Милая женушка - Дарби Кейн

– Как?

– Удалось отвести ее всего на пару кварталов. Припарковал у всех на виду, накрыв брезентом на двое суток, пока не отыскал безопасный маршрут обратно до хижины. – Он изобразил, что рулит. – Но вообрази мое изумление, когда я обнаружил, что Аарон повис на руле, двигатель работает, а выхлопная труба заткнута…

Мертвый. Лайла убила его, а Джаред нашел. Теперь все сходится. Джаред за ней следил, все видел и поспешил спасать Аарона.

– Но ты опоздал.

– Да, – он кивнул. – Пытался его откачать, но ты постаралась на совесть. Ай, молодца!

От его монотонного голоса Лайлу замутило. Он не давал ей сосредоточиться, увлекал в прошлое, заставляя заново переживать панику из-за записок и страх, что Аарон до сих пор жив.

Она пыталась сосредоточиться. Расслышать каждую чудовищную деталь.

– Но ты зарезал его.

Джаред цокнул языком.

– Изрядную часть последних пары месяцев я отдал на защиту тебя. Велел Аарону не лезть в драку. Наблюдал. И нож – еще один пример этого. Чтобы сбить полицию с толку.

– Он был уже мертв.

Джаред снова развел руками, словно убийство и подстава брата – вещь самая заурядная.

– Если честно, то все пошло под откос из-за внеклассной деятельности Аарона, и я подумал, что пора поднять ставки и двинуться дальше. А твой беспредел только ускорил исполнение моих планов. Но мне нужно было, чтобы все прошло по-моему. Чтобы хижину нашли и всю вину свалили на Аарона. Для этого требовалось добавить твой план к моему. Признаю, подгонка прошла не безупречно, но смахивает на то, что дело выгорело. Вина падет на голову Аарона. Я в ужасе покину город, поменяю имя, а потом начну с чистого листа.

– То есть отправишься убивать в другом месте.

– Я люблю охотиться. Затащить их сюда, дать убежать. Предложить лучик надежды, а потом отнять его… Люблю панику и мольбы.

Его полнейшее пренебрежение и наплевательство на чувства других людей комом тревоги залегли у нее в груди.

– Ваша мама знала о происходящем?

– Когда она поняла причину воскресных игр и всей секретности, папа устроил последнюю охоту, – Джаред взмахнул рукой в воздухе, так что молоток промелькнул перед самым лицом Лайлы. – Созвал мужиков. Принял меры, чтобы это выглядело как несчастный случай.

Его мать. Затравлена и убита.

Желудок Лайлы конвульсивно стискивался и дергался. Она сглотнула желчь, настроившись выслушать его жуткий рассказ до последнего слова.

– А трастовый фонд?

– Богачи готовы отвалить сумасшедшие деньги за всякие дерьмовые выходки, – на сей раз он похлопал молотком по бедру. – Так что с мамой дело было улажено, а когда у папы поехала крыша и он понес пургу о каких-то секретах – к счастью, настолько наглую, что никто не поверил, – я уладил и это.

«Что за черт?»

– Ты сбил его на обочине.

– Я уладил это, – окрысился Джаред. – Вот что я сделал. Я разгреб бардак, включая и твой.

– Нет.

– Мы связаны. Я знаю, ты это чувствуешь. Ты говоришь об этом все время.

Внимание уже начало рассеиваться, но Лайла держалась. Ждала подходящего момента.

– А Брент?

– Ага, это я пустил слухи о его причастности. И подождал, пока полиция найдет на его компьютере детское порно.

Психопат. Излагает свои тошнотворные преступления с тем же настроем, с каким говорил с ней об акциях. Четко и деловито.

– Ты что-нибудь чувствуешь? – Ей надо знать, хотя вряд ли он будет честен.

– А ты? – Он похлопывал молотком по ноге все быстрее. – Убила мужа и как ни в чем не бывало…

– Ты больной! – Из книг Райана Лайла знала, что должна взывать к гуманизму, если у Джареда имелась хотя бы капелька, но эти слова вырвались сами собой.

– Я такой же, как ты. – Он сделал последний шаг, оказавшись прямо перед ней всего в двух-трех футах. – Эмоции, которые ощущают другие – вина, любовь, преданность, – для меня ничего не значат. Я пытался завести отношения, ходить на свидания. Скучно. Мне надо большего. Волнения. Гонки.

– Школьницы были блондинками.

– Что?

– Аарону нравились юные блондинки. Ты охотился на брюнеток. – Теперь разница в типажах девушек стала совершенно очевидной. – Аарон не убивал ни одну из них.

– Я это уже сказал. Он по этой части был полный лох. Я находил женщин. Заманивал их поглядеть на что-нибудь возле моей машины или хватал их на заправке. На парковке.

– Они были похожи на твою маму? – И на нее саму?

– Не анализируй меня. Я выбирал женщин, которые сами напрашивались.

Лайла подумала о Карен, Яре и Джули. Все молодые, все ехали по своим делам, пока он их не погубил.

– Чем?

– Привлекли мое внимание.

Он стоял достаточно близко, чтобы стало видно, насколько бесцветный у него взгляд. Лайла всегда о нем пеклась, считая одиноким и чуточку печальным. Сформированным жуткими обстоятельствами и преждевременной утратой матери. А теперь увидела его как пустую оболочку. Достойную не сожаления, а устранения. Искоренения.

Лайлу захлестнул страх. Но вместо того чтобы шарахнуться, она пустила страх в дело. Позволила ему наполнить себя темной энергией.

– И что теперь?

– От тебя зависит. – Его взгляд – дикий, но вменяемый – блуждал по ее лицу. – Можем переехать, притворившись, что деяния Аарона нас ужаснули, и начать всё с начала.

Ее передернуло от отвращения.

– Мы с тобой? Поженимся?

– Да нет. Ты что, не слушала? У меня есть потребности. Порой мне надо удалиться, побыть в своем особом месте. Поохотиться, – он снова улыбнулся. – Ты говорила это миллион раз. Мы понимаем друг друга. Нас связывают узы. Черт, потому-то я и делал все это.

Паника внутри нее разрасталась с каждым словом. Его оторванность от реальности пугала.

– Что делал?

– Перевез труп Аарона. Подкинул улики Райану и Бренту. Позволил тебе жить после убийства моего братика.

– Ты слабоумный, если надеешься, что я поддержу твои убийства.

– Я надеялся, что поддержишь. Это многое упростило бы.

– Ни за что! – Вскинув руку, она взмахнула ножом.