Вопрос времени - Джон Джойс

Щелк, щелк, щелк!

Из дальнего угла салона появилась темная фигура. Японка! В руках она держала ракетницу, которую он прихватил с собой из «Эвенджера».

Большое круглое отверстие в центре дула смотрело прямо на него.

– Не-е-е-ет!

* * *

Гилкренски услышал душераздирающий вопль. Грохот выстрела заглушил рев моторов, салон озарила ослепительная вспышка. В кабину повалил удушливый запах пороха и горелой плоти.

Господи помилуй! Что случилось?

Тео попытался нашарить рукоятку аварийной системы и открыть люк. Он задыхался от дыма, но рукоятки нигде не было. Черт подери, как отсюда выбраться?

Вдруг он почувствовал, что в кабине кто-то есть. Сильные руки вырвали его из кресла, аварийный люк открылся настежь, и в отверстие ворвался гул турбин и свежий воздух.

Кто-то вытолкнул его наружу, и Гилкренски полетел вниз. Он шлепнулся в море и тут же камнем пошел на дно. Вода хлынула ему в рот и нос, смутно он расслышал, как где-то сверху с ревом пронеслась черная махина, охваченная пламенем. Потом его колени коснулись песка, чья-то рука подхватила его за пояс и потащила за собой. Некоторое время его волокли по берегу, лицом вниз. Через несколько минут он уже лежал на пляже и выкашливал из легких воду – живой и невредимый.

Гилкренски поднял голову. На песке сидела Юкико Фунакоси. Отсветы пламени от догоравшего в лагуне гидросамолета играли на ее голом теле. Тео медленно поднялся на колени, чувствуя, что у него больше нет сил сопротивляться.

– Ты хочешь меня убить? – спросил он.

Лицо японки застыло, как фарфоровая маска.

– Нет, доктор Гилкренски. Не сейчас.

– Почему? Разве ты не искала моей смерти?

Юкико хотела что-то ответить, но передумала и покачала головой.

– Я могла бы сказать, что ты защитил меня от этого ублюдка Дэвиса, – сказала она наконец. – Ты пришел на помощь, спас мне жизнь, и я обязана тебе гири. Но дело совсем не в этом.

Гилкренски кивнул:

– Да, я понимаю. Ты хочешь, чтобы я вернул тебя в наше время. Если ты убьешь меня сейчас, то останешься в сорок пятом году.

– Правильно. Сейчас мы в одной лодке.

– Очень разумно. А я могу тебе доверять?

– Нет, конечно. Я тоже не уверена, что ты не убьешь меня, едва я повернусь к тебе спиной. Но полчаса назад ты спас меня, и теперь я должна спасти тебя. Будем считать, что на сегодняшний день мы квиты.

– Понятно.

– Еще один вопрос. Когда ты выбросил в море мою одежду и оружие, где был мой короткий меч, вакидзаси?

– Почему ты думаешь, что я тебе отвечу?

– Потому что взамен я расскажу, что случилось с персональным интерфейсом твоей «Минервы», который ты сделал похожей на свою жену.

– Начни первой.

– Его украл глава «Гиббтек» Джерри Гибб. Это была часть нашего контракта – я дала ему доступ к программе, и он скопировал ее к себе на сервер. Кстати, в «Феникс авиэйшн» есть терминал с доступом к компьютерам Гибба в Сан-Франциско. Ты можешь воспользоваться им, чтобы вернуть свою собственность.

– Значит, к тому времени я буду еще жив?

– Да, насколько это зависит от меня. Так что насчет меча?

– В вертолете его не было. Я не знаю, где он.

Юкико кивнула:

– Ясно. Значит, мне надо уладить еще одно дело.

– С кем?

– Тебя это не касается.

Гилкренски смотрел, как в ее глазах пляшут языки пламени. Лицо японки оставалось абсолютно бесстрастным. Но что прячется за этой маской? И может ли он доверять ее словам?

Тео кивнул и расстегнул молнию на летной куртке. Он стянул ее с себя и набросил на плечи женщины.

– Мне не холодно.

– Я знаю.

В небе послышался рокот возвращавшегося «Си-лайэна». Луч прожектора скользнул по сгоревшему гидросамолету, переметнулся на песок и уперся во взлетно-посадочную полосу. Через минуту огромная машина уже стояла на земле. Говард и Джил бежали к ним через пляж.

Говард взглянул на остатки «Уиджена».

– Я просил вас подавать нам сигналы ракетницей, но это уж слишком! – воскликнул он. – Зачем вы это сделали?

Гилкренски объяснил, что произошло.

– Вы нашли кого-нибудь из летчиков? – спросил он.

– Ни души. Честно говоря, я на это особо не рассчитывал. Шансов было слишком мало.

Тео оглянулся на вертолет и стоявшую рядом с ним одинокую фигуру.

– Наверное, Бобби Айзнеру пора узнать правду, – пробормотал он.