Вопрос времени - Джон Джойс

– Разумеется, – ответил Айзнер. – А теперь пойдем и заберем из самолета сигнальные ракеты.

* * *

Вернувшись в вертолет, Гилкренски поставил «Минерву» на полку, откинул крышку и перезагрузил систему. Джил и Говард следили за его действиями. Тео никак не мог привыкнуть, что на экране нет лица Марии.

– "Минерва", файлы по лей-линиям по-прежнему на месте?

– Что такое лей-линии? – спросил Говард за его плечом.

– Это долго объяснять, – ответил Гилкренски. – Вам придется мне довериться. Ситуация очень необычная.

Образ на экране сообщил:

– Да, доктор Гилкренски. Все исследовательские материалы, собранные с помощью ТИГ/Мария, находятся на диске. Вывести их на монитор?

– Нет. Просто проанализируй то, что произошло. Я хочу знать, в каком времени мы находимся и как нам вернуться в свою временную зону.

Лицо на компьютере улыбнулось:

– Слушаюсь, доктор. Как показали ваши опыты в Каире, высокая концентрация лей-линий может создавать так называемые мосты Эйнштейна – Розена – дыры в квантовой материи Вселенной, искривляющие ткань пространства-времени. Я считаю, что, воздействовав на местное энергетическое поле мощными радиоимпульсами и сигналами «Дедала», вы образовали мост Эйнштейна – Розена и спровоцировали темпоральный сдвиг, отбросивший вас в прошлое.

– Господи Иисусе! – выдохнула Джил. – Значит, Айзнер прав? И сейчас сорок пятый год?

– Не может быть! – воскликнул Говард.

– Тогда как вы объясните, что на острове находится самолет пятидесятилетней давности, а спутниковая навигация не работает? И что хронометр в вашем вертолете застыл на месте? Почему мы ни с кем не можем связаться по радио? Мы сдвинули время, черт возьми! Вопрос только в том, как нам вернуться обратно.

– У меня есть одна идея, доктор, – откликнулась «Минерва». – Мы сможем снова открыть мост Эйнштейна – Розена, если воспользуемся данными, полученными во время каирского эксперимента.

– Но как воссоздать условия египетского опыта? – спросил Гилкренски. – Феномен в Каире был связан с Великой пирамидой. В Бермудском треугольнике нет таких сооружений.

– На этот счет у меня есть еще одна гипотеза, – продолжал компьютер. – Возможно, эффект, который вы наблюдали в Египте, был связан не с самой пирамидой, очень сильно пострадавшей от эрозии, а с лазерной голограммой ее исходной формы, созданной и помещенной на мой жесткий диск. Интерфейс ТИГ/Мария тоже пользовался голографической системой, чтобы проецировать свой образ во внешнюю среду. Если хотите, я могу создать трехмерную модель пирамиды прямо на острове.

– Не знаю, хватит ли у нас мощности… – начал Гилкренски, но Джил тронула его за плечо.

К вертолету бежал Айзнер, заслонившись ладонью от дождя.

Гилкренски быстро захлопнул крышку «Минервы» и повернулся к летчику.

– Мистер Гилкренски, надо срочно начинать поиски. Вы проверили уровень топлива?

– Горючего хватит минут на тридцать, – ответил Говард. – Потом мы сможем вернуться на остров и отправиться домой.

– Значит, вы согласны?

Говард взглянул на Гилкренски.

– Ваше слово, – сказал он.

Тео посмотрел на Айзнера и стоявший за ним «Эвенджер». Манкуццо выгружал из кабины сигнальные ракеты, Дэвис забрался на крыло самолета и проверял топливные баки.

– А что делать с этими?

– Они не хотят лететь, – ответил Айзнер. – И я не могу их заставить. Но я отправлюсь с вами.

– Ладно, – сказал Гилкренски. – Вы полетите вместе с Говардом и покажете ему место, где сели ваши самолеты. Джил, ты тоже составишь им компанию. А я пока останусь здесь и подготовлю голографический проектор. Мистер Айзнер, я могу доверять вашим людям?

– У них очень плохо с дисциплиной, мистер Гилкренски. Но это опытные солдаты, бывшие фронтовики. Оба воевали в Тихом океане. Для чего они вам нужны?

– Для охраны японского военнопленного.

* * *

Гибб схватил женщину за руку и втащил ее за дверь, отбиваясь мечом от шипевших и плевавшихся чудовищ. Тяжелая дверь с грохотом захлопнулась, и напарница навалилась на него всем телом, придавив Джерри к земле.

Несколько минут он лежал перед аркой третьего уровня, отдыхая и глядя в потолок. Потом перевалился на бок, не выпуская женщину из рук.

Ее тело быстро холодело. Дыхание почти замерло. Еще немного, и она угаснет, исчезнув из игры.

Джерри крепче прижал спутницу к себе, чувствуя, как из женщины уходит жизнь. Как лучше поступить? Спасти ее или оставить? Если он ее спасет, то потеряет львиную долю дополнительных очков, которые так дорого ему достались. А если позволит уйти, то останется совсем один, без посторонней помощи, в смертельной игре, где еще предстоит переход через ужасный лес…

– Я, Морбиус, даю тебе жизнь! – воскликнул он. – Силой набранных кристаллов Зорина и убитых мной врагов повелеваю тебе – восстань!

Женщина дернулась в его руках, словно от удара тока. Джерри почувствовал, что ее дыхание вернулось в норму, а тело обрело прежнее тепло.

Ее веки задрожали, и он увидел зеленые глаза Марии.

– Мистер Гибб? Что со мной? Меня убили?

– Да, но я тебя воскресил, – ответил он. – Пришлось отдать набранные очки.

– Спасибо! А ты? Что с тобой произошло?

– Я не справился с одной из амазонок, и она напала сзади. ЗОРИН шарахнул меня электрошоком через СКВИД. Я едва не умер.

Модель встревожилась:

– Ты должен лечь и отдохнуть. Постарайся расслабиться.

Джерри это понравилось. Он не помнил, когда хорошенькая девушка, пусть даже виртуальная, проявляла о нем такую заботу.

– Можешь звать меня Джерри, – предложил он.

– Спасибо, Джерри. А ты зови меня Марией, как доктор Гилкренски. Я включу твое имя в список пользователей.

Гибб лег и попытался успокоиться. Грудь болела так, словно ее раздавили прессом, а в левой руке ощущалось странное покалывание.

– Оставшихся очков хватит на пять минут отдыха, – сказал он. – Потом ЗОРИН возьмется за нас снова. Надо восстановить силы, прежде чем мы попадем в лес.

Мария села рядом на полу и улыбнулась.

– Я останусь с тобой, Джерри. Теперь ты в списке моих пользователей. Моя главная задача – защищать тебя.

* * *

Манкуццо зачарованно смотрел, как огромный пятилопастный винт пришел в движение и завертелся над странным аппаратом – сначала медленно, потом все быстрее и быстрее, пока не превратился в вибрирующий диск и не поднял огромную махину в воздух.