Живописец смерти - Джонатан Сантлоуфер

— Что же это получается? — возмущенно воскликнула Клэр Тейпелл. — Вначале вы вроде его поймали, а теперь оказывается, что нет. Пресса неистовствует, Рэнди! Мэру уже звонили двадцать навозных жуков из мира искусства с воплями о том, что они не чувствуют себя в безопасности, и жалобами на слабую работу полиции… А потом он звонит мне. — Тейпелл тяжело вздохнула.

Если тебя не любит шеф полиции, это уже само по себе достаточно плохо, но разнос в присутствии всех работников отдела по расследованию убийств Рэнди Мид перенести не мог. Он шумно втянул в себя воздух.

— Разве я виноват, что репортеры такие безответственные? И если бы Макиннон тогда все не испортила…

Кейт даже не поморщилась. Она продолжала смотреть в газету, лежащую на коленях, делая вид, что внимательно читает. Затем шумно перелистнула страницу.

— Макиннон преследовала подозреваемого, — подал голос Браун.

Тейпелл снова набросилась на Мида.

— Рэнди, вы команду СУОТ[45]вызывали?

— На это не было времени, — пробормотал Мид.

— Время есть всегда, — недовольно буркнула Тейпелл, побарабанила пальцами по столу и тяжело вздохнула. — Ладно. Первое: приложить максимум усилий для минимизации утечки информации. Пресс-конференцию я уже провела, так что никому из присутствующих — и вообще никому в полицейском управлении — общаться с прессой не нужно. — Она посмотрела на детективов. — Все поняли? Второе: о любом действии Живописца смерти, даже если он икнет, мне должно быть известно, причем немедленно. Понятно?

— Я доложу вам сразу же, как только он снова войдет со мной в контакт, — сказала Кейт. — Но Рэнди прав. Тогда времени было явно недостаточно.

Мид дернул голову в направлении Кейт и удивленно открыл рот. Казалось, галстук-бабочка его сейчас задушит. Браун откашлялся.

— Медицинская экспертиза показала, что смерть Аманды Лоу наступила меньше чем за час до нашего прибытия. Так что еще немного, и мы бы успели.

— Факт, что не успели, детектив Браун, а все остальное не считается. — Тейпелл посмотрела на часы. — С минуты на минуту здесь должен появиться сотрудник ФБР Митч Фриман. Психиатр-криминалист. Он просмотрел все материалы дела и выскажет свои соображения.

— Мы уже знаем повадки нашего клиента, — заметил Мид.

— Это не важно, Рэнди. Придется выслушать еще раз.

— Они забирают у нас дело? — спросила Слаттери.

— Пока нет, — ответила Тейпелл. — Но нас обязали отправлять в Куантико все улики, старые и новые, ежедневно информировать, а также выслушивать их рекомендации. На данный момент это все.

— Я много о вас слышал, — сказал Митч Фриман, протягивая Кейт руку.

— Представляю, — промолвила она.

Фриману было лет сорок пять. Темный блондин с грубыми чертами лица. Совсем не такой, каким его ожидала увидеть Кейт. Ни аккуратной модельной прически, ни фирменного костюма, ни обходительных манер. Фриман занял место между Кейт и Брауном и разложил на столе свои бумаги.

— Вначале я хочу рассказать, каким он мне представляется. — Он надел очки без оправы. — Очевидно, организованный. Умный. Кажется, контроля над собой не потерял. Вернее, пока не потерял, но, возможно, утратит при уменьшении интервалов между преступлениями или если решит, что вы подобрались к нему слишком близко.

— Но он, похоже, хочет, чтобы мы подобрались поближе, — заметил Браун. — Иначе зачем ему посылать Макиннон посылки?

— Некоторые маньяки от подобных контактов получают удовольствие. Им нравится флиртовать с копами, как бы ходить по канату. А еще их приводит в восторг слава. — Фриман снял очки и потер глаза. — Думаю, ваш клиент не сильно отличается от типового маньяка. А значит, наряду с ясностью мышления здесь присутствует сильнейший нарциссизм. Они вообще любят внимание.