Прежде чем проститься - Мэри Хиггинс Кларк

— Карина, а может, вы действительно потеряли мешок? Уронили и не заметили?

— Говорю вам, его украли. Я мешки всегда надежно привязываю. Они у меня не болтаются.

— Тогда выходит, тот, кто украл ваш мешок, жил в «особняке Вандермеера», — подытожил капитан Мэрфи. — И он же устроил там пожар, в котором погибла мать доктора Майнора. Таким образом...

— Вы думаете, я вам тут заливаю? — насторожилась Карина Ренфрю. — Я могу рассказать, как тот полицейский выглядел. Толстый такой. А с ним в машине другой был, которого он называл Арти.

— Мы вам вполне верим, Карина, — успокоил ее Склафани. — А в каком месте у вас украли мешок?

— На Сто первой улице. Там два дома пустых было. Один чинить стали, а в другом у меня неплохое гнездышко было. Только шумновато из-за стройки. Но я не жаловалась.

Склафани насторожился.

— Это почти на углу? — спросил он.

— Да. Там два шага до Амстердам-авеню. Она Сто первую перерезает.

— А не все ли равно, где у нее украли мешок? — удивился капитан Мэрфи.

— Возможно, да, а возможно... тут много чего выплывает. Мы занимаемся делом одного человека. Он работал мастером на той стройке. По словам его жены, его сильно огорчили не то какие-то изменения, которые он должен был внести в работу, не то отмена самой этой работы. Там много неясного, и сколько мы ни бьемся, никак не можем найти зацепку. Возможно, его огорчило какое-то другое событие, никак не связанное с работой. И все это произошло как раз вечером девятого сентября, когда случился пожар в «особняке Вандермеера»... Может, просто совпадение, но... каким-то образом кража «талонов на жизнь» и пожар связаны между собой.

Джордж Бреннан смотрел на недоумевающего Мэрфи. Зато он прекрасно понял весь ход рассуждений своего друга... Джимми Райен работал на Сто первой улице. Наверное, он заприметил, что в доме напротив обосновалась бездомная, вечно таскающая с собой доверху нагруженные тележки. Для Джимми не составило труда проникнуть в пустой дом. Карина Ренфрю попивала и, по ее же словам, «вырубалась напрочь». Райен похитил один из ее мешков и... отвез к «особняку Вандермеера», чтобы поджог здания выглядел пожаром, устроенным каким-нибудь бродягой. Внутрь мешка Джимми не заглядывал и ничего не знал о «талонах на жизнь». А они по странной случайности уцелели.

Недостающие части головоломки вставали на свои места. Бреннан поморщился. Возможно, Склафани сейчас чувствовал то же самое. Джимми Райен, идеальный муж и отец, оказывался виновным сразу в трех преступлениях: поджоге, убийстве бездомной женщины (пусть и непредумышленном, но все же убийстве), а также краже имущества у другой бездомной.

86

— Нелл, от вас исходят сильнейшие волны беспокойства. Вы мне так и не ответили, что сегодня с вами?

Они сидели за столом в приемной Бонни. Ясновидящая держала руки Нелл в своих. «У нее совсем ледяные руки», — подумала Нелл.

— О чем вы хотите узнать у Адама? — шепотом спросила Бонни.

Нелл попыталась вырвать руки, однако Бонни еще крепче сжала их. «Она испугана, и волны беспокойства исходят как раз от нее, а не от меня. Бонни не знает, много ли мне известно о подстроенном Адамом взрыве».

— Мне нужно спросить Адама об Уинифред, — ответила Нелл, стараясь говорить спокойно.— У меня возникло ощущение, что она жива.

— Почему вы так думаете?

— Невдалеке от места, где взорвалась яхта, проходил экскурсионный паром. На нем плыл мальчик, видевший взрыв. Он заметил как за считанные секунды до взрыва с яхты прыгнул человек в водолазном костюме. Я знаю: в прошлом Уинифред серьезно занималась плаванием. Спортсменкой она не стала, но плавала регулярно и поддерживала хорошую форму. Возможно, мальчик ее и увидел.

