Переступить черту - Майкл Коннелли

По прошествии двух часов руки Босха совсем затекли, а ожидание становилось все более нестерпимым. Он понимал, что сыщики – то ли под командой Дика Саттона, то ли без оного – находятся на месте преступления, где собирают и анализируют вещественные доказательства. Но его злило, что никто не удосужился поговорить перед этим с ним хотя бы в течение пяти минут. По всей вероятности, информация, которую он сообщил сержанту Котилле, так и не дошла до следователей, и Дон Эллис даже не был объявлен в розыск. Он запросто мог пересечь мексиканскую границу, прежде чем кто-нибудь начнет действовать в управлении шерифа.

Когда прошло еще полчаса, Босх подошел к двери и, встав к ней спиной, попытался повернуть ручку. Как он и ожидал, дверь была заперта. Он стал сердито стучать по ней каблуком. Поднявшийся грохот должен был привлечь чье-нибудь внимание – если не в форме визита, то хотя бы через камеру слежения.

Он поднял голову, уверенный, что за ним наблюдают в этот момент, и крикнул:

– Эй! Вы слышите меня? Мне надо срочно поговорить с кем-нибудь. Пришлите кого-нибудь сюда! Срочно! 

* * *

Еще через двадцать минут Босх стал подумывать о том, не начать ли ломать мебель. Стол был старым, обшарпанным и, похоже, успешно выдержал многочисленные яростные атаки. А вот стулья оказались изделиями иного сорта. Значительно новее стола, они были снабжены довольно тонкими распорками, которые Босх, без сомнения, мог переломить ногой.

Он опять обратился к камере с речью:

– Я знаю, вы меня слышите. Пришлите же кого-нибудь ко мне – Дика Саттона, Ласло Корнелла, шерифа Мартина, наконец, – мне все равно. У меня важная информация. Убийца на свободе и скоро будет недосягаем.

Босх выждал какое-то время и хотел произнести еще одну тираду, но тут услышал, как отпирается дверь. В комнату вошел Дик Саттон. Он притворялся, что не знал, где был и что делал Босх последние три часа.

– Сожалею, Гарри, что вам пришлось столько времени прождать здесь, – начал он. – Я только что вернулся с места преступления и готов выслушать вас и обсудить ситуацию.

– Дик, ваш приход избавил отделение от необходимости покупать новую мебель. Я совсем уже собрался было громить помещение. У меня руки затекли.

– О господи, зачем они это сделали? Повернитесь, я сниму наручники.

Босх встал к нему спиной и скоро с облегчением почувствовал, как кровь опять побежала по венам.

– Садитесь, – сказал Саттон. – Давайте поговорим.

Босх потирал руки, стараясь избавиться от ощущения, что их колют иголками. Придвинув ногой стул к столу, он сел и спросил:

– Дик, почему дверь была заперта?

– Из предосторожности. Надо было разобраться, что к чему.

– Ну, разобрались?

– Ситуация довольно сложная. Вы сказали сержанту, что в здании был еще один человек, четвертый, и он убежал.

– Правильно. Дон Эллис, напарник Лонга. Правда, Эллис почти отправил его на тот свет в этом творческом центре.

– Каким образом?

– Использовал его в качестве щита, когда я начал стрелять. А потом бросил. Кстати, Лонг выжил?

– Да, выжил. Ему повезло, что этот центр всего в нескольких кварталах от больницы Седарса. Мой напарник сейчас находится там. Он надеется попасть в палату к Лонгу и услышать его объяснения.

– Жаль, что я не могу допросить его там. Он насочиняет с три короба и будет валить все на меня или, если у него хватит соображения, на Эллиса.

– О Лонге поговорим потом. Я хочу выслушать вас, Гарри. Вы сказали сержанту, что это те два парня, которые вчера устроили разбой в ювелирном магазине?

– Да. А перед этим, месяца два назад, они убили Лекси Паркс и парня-проститутку в Западном Голливуде. Времени они не теряли.

– Мы разберемся со всем этим, но для начала расскажите, что произошло в косметическом центре сегодня.

– Я могу рассказать, но вы и без меня можете все услышать, – заявил Босх.

Саттон недоумевающе уставился на него.

– Принесите мой сотовый, – сказал Босх. – Я записал на него свой разговор с Шубертом. Диктофон продолжал работать, когда появились Эллис с Лонгом.

– Вы хотите сказать, что и стрельба записана в вашем телефоне?

– Да. Но прослушать все это можно, только зная пароль. Если хотите услышать это сейчас, принесите его, и я включу запись. И позовите Корнелла и Шмидт, пусть они послушают тоже.

Босх подумал, не пригласить ли и Холлера, но отогнал эту мысль. В прошлый раз пригласил, и ничего хорошего из этого не вышло. Босх проводил самостоятельно или участвовал в тысяче допросов и был способен заранее увидеть любой подвох, задуманный детективом. Он чувствовал, что вполне может защитить себя не хуже, чем Холлер.

Саттон встал и направился к двери.

– И еще одна вещь, Дик, – сказал Босх.

– Какая? – спросил Саттон, держась за дверную ручку.

– Запись защищена. Я сделал так, чтобы никто не мог изменить в ней что-либо. И она будет не только у меня и у вас.

– Также у Холлера?

– Да.

– Значит, вы позаботились о том, чтобы отослать запись ему, прежде чем вышли к нашим людям?

– Я же все-таки кое-что соображаю. Вряд ли кому-либо в УПЛА понравится тот оборот, какой принимает это дело. Да и в управлении шерифа тоже. Вы держите в тюрьме парня, обвиняя его в убийстве, которое совершили Эллис с Лонгом. Так что, естественно, я позаботился о том, чтобы послать запись моему адвокату.

Саттон открыл дверь и вышел.