Совиные врата - Андреас Грубер

Я поспешно огляделся. В нише увидел тело Бьёрна: оно всё ещё сидело на стуле. Они что, пока я спускался, даже не похоронили его? Больше ничего подозрительного я не заметил.

Я уже хотел выйти из зала, но вдруг замер. Тело Бьёрна давно должно было начать разлагаться и смердеть. Но запаха не было.

Мой взгляд снова вернулся к стулу. Осторожно я подошёл ближе. Тот, кто сидел там, был не лысый Бьёрн. Я обогнул деревянную колонну и уставился на мертвеца, скрючившегося на сиденье.

Йертсен.

О боже!

Затылок у него был вывернут к спине, глаза смотрели в потолок. Пальцы глубоко впились в горло и кадык. Он… задушил сам себя.

На всякий случай я нащупал у него пульс. Ничего. Сердце бешено колотилось. Я оглянулся. Пора было убираться отсюда.

И тут где-то в глубине станции хлопнула дверь. Я услышал скулёж Роя, а мгновением позже — крик Марит.

— Марит?

Я сорвался с места и помчался по коридору. Первые лампы уже погасли.

— Марит!

Ответа не было — только душераздирающее скуление Роя.

Дверь в комнату Рённе стояла настежь. Я ворвался внутрь. В комнате было черным-черно. Из угла доносились шорох и царапанье. Видимо, Рой, привязанный к стойке кровати, пытался забиться под реечное основание.

— Тихо, старина, хороший мальчик, — попытался я успокоить пса.

И тут я заметил: посреди комнаты на полу лежит какая-то фигура. Сердце у меня сжалось.

Марит! Нет, только не Марит!

Если повезло, она просто потеряла сознание. Я схватил лампу, стоявшую в коридоре, и поставил её рядом с телом Марит. Глаза у неё были закрыты.

И тут я увидел, что она лежит в луже крови. Свитер задрался вверх, а под ним брюшная стенка была располосована и страшно изуродована. Насколько я мог различить, рану нанесли не ножом; скорее казалось, что Марит сама вспорола себя исландским крестом на цепочке, который всё ещё сжимала в руке.

Должно быть, она пыталась покончить с собой. Как Йертсен.

Кровь всё ещё толчками выплёскивалась из её тела. Значит, сердце билось. Я проверил пульс: она была только без сознания. Я немедленно прижал к ране свою онемевшую руку.

Если очень повезло, внутренние органы не задеты. Нужно остановить кровотечение, как можно скорее зашить рану и наложить давящую повязку — иначе Марит умрёт в ближайшие минуты.

Все новые книжки тут: Торрент-трекер и форум «NoNaMe Club»

ГЛАВА 60

В отчаянии я обвёл комнату взглядом.

«Девочка, ты выкарабкаешься», — твердил я себе.

Врачебный саквояж по-прежнему стоял на месте: с тех пор как я перевязал Рённе голову, нужды в нём не возникало. Свободной рукой я пошарил по столешнице и стянул сумку с письменного стола. При этом порезался о лезвие проклятого штыка — Рённе беспечно бросил на стол этот ружейный наконечник, который день и ночь точил на бруске.

Не обращая внимания на кровь, я рывком раскрыл сумку и вывалил содержимое на пол. Перетянул Марит плечо жгутом и ввёл внутривенно ампулу морфия. Затем, как мог, продезинфицировал руки и её живот спиртовым раствором.

После этого как можно быстрее зашил рану. На моё счастье, Марит по-прежнему оставалась без сознания. Семь стежков. Шедевром это не назовёшь: онемевшими пальцами я едва сводил края зияющего разреза, а из-за крови и тусклого света почти ничего не видел. Рана была длиной в ладонь, но, по счастью, неглубокая. Если повезёт, обойдётся без заражения и гангрены.

Когда я перекусил нитку зубами, в коридоре послышался шаркающий звук.

— Лииса? — окликнул я.

Ответа не последовало.

Проклятье!

Что бы это ни было, отвлекаться нельзя. Кровотечение всё ещё не унялось до конца, и я наложил давящую повязку из тампонов и марлевых бинтов. Большего сейчас сделать не мог.

Я нащупал пульс. Слабый, неровный; веки Марит подрагивали. Я обязан сохранить ей жизнь любой ценой — даже если это будет последнее, за что мне суждено бороться.

Осторожно я приподнял её, посадив, и хотел подхватить под мышки и под колени. Но повреждённая рука отказалась слушаться. Так мне её не вынести. Я снова огляделся. Выбора не оставалось.

Я набросил на плечо одеяло, рывком взвалил Марит и осторожно перекинул через себя. Она глухо застонала.

— Сейчас будем снаружи, — прошептал я.

Я вышел в коридор, огляделся, но ничего необычного не заметил. Потом, как мог быстро, двинулся к выходу. Едва я выбрался наружу, буря швырнула в лицо снежные вихри. Погода переменилась за считаные минуты.

Лииса стояла возле саней — почти закончила укладку. Несколько одеял, палатка, газовая горелка, баллон и рюкзак с провизией были крепко привязаны. Сзади возвышался сундук с результатами исследований.

Она заметила меня с Марит на плече.

— Что с ней?! — в ужасе вскрикнула Лииса.

— Ранена, без сознания. — Я, не раздумывая, спихнул ногой ящик с исследованиями и уложил Марит на освободившееся место. — Привяжи её, только осторожнее с раной на животе. Она много крови потеряла.

Лииса немедля склонилась над ней.

— Ты всё это время была здесь? — спросил я.

— Да. А что?

— Ничего. Стой тут! — Я отвернулся. — Мне надо вернуться — забрать хаски и поджечь фитили.

И я побежал обратно.

В станции стало ещё темнее. Иные лампы едва теплились слабыми язычками. Проходя мимо кают-компании, я снова услышал тот же шаркающий звук. Теперь сомнений не оставалось: тогда это была не Лииса. Я ускорил шаг.

С бешено колотящимся сердцем я вошёл в каюту Рённе. Рой по-прежнему жался под решёткой кровати. Я осторожно отвязал поводок от ножки. Хаски тут же сунулся мне между ног, но не издал ни звука — словно понимал, что бежать надо тихо, украдкой.

Когда я собрался выйти, в дверном проёме мне преградила путь сухощавая тень. Я невольно отшатнулся и опрокинул керосиновую лампу. Рой забился у меня за спиной.

Тень не двигалась; её длинные руки упирались в дверной косяк с обеих сторон. Очертания человека — полураздетого, в лохмотьях, со спутанными волосами. Больше я разглядеть не мог. Из горла этого существа доносилось бульканье. При каждом движении кожа со скрипом тёрлась о косяк.

Тут я уловил едкий запах керосина. Лампа занялась. Когда пламя поползло по матрасу и одеялу, бульканье оборвалось. Существо просто стояло и смотрело на меня. Нет, не