Посчитай до десяти - Карен Роуз

Миа глубоко вдохнула.

— Ага.

— Тогда не беги от него. Посмотри, куда тебя приведет влечение. Чтобы состоять в отношениях, вовсе не обязательно заводить семью и детей, жить одним домом. И что бы там ни писали на валентинках, не каждым отношениям суждено длиться вечно.

— А ты бы согласилась на что-то меньшее, чем вечность?

— Нет, ведь я уже попробовала, каково это, и теперь на меньшее не согласна. Но если ты решила для себя, что никогда в жизни не станешь есть бифштекс из вырезки, не отказывайся от простого гамбургера. Если ты будешь честной с мужчиной, питательности гамбургера вполне хватит на то, чтобы отношения жили. И кто знает, может, он тоже ничего, кроме гамбургеров, не признает.

— Вот здесь и закралась ошибка. Исключительно гамбургерами питаются исключительно гады.

— А Рида Соллидея гадом назвать язык не повернется, — многозначительно заметила Дейна.

Конечно, не повернется.

— Дейна, я не хочу причинять кому-то такую же боль, какую причинила Гаю. Рид — хороший человек. Значит, руки прочь от него. Мне пора. Спасибо за ужин.

Стоя у окна кухни, Дейна смотрела, как уезжает Миа. Этан подошел к ней сзади и осторожно обнял за талию. Она прислонилась к нему. Она нуждалась в нем, как никогда.

— Ты ей сказала? — прошептал он, и она отрицательно покачала головой.

— Нет. Момент был неподходящий.

Этан положил ладонь на живот жены.

— Рано или поздно придется ей сказать, Дейна. Она уже большая девочка, и она тебя любит. Она за нас только порадуется.

Вот в этом-то и заключалась трудность.

— Этан, я знаю, что ей очень захочется порадоваться за нас. Думаю, мне хватит эгоизма дождаться того момента, когда она наверняка сможет радоваться за нас искренне.

— Ну ты все же не слишком затягивай. Мне не терпится всем рассказать. Я хочу начать покупать всякие пеленки-распашонки и разную ерунду. — Он повернул ее лицом к себе и крепко поцеловал. — Но сначала давай-ка обсудим очень интересную тему: доминатрикс и все, что с ними связано.

Он добился своего: Дейна рассмеялась.

— Я очень тебя люблю.

Он привлек ее к себе и крепко обнял.

— Я знаю.

Среда, 29 ноября, 19:55

Холли Уитон наблюдала за приближающимся Ридом с тем же негодованием, с каким кошка наблюдает за упрямой мышью. Разумеется, Рид мышью не был. Но Холли Уитон от этого кошкой быть не переставала. Кошкой в прозрачной блузе с глубоким вырезом, замшевой мини-юбке и лакированных туфлях на убийственной шпильке.

Насчет ее намерений не возникало ни малейших сомнений. Рид обнаружил, что этот вид одновременно и возбуждает, и отталкивает его, а еще — заставляет сравнивать. Он очень жалел, что здесь нет Мии: уж она-то быстро поставила бы эту женщину на место! А еще ему просто очень хотелось, чтобы она была рядом. У Мии не было внешности Уитон, она не обладала лицом, заставлявшим мужчин прекращать щелкать кнопками на пульте от телевизора, когда они ищут, что бы посмотреть. Но в Мии было нечто более… естественное. Более привлекательное. Просто… нечто большее. Он на мгновение скользнул взглядом ниже подбородка Холли. Там у Мии тоже было чем похвастаться. И тоже — больше. Или — лучше. Или… Соллидей, не отвлекайся. Акула уже нарезает круги. Он расположился напротив Уитон и отрицательно покачал головой официанту, собиравшемуся наполнить его бокал.

— Нет, благодарю вас. — Рид вернул меню. — Я скоро ухожу.

Лицо Уитон вспыхнуло.

— Я отменяю сделку. Кстати, о сделках: ты опоздал.

— Меня пригласили на ужин в другое место.

— Мог бы отказаться.

— Нет, не мог. Да и не хотелось. У меня не так уж много времени, мисс Уитон. Я обещал дать интервью. Давайте приступим.

— Очень хорошо. — Она поставила на стол диктофон. — Расскажите мне о расследовании.

— Я не могу комментировать ход еще не законченного расследования.

Она недобро прищурилась.

— Вы намерены нарушить договоренность?

— Нет. Вы просили меня об интервью. Я не обещал отвечать на все ваши вопросы. Впрочем, я, разумеется, на них отвечу, если вы спросите меня о том, что я вправе открыть прессе.

Уитон замерла на мгновение, затем улыбнулась, и у Рида волосы на затылке встали дыбом.

— Кто та женщина, которую сегодня преследовала детектив Митчелл?

Рид молча смотрел на нее: вид у него сейчас был озадаченный, но и только, а вот внутри все переворачивалось от ярости.

— A-а, это вы о пресс-конференции говорите. Ей показалось, что она заметила человека, с которым мы хотели поговорить. Но ей это просто показалось. — Он пожал плечами. — Ничего загадочного.

Уитон сердито хмыкнула и достала из кожаной сумки, стоявшей на полу, плеер.

— Просто запусти диск. Сходство невероятное.

Рид подчинился, и бушевавшая в нем ярость еще усилилась, когда он увидел, как камера снимает толпу, а затем дает крупный план женщины, скорее всего приходящейся Мии сводной сестрой. Это совершенно не касалось Уитон. Это боль Мии, и будь он проклят, если позволит журналистке срубить на ней деньжат!

Она забрала у него плеер.

— Скажи мне то, что я хочу знать, или я опубликую эти кадры.

— Как? — осторожно уточнил он. — Она ведь не публичная персона. Просто лицо в толпе.

Она дернула плечом.

— Ладно. Сама выясню.

— Вперед. Когда выяснишь, сообщи мне. Может, мне захочется пойти поужинать с ней…

Среда, 29 ноября, 20:00

Он сидел за рабочим столом, проклиная Аттикуса Лукаса в тот самый момент, когда ему следовало еще раз мысленно пройтись по вечернему маршруту. Одно-единственное яйцо в витрине, и копы просто наводнили школу. Какого черта взрослый мужчина возится с бусинами?

Он был в классе рисования. Копы обнаружат его отпечатки пальцев. Рано или поздно. И если они хоть что-то смыслят в своей работе, то догадаются, что что-то здесь не так. Но на это у них уйдет… ну, несколько дней, чтобы хотя бы добраться до этой точки. К сожалению, они обнаружили следы его работы и в лаборатории. Но это невозможно! Он так тщательно убрал за собой, к тому же включал вентилятор каждый раз, когда работал в вытяжном шкафу. Тем не менее они что-то нашли. Он не впадет в панику. Ему нужно время, чтобы все закончить. Время, чтобы все сделать правильно. Но теперь, из-за Адлер и ее идиотизма, придется поторапливаться.

Хватит отвлекаться. У него полно дел. Скоро наступит время двигаться дальше. Он в точности знал, куда ехать и что делать. В воздухе витала некая энергия. На этот раз он придумает что-нибудь новое. Ему уже все равно надоело возиться с домами. Он был готов двигаться дальше.