Пояс шахида - Лев Пучков

— Есть информация! — пискнул из мобильника слабый голосок Шведова. — Что там у вас?

— Проветривать будем или где? — рявкнул снаружи Сало.

— Будем, будем, — Антон, кивнув Мо, чтобы откинул тент, вылез из фуры и, с наслаждением стащив противогаз, разрешил: — Возьми канистру с водой, побрызгай хлопцам на личики. А то нехорошо: морды такие противные — жуть!

— Я вообще вам нужен или где? — возмущенно запищал в мобильнике Шведов.

— Вы сейчас где? — поинтересовался Антон, приложив трубку к уху.

— У выезда на Центральную, — сообщил Шведов вибрирующим от возбуждения голосом. — Ванька ведет — телефон не отключает. Тут наши подопытные учудили: в усадьбу не поехали, на выход не ломанулись — дали круга и встали… Угадай, где встали?

— В заднем дворике облсуда, — не задумываясь, выдал Антон. — А?

— На двести метров промазал, — хмыкнул полковник. — Встали меж гордумой и «Европой», на гостевой. И любуются зрелищем. Нормально?

— Оборзели, — не одобрил Антон поведение горских товарищей: от гостевой парковки отеля «Европа» до облсуда и в самом деле немногим более двухсот метров. — Или решили малость покамикадзить?

— Вообще, рассуждают правильно, — не согласился Шведов. — Хочешь чего спрятать — положи на видное место. Там сейчас столпотворение — все вывалили поглазеть на происшествие… Вы там управились?

— Ага. Сейчас запаркуем в кустиках «пирожок» и потихоньку поедем на точку. Пересекаемся на рынке — сразу по прибытии.

— Есть предложение пересечься чуть раньше, — заторопился Шведов. — Думаю, на этом этапе они и без тебя обойдутся… Обойдутся ведь?

— Сейчас глянем…

Глядеть было не на что: Антон просто взял паузу, чтобы собраться с мыслями. Осталось выгрузить из кузова покореженный «пирожок», закатить его через свежий проем в парк и потихоньку гнать фуру на грузовой двор Казачьего рынка.

Пересекаться с полковником раньше времени Антону не хотелось. Хотелось, независимо от внезапно обвалившихся интригующих обстоятельств, лично дожать мероприятие до финального свистка. Отвлекаться на заключительном этапе акции, это, дорогие мои, — дурной тон. Мало ли что может случиться на этом последнем этапе?

— И приспичило же товарищу пообщаться… Конечно, интересно было бы пообщаться со старым знакомым и, перед тем как ткнуть его ножом в печень, услышать ответы на те два неразгаданных вопроса, что мучают полковника вторые сутки. Но не настолько интересно, чтобы рисковать заключительным этапом акции.

Полковник — натуральный аналитический маньяк. С возрастом у него это дело прогрессирует: готов поставить на кон жизнь, лишь бы раздобыть какой-нибудь секрет. А главного волкодава срывает с мероприятия вовсе не потому, что сам без рук и не надеется на Мента и Барина. Тут все проще. Если ты топишь камин в своем обветшавшем родовом поместье, можно, конечно, поправить поленья и отрегулировать жар носком кирзового сапога. Но гораздо приятнее это делать старой надежной кочергой, к которой ты привык и без которой уже не можешь обходиться…

— В общем-то, обойдутся… Только зачем я вам сейчас? — прикинулся Антон. — Вам с Барином скучно?

— Не прикидывайся, — осердился Шведов. — Добеги до Бирюка, пусть подбросит тебя к Центральной — подберем. Да прихвати малую мухобойку — пригодится. Давай — я жду…

Антону потребовалось всего двенадцать минут, чтобы добраться до улицы Центральной, где его поджидали Шведов с Барином. За это время полковник успел получить два сообщения — от Севера и Мента.

— Пока ты гулял, у нас — минус один и маленькая чертовщина, — недовольно буркнул Шведов. — Деда сдали.

— С потрохами? — легкомысленно уточнил Антон, усаживаясь в салон «Нивы».

— С рук на руки, — Шведов хлопнул ладонью по пане ли. — Поехали помаленьку… К гостевой подкатила черная «ГАЗ-31», деда усадили, на прощанье обнялись, «ГАЗ-31» укатила…

— А наши хлопцы отправились домой, — закончил Антон. — Правильно?

— Неправильно. Наши хлопцы так и торчат на госте вой. Сидят в машине, жрут орешки, курят, смотрят. Когда провожали взглядами «Волгу» с дедом, морды лица имели вдохновенно-веселое выражение.

— Оборзели, — сокрушенно покачал головой Антон. — Мент подсел на деда?

— Мент пасет нашу парочку, — пожал плечами Шведов. — Что нам дед? А «Волга», между прочим, с госномерами.

— Резонно, — согласился Антон. — А что за чертовщина?

— А Север сообщает, что там, в караулке, до сих пор кто-то орет, — полковник покрутил головой и нервно хихикнул. — Пять минут назад опять показал начкара «при кинутого во взрывчатку» и напомнил, что до истечения установленного срока осталось пятнадцать минут. Вот так… Все уже давно тут, а там кто-то орет. Вопрос — кто это там орет?

— Вопрос, конечно, интересный, — Антон достал из кармана «ПСС»,[47]передернул затвор и уложил обратно. — Будем брать там или напугаем Ментом и увяжемся следом?

— На месте сориентируемся, — в тоне полковника явственно проскользнула нотка неуверенности. Стратегия — это да, это — его. А решать с ходу, нахрапом, мелкие тактические задачи на две персоны — прерогатива Антона. — Посмотришь там, как удобнее…

Парковка между гордумой и «Европой» была забита под завязку. На подступах, грубо попирая все ПДД, торчали абы как брошенные авто — владельцы же, числом под две сотни, сгрудились в тыльной части парковки, у невысокого барьера и наслаждались зрелищем. Любопытствующие также торчали на всех балконах и в каждом окне гостиницы и городской Думы, оживленно переговаривались. Гвалт стоял невообразимый.

А зрелище было, я вам скажу, — так себе. Подступы к облсуду были заполнены суровыми милицейскими людьми в форме и разномастном камуфляже, оперативно стянутыми сюда со всего города.

— На Завокзальной — аврал! — на ходу крикнул Мент, пробираясь меж рядами авто к прибывшим коллегам. — Милиция на субботнике, вот ворье сегодня потешится!

— Где стоят, как сидят? — без обиняков перешел к делу Антон.

— Третий ряд, справа пятая. Сулейман за рулем, Ахмед — рядом.

— И чего сидят? — Антон нащупал взглядом знакомую «девятку», повертел головой, оценивая обстановку. — Публика у забора — из-за спин не видно ни хрена.

— Опытные, — похвалил Мент. — Слушают. Когда начнется, публика загудит… Я нужен?

— Иди на место, наблюдай, — Антон поманил Барина пальцем и нырнул под шлагбаум.

— Извиняйте, братва, — местов нема, — пережевывая мощной челюстью колоссальный бутерброд, из остекленной будки высунулся здоровенный мужлан-парковщик в ядовито-зеленой распашонке с надписью «Европа». — Забито все, видите? Поглазеть — стольник, и проходите.

— Дело есть, — Антон вступил в будку, заслоняя парковщика спиной от возможного взгляда с улицы.