подошла прямиком к ним. Я редко видела их без детей. Накануне я помогла устроить Джейни в «Новые горизонты», лечебное учреждение, где доктор Чэндлер выбила ей место. У них был самый длинный лист ожидания в стране: немногие частные учреждения работали с детьми, шести лет но доктор Чэндлер воспользовалась дружбой с новым директором, и он нашел место для Джейни, как только ему описали ее положение. Я же устроила, чтобы Коул остался с мамой Кристофера.

Я положила руку на колено Ханне.

- Мне очень жаль, - сказала я.

- Это какой-то кошмар. Совершенный кошмар. Мне все кажется, что ничего не было, - на лице отразился груз отчаяния. - Я не знаю, как я это переживу.

Я обняла Ханну. Она застыла, полная невыраженных эмоций. Я потеряла дар речи. Она права. За двадцать лет работы подобного я не видела. И едва ли увижу. Этот случай будет меня преследовать.

- Что вывело Грега из себя? - спросил Люк, возвращая меня к реальности.

- Не знаю. Кажется, никто не знает. Вот он сидит плачет в соседней комнате, а в следующую секунду бросается на Кристофера и Ханну.

- Он собирался драться с ними?

Я покачала головой.

- Он хотел их прогнать. Кричал, что они виновны в смерти Элисон.

Рон приподнял скрытую камеру.

- Он это видел?

- Видел.

Мы все это уже видели. Камера висела над камином в подвале, откуда открывался отличный обзор лестницы с лестничной площадкой. Запись шла без звука, но по движениям Элисон и Джейни было понятно, что они дерутся, хотя лиц не было видно. Они двигались туда-сюда по экрану. Потом в долю секунды нога Джейни метнулась вперед, и Элисон покатилась по лестнице. И вот она лежит внизу, последние моменты сохранены до каждой болезненной детали. Ноги Джейни не двигались со своего места еще семь минут и тридцать две секунды.