Восьмой детектив - Алекс Павези

Фрэнсис снова опустился на колени и, подняв фотографию, положил ее в задний карман. Он увидел, как от пламени по борту лодки, словно плесень, расползается круг черной копоти, и запаниковал. Огонь еще не добрался до нижней части коробки, и он босой ногой отпихнул ее от лодки и дальше – через всю хижину – к полуоткрытой двери. Затем он поднял коробку и швырнул ее в сторону моря. Миг спустя она отскочила от песка и словно взорвалась, взметнув облако горящих осколков и осыпав берег искрами и пеплом.

Легкие Фрэнсиса наполнились гарью, он, спотыкаясь, сделал несколько шагов и остановился возле пары пустых ботинок. Они стояли там же, где он их бросил, – носок к носку. Фрэнсису показалось, что он почти различает призрак Гранта, который ждет его, чтобы поприветствовать.

– Грант, – он потянулся к невидимой руке и упал на колени, – так ты действительно убил ее?

Он достал фотографию и еще раз изучил ее при дневном свете. От жара клей расплавился, бумага отошла от картона, и под ней обнаружилось спрятанное письмо. Фрэнсис вытянул его из тайника и начал читать.

«Дорогой профессор Макаллистер».

Почерк был очень аккуратный, но такой мелкий, что Фрэнсису пришлось прищуриться.

«Меня зовут Белла Уайт».

Он затаил дыхание.

«Мы не знакомы, но, возможно, Вы видели постановку по одной из моих пьес или меня саму на сцене. В прошлом году мне посчастливилось посетить Вашу лекцию о детективной литературе в Королевском литературном обществе в Лондоне. Она очень вдохновила меня. К письму приложены плоды этого вдохновения на случай, если вы захотите их прочитать. Надеюсь, Вы простите мне эту дерзость.

Я написала семь детективных рассказов, основанных на ваших идеях: они охватывают множество персонажей и сюжетов, и каждый раскрывает одну из структур детектива, если пользоваться Вашим термином. Я надеюсь опубликовать их сборником – «Белые убийства» Беллы Уайт. Простите за эгоцентричное название, я не смогла придумать ничего лучше.

Не могли бы Вы прочитать их и поделиться своими впечатлениями? Это моя первая попытка написать что-то подобное. Возможно, мы могли бы встретиться и обсудить эти рассказы, если Вы позволите угостить вас? Но прошу, будьте снисходительны, Вы первый и единственный человек, кому я их показала.

С признательностью,

Белла Уайт».

Последние два слова совпадали с подписью на фотографии.

Фрэнсис скомкал письмо и бросил его в море. Он поднял свои ботинки, взяв по одному в каждую руку, и в отчаянии закричал:

– Грант, как ты мог?

Он обхватил голову руками, так что ботинки превратились в пару комичных рогов.

– Ты убил ее только для того, чтобы украсть эти рассказы?

Он представил, насколько ее успех уязвил тщеславие Гранта. Должно быть, он каким-то образом убедил Беллу принести на встречу оригинал рукописи, а затем убил ее и забрал его себе. Позже он разбросал по рассказам нестыковки, указывающие на детали убийства. Наверняка, подумал Фрэнсис, Гранта бесконечно забавляло, что он вставил в текст намеки, которые никто, кроме него самого, не сумеет понять. Оригинальное название он сохранил по той же причине?

С каждой минутой прилив подбирался ближе к Фрэнсису. Он посмотрел на море и увидел, что прямо на него движется высокая волна. В нескольких ярдах от берега она разбилась, окатив его брызгами до пояса. Вода была ледяной.

– Как ты мог?

Огонь позади Фрэнсиса погас. Но в промокшем белом костюме он выглядел как снеговик, который уже начал таять.