Спектакль - Джоди Линн Здрок

Комната, в которой они оказались, напоминала одновременно и гостиную, и лабораторию.

Полосатые обои, диван и кресло с гобеленовой обивкой, керосиновые лампы, выцветший на солнце коврик, книжная полка. Никаких ваз, украшений или цветов. Только канделябр на книжной полке в другом конце комнаты.

И сотни банок.

Полка за полкой, они тянулись вдоль стен и, наполненные жидкостью, все были расставлены по цветам: черные, коричневые, красные, бордовые.

Кровь. По крайней мере, в некоторых. Натали в этом была уверена.

Ее легкие были опустошены, будто в живот ей влетело медленное пушечное ядро. Она исподтишка глянула на Симону, которая выглядела такой же потрясенной.

– Луи, – начала Симона, в голосе звенела тревога, – что это? Где мы?

– Квартира мадам Клампер, как я и говорил. – Он запер комнату изнутри и положил ключик в карман.

Ловушка.

Натали пристально рассматривала его лицо, его поведение. Царственные, даже нарочитые манеры, жизнерадостность, искренние выражения лица… Все это скрывало его темную сторону?

«Он начитанный и модный. Овидий и шелковый шейный платок».

Она отбросила эту мысль. Нет, это не он. Не кавалер Симоны. Он не поэтому их сюда привел. Мама и папа знали бы, будь это он.

И все же, когда он пошевелился, она вздрогнула. Ее глаза нашли канделябр на полке: на всякий случай.

– Почему квартира пуста? Зачем мы здесь? – Натали показала на бутылки. – Вопросы о склянке с кровью у меня в сумке по дороге сюда. Вот так совпадение.

– Она права. Я не люблю такие шутки, Луи. – Симона скрестила руки на груди. – Так зачем мы здесь?

Луи глазел на них, как довольный кот – на своих зрителей.

– Потому что, – начал он, стреляя глазами по комнате, – нам нужно кое-что расследовать. Подозреваю, что мы стоим в комнате любовницы Темного художника.

– Любовницы? – Последующие слова застряли на мгновение в горле у Натали, прежде чем она смогла их выплюнуть. – Ты что, сумасшедший?

– Мадемуазель Боден, думаете, вы первая, кто задает мне этот вопрос? – сказал Луи, поправляя галстук и ухмыляясь. Натали и Симона смотрели на него, сложив руки на груди, и он раскрыл ладони. – Я не псих, и я не вру и не пытаюсь вас напугать. Доверьтесь мне.

– Мы доверимся тебе, когда перестанешь говорить загадками, – процедила Симона сквозь зубы. Она схватила его за локоть и притянула ближе. – Объяснись прямо сейчас.

– Можно начать, – сказала Натали, – с рассказа о том, откуда взялся ключ от этой квартиры.

– У нас с мадам Клампер один и тот же домовладелец. Он пьяница и изменяет жене. Однажды я видел его в Le Chat Noir с другой женщиной, – Луи прокашлялся, – и напомнил ему об этом, и мы… достигли понимания.

Челюсть Натали расслабилась.

– Шантаж за ключ.

– Да. И – мои извинения, Симона, но прошу, пойми – я сказал ему, что мадам Клампер – моя любовница.

Симона отпустила его и насупилась.

– Мило.

– Это просто уловка, mon chou^[24]. Я сказал, что хочу сделать ей сюрприз. – Луи поцеловал Симону в щеку.

– Меньше поцелуев, больше объяснений, – сказала Симона.

Его взгляд блуждал по комнате, пока он говорил.

– Женщина, которая здесь живет, Зои Клампер, иногда заходит в The Quill. Она спрашивала книгу по Таро однажды, три месяца назад.

Таро. Влюбленные, карта Таро, которую прислал в газету Темный художник.

– Учитывая мой интерес к предсказанию будущего, – продолжил Луи, – я запомнил ее. Когда бы она ни зашла, даже просто посмотреть, мы перекидывались парой слов. Однажды мы обнаружили, что почти соседи, и как-то я даже доставлял ей несколько научных книг – тогда я и увидел банки.

Натали подошла к ближайшей полке. Она посмотрела на банку с коричневой жидкостью и прочитала вслух ярлык:

– Плацента крысы плюс железо.

Симона подошла к ней, чтобы тоже посмотреть.

– Руда плюс чернила, – сказала она, беря банку с черной жидкостью.

– Странные смеси? Эксперименты? – Натали покачала головой, не веря своим глазам. – И при этом никакого измерительного оборудования, ни капельниц, ни химикатов. Только стеклянные бутылки.