Восьмой детектив - Алекс Павези

– Конечно. – Балмер вздохнул и поднял мистера Кристофера за подмышки.

– Ну и отлично. Сделай так, чтобы было похоже на самоубийство.

Человек в синем завыл. Балмер положил руку в перчатке ему на лицо: один из пальцев вошел прямо в ноздрю, а большой палец зажал челюсть.

– Не шуми.

Перед тем как выйти, Лори напоследок повернулся к напарнику и положил руку ему на плечо.

– Ты отлично знаешь, что он виновен. Это он все организовал.

Балмер хмыкнул, а затем содрал синий пиджак с мистера Кристофера и обвязал рукав вокруг его длинной шеи.

– К тому же чертов идиот и сам во всем сознался.

У Гранта было готово оправдание.

– Думаю, я выкинул этот рассказ из памяти.

Джулия не стала отвечать на это прямо.

– Тот случай, когда убийцами оказываются все подозреваемые.

– Понятно, – сказал Грант. – Значит, здесь та же развязка, что в четвертом рассказе?

– Да, в том, где пожар и вечеринка с кучей актеров. Но, разумеется, в оригинале этот рассказ был совсем другим.

Грант выглядел побежденным.

– Вы и его изменили?

– Здесь требовалась осторожность. Я придумала план с изменением концовок, но мне приходилось считаться с определенными ограничениями. Ведь рассказы иллюстрируют научную работу. И менять их я могла только в рамках этой работы. Иначе все развалилось бы.

– Вы должны были придерживаться правил, чтобы я изобличил сам себя.

– Мне нужно было, чтобы наши беседы продолжались. Поэтому сочинить совершенно другую, новую концовку было нельзя. Вместо этого я просто поменяла местами концовки третьего и четвертого рассказов.

Грант не удержался от улыбки.

– Очень умно. И что с четвертым рассказом?

– Его оригинальную развязку я переместила в третий рассказ. Все начинается с вечеринки в ресторане по случаю дня рождения. В огромном магазине по соседству бушует пожар. Хелен Гаррик просят последить за местом преступления до приезда полиции. Она осматривает тело: имениннику проломили голову молотком.

– В туалете, запертом изнутри.

– Гости вечеринки – актеры. Каждый рассказывает Хелен свою небылицу, и картина преступления все больше и больше запутывается. Время идет, а полиции все нет. Беспокойство подозреваемых нарастает.

– И проницательный читатель обязательно заметит, что, когда произошло убийство, Хелен тоже была в ресторане, так что ее следует считать подозреваемой наравне с другими.

– И это именно та концовка, которую я переместила в третий рассказ: убийство совершил детектив.

Хелен нарушила ход действия, опрокинув бутылку красного вина на пол. Она приземлилась с грохотом, образовав пятно, такое же, как в уборной: жидкая кровь и осколки.

– Прошу прощения, – сказала она, – но я весь вечер сижу здесь и выслушиваю ваши версии. С меня хватит.

На случай если кто-то еще сомневался, что вино было сброшено намеренно, она кончиками пальцев столкнула со стола и бокал. Она сидела на острове из битого стекла.

– Кажется, мы не знакомы. – Джеймс подошел и протянул ей руку. – Я Джеймс.

Хелен пристально смотрела на него.

– Меня зовут Хелен. Меня попросили здесь подежурить.

– Не обращай на нее внимания, – вмешался Грифф, – она пьяна. Наверное, какая-то подруга управляющего.

– Может, и так, – сказала Хелен. – За окном конец света. Кто отказался бы от бокальчика вина при таких обстоятельствах?

– Ну наконец-то, – сказала Скарлетт, снимая пальто с вешалки. – Думаю, это значит, что мы можем идти.

– Я бы на вашем месте не стала уходить. – Как ребенок, играющий в луже, Хелен ударила ногой по осколкам, и они полетели к двери. – Пропустите все веселье.

Эндрю Картер заслонил собой сестру.

– Что вы задумали? Вы в своем уме?

Грифф внимательно посмотрел Хелен в глаза.

– Вы не в себе, – сказал он. – Вам нужно прилечь.

– Вы что, не хотите послушать мое признание? – Хелен встала и взобралась на стул. – Вы провели в этом зале вместе со мной несколько часов, и ни один из вас не догадался спросить, а что же я делаю в этом ресторане, если живу больше чем в двадцати милях отсюда. Никто не поинтересовался, почему я вызвалась дежурить у места преступления, хотя мой последний поезд домой уходит через несколько часов. Неужели вам не показалось это подозрительным?

Шестеро гостей непонимающе переглянулись.

– Вам не пришло в голову, что это я его убила? Могли бы сказать мне спасибо.

Все изумленно ахнули. Снова послышался звук бьющегося стекла: кто-то от удивления уронил бокал. Солнце садилось, а окна почти совсем почернели от копоти. Хелен говорила с силуэтами.

– Я уже битый час пытаюсь придумать объяснение этому преступлению. Предъявить что-нибудь управляющему, чтобы отвести подозрения от себя. – Она задумалась о демонических собаках, преступниках, скрючившихся на крыше, и прочих теориях заговора, но ни одна из них не выдерживала критики. – Поэтому я терпеливо слушала все, что вы рассказывали. Чем-то это было похоже на день в школе. Истории о любовных похождениях Гарри, о невесте, которая притворяется ею за деньги. С меня хватит.

– Так, значит, это вы его убили, – сказала Ванесса. – Но зачем? Кто вы такая?

Хелен села и обхватила голову руками. Почему она не приберегла эти соображения для уютной беседы с полицейским детективом за чашкой чая? Но она была уже слишком пьяна и не могла остановиться.

– Я? Просто Хелен. Хелен Ронда Гаррик. Одна из женщин Гарри, как и все вы, дамы. Я узнала, что у него будет вечеринка. Он, конечно, не хотел, чтобы я приходила. Так что я забронировала столик внизу. Я поднялась сюда в середине ужина и увидела, что вы все смотрите в окно. Это был удачный момент. Гарри с вами не было. Я услышала звук сливающейся воды, и он вышел из уборной. Мужской, конечно, в коридоре снаружи. Он был совсем не рад видеть меня, но я зашла за ним в зал и затащила его в женский туалет – никто из вас не обернулся. Я сказала, что хочу поговорить с ним наедине. Ну а что произошло дальше, догадайтесь сами.

– Расскажите же нам, – попросил Джеймс: он не видел состояния трупа и был заворожен рассказом Хелен.

Она покраснела.

– Я уронила сумочку на пол. Гарри – он всегда был джентльменом – наклонился, чтобы ее поднять. Я вынула из рукава молоток и ударила его по затылку. Всего один раз, и он упал, как кубик льда из формы. Это было невероятно приятно, тот первый удар. Еще шесть или семь ударов, и его голова превратилась в кровавое месиво.

Ванесса упала в руки брата. Скарлетт повернулась к Гриффу, подняв брови. Венди шагнула вперед.