— Скорее фантазии впечатлительного ребенка, — тихо возразила Бонни.

В приемной было сумрачно. Задернутые шторы превращали комнату в лабиринт теней. За окнами глухо шумел дождь. Единственными звуками внутри комнаты было дыхание обеих женщин.

— А я не думаю, что мальчик ошибся, — уверенно произнесла Нелл. — Кто-то сумел покинуть яхту и уцелеть. И вы наверняка знаете кто.

Бонни содрогнулась. Дрожь передалась ее рукам, и только тогда Нелл удалось высвободить свои руки.

— Бонни, я видела вас по телевизору. Я уверена: у вас настоящий, сильный дар ясновидения. Я не знаю, как это происходит. Традиционная наука до сих пор бьется над объяснениями. Возможно, я бы и сейчас сомневалась, но у меня был собственный опыт. Пусть скромный, но был. И у тети Герты тоже. Но вы, Бонни, отличаетесь от нас. Судьба щедро одарила вас, а вы злоупотребляете ее щедростью. Герта еще давно говорила мне: экстрасенсорные способности можно использовать только во благо, иначе виновного ждет суровое наказание.

Бонни слушала, не сводя с Нелл глаз. Ее зрачки совсем потемнели. Фарфоровая белизна лица все зримее приобретала мертвенный оттенок.

— Вы тогда пришли к Герте, утверждая, будто Адам вступил с вами в контакт. Я не верю в общение с умершими, но я была раздавлена гибелью мужа и хотела получить от него хоть какую-то весть. Когда погибли мои родители, они явились ко мне проститься, поскольку любили меня. Мне думалось: Адам не приходит проститься лишь потому, что мы поссорились. Я хотела помириться с ним, чтобы затем с любовью отпустить. И я поверила вам. Вернее, захотела вам поверить.

— Нелл, там, на другой стороне...

— Слушайте меня внимательно, Бонни. Если вы действительно вступали в контакт с душой Адама, тогда все его слова, переданные через вас, — сплошная ложь. Теперь я знаю: этот человек меня не любил. Любящий свою жену не станет заводить роман с секретаршей и не откроет вместе с ней общую ячейку в банке, назвавшись к тому же другим именем. А раз Адам все это сделал, я уверена, что он меня не любил.

— Вы ошибаетесь, Нелл. Адам вас очень любил.

— Не лгите, Бонни. И не пытайтесь меня одурачить. Я знаю: вы — сообщница Адама или Уинифред. Вы вызвались помогать Герте с одной-единственной целью — заполучить ключ от ячейки, который остался в куртке Адама.

Нелл чувствовала, что удар достиг цели. Бонни замотала головой, но то был жест отчаяния.

— Этим ключом могут воспользоваться только двое: Адам и Уинифред. Я надеюсь, что ваша нынешняя сообщница — Уинифред, а Адам мертв. Мне страшно думать, что более трех лет я жила под одной крышей, дышала одним воздухом, ела за одним столом и спала в одной постели с чудовищем. Да, Бонни. Только чудовище может хладнокровно погубить несколько жизней. Ради этого человека я отказалась от карьеры, о которой мечтала с детства. Представляете, Бонни? Я пожертвовала многим, чтобы ублажить обманщика и вора! Здесь я абсолютно уверена в его виновности. Я лишь молю Бога, чтобы Адам не оказался вдобавок и убийцей.

Нелл достала ключ от индивидуальной ячейки и бросила его на стол.

— Бонни, я уверена, что вы знаете, где прячется Уинифред... или Адам. Если вы помогаете им, вас будут судить как соучастницу. На вас тоже ляжет вина в умышленном убийстве нескольких человек. Возьмите этот ключ и отдайте тому, кто остался в живых. Используйте ваш дар. Убедите ее или его, что вы добыли ключ и теперь можно спокойно отправляться в Уайт-Плейнс, где находится банк. Это ваш единственный шанс смягчить свою участь.