Клуб адского огня - Питер Страуб

— Когда будет готов ланч?

— Через полчаса. Я делаю свежий майонез для салата из омаров.

— Сделай побольше, Дэйви любит твой майонез.

— Мистер Ченсел тоже.

— Мистер Ченсел любит все, — сказала Дэйзи. — Если только это не мешает сну или бизнесу. — Она на секунду замялась. — Ты не могла бы минут через пятнадцать принести нам по свежей порции выпивки? А то Нора немножко бледная. И пусть Джеффри откроет бутылку вина, как только мы спустимся вниз.

Нора подождала, пока Мария выйдет из комнаты, а повернувшись, увидела, что Дэйзи внимательно изучает ее, чуть заметно улыбаясь сквозь облако сигаретного дыма.

— Кстати о Хьюго Драйвере, там какие-то неприятности с его наследством?

Дэйзи подняла брови.

— Дэйви встал среди ночи, чтобы посмотреть киноверсию «Ночного путешествия». Сказал, что Элден хочет, чтобы он разобрался с какой-то проблемой.

— Проблемой?

— Он, кажется, сказал, есть какой-то нюанс.

Дэйзи опустила брови, вложила в рот сигарету и подняла бокал. Медленно кивнув несколько раз, она вынула изо рта сигарету, выдохнула дым, щедро отхлебнула из бокала и облизнула губы.

— Я всегда рада твоим визитам в мою скромную келью.

— А вы когда-нибудь встречались с Хьюго Драйвером?

— О нет. Он умер еще до того, как мы с Элденом поженились. Элден встречался с ним два или три раза, когда он наносил сюда визиты. Причем Хьюго Драйвер спал в этой самой комнате.

— Поэтому вы и обосновались здесь? — Нора оглядела узкую длинную комнату, пытаясь представить, как она выглядела в тридцатые годы.

— Возможно. — Дэйзи пожала плечами.

— А книга, над которой вы работаете, она... в чем-то перекликается с произведениями Драйвера?

— Я и сама уже не знаю.

— Мне очень любопытно.

— Мне, кстати, тоже!

— А кто-нибудь читал то, что вы пишете?

Дэйзи выпрямилась и, повернувшись к Норе пухлой щекой с упавшей на нее прядью мягких седых волос, посмотрела на тянувшиеся по стене от камина книжные полки. Затем взглянула на Нору с каким-то нечитаемым, но вовсе не рассеянным выражением в глазах:

Когда-то давно я давала моему агенту почитать пару глав. К сожалению, за последние годы мы... отдалились друг от друга. И с тех пор рукопись так менялась... Несколько раз. Можно даже сказать, что она несколько раз менялась полностью.

— Похоже, агент не слишком помог вам.

Дэйзи коротко и невесело улыбнулась.

— Я простила его, когда он умер. Это было самое меньшее, что мог сделать каждый из нас. — Она допила содержимое бокала, затянулась сигаретой и выпустила тоненькую струйку дыма, которая, долетев до вазы, ударилась об нее и растаяла.

— А с тех пор?

Дэйзи склонила голову набок:

— Ты просишь почитать мою рукопись, Нора? Извини. Я хотела сказать — ты предлагаешь ее прочесть?

— Я хотела только... — Нора изо всех сил старалась выглядеть как можно спокойнее. Свекровь изучала ее глазами, которые, казалось, стали вдруг вполовину меньше своего обычного размера. — Я просто подумала... может, мнение читателя могло бы быть вам полезным. Я ведь не критик.

— А мне и не нужен критик, — через свой обширный живот Дэйзи грузно потянулась вперед и потушила сигарету. — Что ж, это может оказаться интересным. Пара свежих глаз и все такое. Я подумаю об этом.

Легкий стук в дверь, и Мария внесла поднос с двумя высокими бокалами. Она забрала пустой бокал Дэйзи и поставила вторую порцию выпивки для Норы рядом с почти нетронутой первой. «Я дам вам баночку майонеза с собой домой, миссис Нора», — сказала итальянка.

Нора поблагодарила.

— Там у мальчиков все в порядке, Мария?

— Все замечательно.

— Никаких криков? Никаких угроз? — Нора редко видела Дэйзи такой.

Мария с улыбкой покачала головой.

— Они говорят о чем-нибудь интересном?

Улыбка Марии стала вдруг напряженной.

— Понимаю. Что ж, если они спросят — а они, конечно, не спросят, — можешь сказать, что уж мы-то разговариваем только об интересных вещах.

Нора вдруг открыла для себя, что самые тесные взаимоотношения у Дэйзи, пожалуй, с Марией.

И тут Дэйзи снова удивила невестку, подмигнув ей:

— Разве это не так, дорогая? — Эта живая и яркая Дэйзи появилась сразу после того, как Нора попросила у нее почитать рукопись.

Нора кивнула: да, разговор их необычайно интересен, и Мария, радостно улыбнувшись ей, вышла из кабинета.

— Как вы думаете, о чем они говорят там, внизу?

— Хочешь заставить учащенно забиться сердце издателя: трип-трэп, трип-трэп — как копытца козленка цокают по деревянному мостику? Покажи ему какое-нибудь захватывающее кровавое преступление, которое он назовет «настоящим преступлением». — Дэйзи снова невесело улыбнулась и сделала глоток из принесенного Марией бокала. — Тебе не нравится эта зависимость? Я, пожалуй, совершу настоящее преступление. Сразу после того, как напишу документальный роман. Трип-трэп, трип-трэп, трип-трэп. — Она открыла рот, закатила глаза и схватилась за сердце в притворном экстазе. — Я знаю: я совершу настоящее преступление, написав документальный роман о Хьюго Драйвере. — Дэйзи захихикала. — Может быть, этим я и занималась все эти годы. Может, Элден отвалит мне за это миллион долларов, и я отправлюсь на Таити.

— Может, я поеду с вами, — подыграла Нора. Забавно было бы отправиться на Таити с Дэйзи Ченсел.

Дэйзи покачала пухлым указательным пальцем.

— Нет, не поедешь. Не поедешь. Ты не можешь уехать и оставить Дэйви одного.

— Пожалуй, нет, — сказала Нора.

— Нет, нет и нет. Ни за что.

— Конечно, нет, — сказала Нора. — А вы действительно пишете документальный роман?

Дэйзи смотрела на нее почти со злорадством, будто знала такие диковинные секреты, на которые могла намекать сколько угодно, не боясь раскрыть их. Нора заглянула в ее блестящие, словно подернутые пленкой глаза и поняла, что Дэйзи почти решилась дать ей свою рукопись.