Живые мёртвые - Нотан Парков

– К городу летят, – Прокомментировал он происходящее, когда два самолёта, со свистом разрезая воздух, пролетели прямо над холмом. Они опустились так близко к земле, что на одном из них подростки смогли разглядеть неосторожно намазанные белой краской буквы и номер: "МВ-96".

Группа спешно вышла на край холма, где парни только что растягивали последнюю сигарету из пачки Вити. Все с любопытством наблюдали за полётом. Спустя минуту оба самолёта, казалось, были прямо над городом. Один из них, тот, что летел первый, стал быстро сближаться с землёй, будто шёл на посадку.

– Но у нас же нет аэропортов, – С недоумением только и успела сказать Женя, а когда все её поняли, то уронили челюсти.

Мерзкий свист. Взрывы. Один за другим… Глухие, громкие, такие, что сотрясали всё вокруг. С ближайшего дерева, недовольно каркнув, вспорхнула ворона и удалилась с картины безжалостного уничтожения города.

Ни у кого не нашлось слов. Ребята просто смотрели на то, как под десятками бомб рушится их город. Город, где каждый провёл своё детство, учился в школе, встречал друзей, любовь, ходил в кино, гулял. В этом городе остались все самые приятные воспоминания, все родные, близкие, семьи, родители. Всё, что когда-то казалось таким обычным и повседневным, горело ярким пламенем напалма, уничтожая всё хорошее, что было в жизни каждого из школьников.

ГЛАВА 3

Смерти не избежать. Смерти своих близких не избежать. Люди не живут вечно, но, когда кто-то умирает, всегда оказываются не готовы, чтобы это принять. И когда всё это происходит на твоих глазах, хоть и не фактически, но ты знаешь, что твои любимые сейчас умирают под градом заряженных напалмом бомб, всё ощущается по-другому. Перед глазами встают все лица, в голове быстро-быстро проскакивают их имена, а вдалеке, но в то же время так близко, будто прямо за спиной, так приятно звучат их голоса. Голоса тех, кто навсегда остались в этом городе, похороненными под руинами разрушенных многоэтажек.

Почти все девчонки взахлёб рыдали, парни еле как сдерживались, но сохраняли сухое мужское лицо до конца, хоть и сами испытывали то же, что и их подруги. Всё же даже в самом богатом языке мира не найдётся слов, чтобы описать боль, которую испытывал каждый в глубине души.

Группа медленным траурным шагом вернулась на поляну и долго молчала. Все были заняты своими мыслями, перебором всех самых лучших воспоминаний и моментов, которые навсегда остались в коридорах горящих городских улиц.

– Куда дальше? – Спросила Вероника, сидя на холодной земле и крепко обнимая колени. Пустой и безжизненный взгляд был направлен в незримую точку где-то впереди и совсем не хотел от неё отрываться.

– Неверный вопрос, – Сухо ответил Коля, сидящий рядом. – "Что дальше?"…

– Да кто знает, что дальше… – Потерянно уткнулась она носом в свои колени.

И правда. Такой простой и понятный вопрос смог оказаться таким недоступным для толпы выпускников. Для них было сложно представить, что всё, что они пережили за первую половину дня, станет лишь началом огромного кошмара, в который превратился их мир. В один момент вся жизнь перевернулась с ног на голову. Если раньше всё имело свою закономерность, то сейчас никто не был уверен даже в том, что будет через час, не говоря уже о днях и месяцах.

Витя с Федей вернулись на край холма и снова присели, наблюдая картину догорающего города. Все мысли и чувства, которые были связаны с этим городом, медленно тлели на остовах домов, постепенно разрывая связь с жизнью школьников до сегодняшнего дня.

– Я даже не знаю, что сказать… – С досадой констатировал Федя, с ужасом глядя на поднимающиеся над городом клубы чёрного дыма.

– Не нужно ничего говорить, – Холодно ответил Витя.

– Они в панике.

– Когда они протрезвеют, станет ещё хуже. Сейчас им хочется сесть на землю, кричать, рыдать, бить кулаками по траве и всё такое. Позже они осознают произошедшее с чистой головой, и тогда найдутся слова, но говорить не будет необходимости.

– А ты почему так спокоен? – С презрением удивлялся парень.

– Не вижу толка в том, чтобы беспокоиться. Я ничего не смогу изменить, значит и переживать нет смысла.

– Что будем делать? – Спросил внезапно подошедший Коля.

– Эта царапина… – Сказал Федя, пристально изучая свою руку. – Тот мужик, который оставил её… Кажется, у него хрустнула шея, когда я бросил его в канаву, поэтому вряд ли он встал после вчерашнего. Можно вернуться в деревню, где мы были, и разобраться с тем, кто это был.

– Думаешь, они согласятся? – С недоверием на лице кивнул Коля в сторону поляны, где была их группа.

– Они напуганы, – Уверенным тоном вмешался Витя. – Им некуда идти, они в лесу, а вокруг них мертвецы.

– И военные, – Добавил Коля.

Витя с наигранным удивлением поднял брови, Коля испугался такой реакции и стал растерянно мотать головой, глядя то на Витю, то на Федю, в ожидании, что они объяснят ему.

– Нет, – С восхищённой улыбкой Федя помотал головой. – Без военных, – Хитро покосился он на Витю.

Посидев ещё немного на краю, парни вернулись к своим, которые до сих пор пытались свыкнуться с происходящим. Мужской части группы по понятным причинам это далось легче, а вот девчонки сидели в худшем состоянии из всех, но уже хотя бы прекратились слёзы.

– Подъём, пора в дорогу, – С неуместным задором воскликнул Витя, встав в центре поляны в ожидании, пока все поднимутся с земли. – Пойдём в деревню, откуда мы приехали.

– Чего? – Подняла красные глаза Вероника.

– Идём, говорю, – Ответил парень, сделав вид, что не заметил в этом вопросе отказа.

– С чего бы? – Со злобой вмешалась Оля.

– Не понял, – Поднял Витя брови и посмотрел на свою недоброжелательницу.

– Какой смысл? – Уже не с яростью, а с какой-то безнадёжностью и растерянностью спросила Оля.

Витя увёл взгляд в сторону, несколько секунд задумчиво посмотрел куда-то в землю, а затем снова взглянул на одноклассницу.

– Скажи мне, тебе нравится то, что сейчас происходит? – Спокойно спросил он.

– Ты сейчас серьёзно?

– Да, нет? – Настоял парень.

– Ты вообще придурок?

– Полагаю, это значит "нет", – Также спокойно, не реагируя на слова Оли, сказал Витя. – В любом случае это не имеет значения по одной простой причине – это уже случилось. Погибли люди, много людей, но это уже произошло, и ты ничего не можешь с этим сделать. Конечно, ты можешь сидеть здесь, рыдать, думать о