Наживка - Пи Джей Трейси

Среди ночи гроза, грянувшая в Миннесоте, направилась к Висконсину, оставив за собой расквашенную в грязь землю, покосившиеся постройки, погибшие жизни. Через штат промчались девять торнадо, и все средства массовой информации мрачно рассказывали об их печальных последствиях.

Кратко упоминалось и о стрельбе в питомнике Верхнего города, но пресса была пока слишком занята бурей, ничему больше особенного внимания не уделяя. Хотя вскоре, когда зрителям и читателям надоели поваленные деревья, опрокинутые трейлеры, опустевшие птичники под Уилмером, где содержалось двадцать тысяч индеек, журналисты в погоне за очередными сенсациями повалили валом в полицейское управление. Шеф Малкерсон думал об этом с досадой, шагая по коридору к отделу убийств. Вообще нынче в здании муниципалитета преобладало скорбное настроение.

Глория, сплошь в черном, сидела в своей загородке на коммутаторе. Марти Пульман постоянно торчал в отделе, пока Лангер с Маклареном расследовали дело об убийстве Ханны, и она сильно ему симпатизировала. Отчасти потому, что всегда любила кривоногих мужчин; отчасти потому, что кривоногий Марти был джентльменом высокого класса, относясь к ней с тем самым спокойным и дружеским уважением, которого каждой женщине всегда не хватает; а больше всего потому, что этот мужчина ничуть не стыдился признаться, что гибель жены разбила ему сердце. Того, кто так любил женщину, стоит оплакивать.

Глория взглянула на Малкерсона, остановившегося у ее стола.

– Поспали хоть немножечко, шеф?

– Пару часов, спасибо. Кто здесь?

– Петерсон уехал на вызов. Какого-то пьяного болвана утром выловили в Миссисипи. Остальные на месте. Магоцци и Ролсет вернулись с полчаса назад с таким видом, будто их только что вытащили из петли. Если хотите моего совета – наверняка хотите, – немедленно отправьте их по домам.

– Всеми силами постараюсь.

Малкерсон направился в дальний конец отдела, где за стоявшими слева столами работали Лангер с Маклареном, а справа Магоцци и Джино. Поставил стул в проходе, уселся между ними, положил на колени девственно чистый блокнот.

– Джентльмены, нам следует кое-что прояснить.

Лангер и Макларен выглядели прилично – насколько известно, закончили рапорты об осмотре квартиры Джеффа Монтгомери и еще до полуночи разошлись по домам, – тогда как Магоцци и Джино оставались в офисе и после отбытия шефа в три часа утра. Измотанный Магоцци буквально на пределе, у Джино отвисли кисельные мешки под глазами, но подлинным свидетельством их усталости служило полное отсутствие каких-либо замечаний насчет костюма шефа.

– Вы все, детективы, добились в ходе расследования замечательных результатов. Если я правильно понял из рапортов, вчера были раскрыты четыре убийства.

– Дорогой ценой, – горько заметил Магоцци.

– Вы спасли Джека Гилберта, – напомнил Малкерсон.

– Потеряв Марти Пульмана. На десять секунд опоздали.

– Мы опаздываем на десять секунд при каждом убийстве в городе, детектив Магоцци. Делаем что можем. – Шеф взглянул на Лангера и Макларена. – Готов окончательный протокол обыска квартиры Томаса Хачинского?

– Придет с минуты на минуту, но из предварительных данных вырисовывается почти вся история. – Макларен пролистал потрепанный блокнотик с какими-то каракулями на обложке. – Баллистики нынче утром исследовали пистолет двадцать второго калибра, обнаруженный под матрасом в квартире Хачинского. Именно из него застрелен Мори Гилберт. А из девятого калибра, из которого парень стрелял в Марти, убиты Роза Клебер и Бен Шулер. Вдобавок мы нашли дневник с описанием, что и почему он делал вплоть до вчерашнего вечера, когда пошел в питомник убивать Джека Гилберта. Признаюсь, читать жутко. Меня мороз по спине прохватывал. Он больше года планировал все до мельчайшей детали, даже устроил фокус с сотовым, чтоб создать впечатление, будто живет в Германии.

Малкерсон поднял на него глаза от блокнота:

– Объясните.

– Мы только что объясняли Магоцци и Джино. В квартире Монтгомери обнаружен дорогой аппарат из тех, что работают и у нас, и в Европе. Фактически довольно просто. Надо просто открыть счет в Германии, получить тамошний номер, после чего никакие определители, в том числе наши, разницы не заметят.