Вилла загадок - Дэвид Хьюсон

– С тобой все в порядке?

– Нет, – пожала она плечами. – Но я опять начинаю беситься – как раньше. Прости, Ник. Не знаю, что на меня нашло. Просто я переживала, что эта бедная девочка где-то сидит, всеми брошенная, и все из-за меня. А вы, ребята, думаете только о красотке Барбаре. А когда тебя пытаются убить, это немного расстраивает.

– Готов с этим согласиться.

– Естественно! – Тереза немного повеселела. – В конце концов, у нас есть нечто общее. Можем обсудить это за ужином. Наши кошмарные сны.

– Только когда все это кончится, – отказался Ник. – А оно обязательно кончится. И надеюсь, что скоро.

Она кивнула в сторону конференц-зала. Сотрудники сплошным потоком проходили в раскрытые двери. Их было много – едва ли не большая часть личного состава полицейского участка.

– Похоже, ты серьезно. Что, есть надежда?

Он попытался придать голосу уверенности:

– Думаю, да.

Она снова фыркнула и, кажется, не слишком ему поверила.

– Это хорошо. А зачем это босс вздумал попрактиковаться в извинениях? И что я должна делать, если вы, хитрожо... уже и так все раскрыли?

– Наверное, заняться вскрытиями. У твоего заместителя такой вид, будто он вот-вот сломается.

– У Сильвио всегда такой вид. Время от времени таким людям нужно давать свободу действий. Нельзя же постоянно их опекать.

– Усек. А как насчет того, чтобы взглянуть на Элеанор Джеймисон? Может, там есть ДНК, которую мы сумеем использовать.

Ее покрасневшие глаза округлились.

– ДНК? Да я уже уши прожужжала всем здешним сотрудникам, что она шестнадцать лет пролежала в торфяном болоте. За кого ты меня принимаешь? За кудесника?

– Именно. Фальконе хочет чуда. Кстати, если уж ты здесь, было бы неплохо узнать, кому звонил Кирк, когда запер тебя в этом кабинете.

Тереза приложила палец к щеке.

– Дай подумать. Может, я припомню тоны клавиш? Нет, ничего не получается.

– Ты спросила – я ответил. А теперь мне надо идти. Ловить плохих парней, искать пропавших девушек.

Она снова поднесла к носу салфетку, но, кажется, немного повеселее.

– С тех пор как я тогда разбушевалась, ты не разговаривал с той женщиной из университета? С Реджиной Моррисон?

Коста покачал головой:

– Даже и не думал: А что, нужно?

– Реджина была новым начальником Кирка. У нее есть список всех археологических раскопок, которые он когда-либо проводил. Его нет в живых, и я в любом случае не смогу это проверить. Но где, по-твоему, такой человек мог бы кого-то прятать?

– С чего это тебе пришла в голову такая мысль? – удивился Коста.

– Я поставила себя на твое место. Или по крайней мере попыталась представить, что это такое – быть полицейским.

Коста понял, что она имеет в виду. Нужно было самим до этого додуматься. Они бы и додумались, если бы располагали временем и штатом.

– Спасибо, – сказал он и одним из последних вошел в конференц-зал.

* * *

Выйдя на воздух, Аделе Нери даже не потрудилась надеть жакет. Возможно, она не ожидала, что задержится.

– Ты вся дрожишь. – Нери снял пальто и накинул его на ее обнаженные стройные плечи.

– Ты что-то сегодня задумчивый, – заметила она. – Что-нибудь случилось?

– У тебя слишком острый язык, Аделе. Раньше он никогда таким не был.

Он присел за стол, предварительно стряхнув с него крошки. Она присоединилась к нему, заняв место напротив. У нее был тревожный вид, словно она пыталась отгадать его настроение.

– Просто наступила такая стадия брака, – сказала Аделе, – когда пропадает часть прежнего очарования.

Нери нахмурился: ей не стоило этого говорить.

– В самом деле? Я что-то такого не припоминаю. С матерью Мики было по-другому. То мы не могли друг от друга оторваться, то не могли друг друга видеть. Сейчас все иначе. По крайней мере у меня. У тебя... не знаю. Ты ведь молодая. Скажи мне, Аделе, – я тебя еще возбуждаю? Или ты думаешь о том, какой я старый, и все такое прочее?

В ее зеленых глазах мелькнуло раздражение.

– Не смеши, дорогой. С чего это тебе в голову пришло?

– Потому что я уродливый старик. И толстый. А ты... Ты только посмотри на себя. Когда ты идешь по улице, какой-нибудь мальчишка обязательно положит на тебя глаз.

– Дети никогда меня не интересовали. И ты об этом знаешь.

– А я тебя интересовал?

– Ты и сейчас меня интересуешь.

– Может быть, – пожал он плечами. – А может, дело просто в деньгах. Я больше этого не знаю, Аделе. Видишь ли, некоторое время нам придется пожить врозь. Так сложились обстоятельства. Из-за всех этих неприятностей. Не стоит гробить еще и твою жизнь. Тебя это не касается.

Она насмешливо взглянула на него – наверное, решила, что он ищет сочувствия.

– Я твоя жена. Твои проблемы – это мои проблемы. Если...

– Нет, нет, нет! – прервал он. – Не надо кормить меня этим дерьмом. Тебе незачем притворяться. На все это у нас нет времени. Скажу иначе: я не хочу вовлекать тебя в то, что сейчас происходит. И по эгоистическим соображениям тоже. Это мужское дело. О таких вещах женщине не надо знать. Ты бы все усложнила.

Нери смотрел на нее и не испытывал никаких чувств.

– Возможно, кто-то пострадает. Если ты будешь рядом со мной, это произведет нехорошее впечатление. Будто ты имеешь к этому отношение или что-то в таком роде. Некоторые из южных семей... иногда ими управляют женщины. Здесь это не пройдет. Я хочу, чтобы ты жила отдельно и не ляпнула чего-то лишнего. Понятно?

– Я не стану говорить ничего лишнего! – возмутилась она.

– Кто знает, что ты сделаешь и чего не сделаешь, когда нагрянут подонки из ДИА? Или полицейские. Да и другие... – Нери посмотрел на часы. – Сейчас я уезжаю и не знаю, когда вернусь. Если вернусь. Нам нужно некоторое время пожить врозь.

Аделе кивнула. Нери не знал, расстроилась она или нет.

– И где же ты будешь?

Он одарил ее ледяным, ничего не выражающим взглядом и не ответил.

– И как же мне связаться с тобой, Эмилио? Я ведь все-таки твоя жена.

– Не беспокойся, – подавил он смешок. – В банке лежат деньги, и ты сможешь оплачивать счета. Покупать себе вещи, делать все, что захочешь. Через пару месяцев я дам о себе знать. Может, у нас будет второй медовый месяц. Может, к тому времени мы будем к этому готовы. Если ты посчитаешь иначе, я вызову адвокатов. Было бы лучше разойтись по-хорошему.