Чужая вина - Питер Абрахамс

Ее старый компьютер, которым она пользовалась еще в институте, дряхлый «IBM», по виду уже не сильно отличавшийся от изобретений Эдисона. Но компьютер принадлежал не только ей — в то последнее лето в Бельвиле на нем работал и Джонни. «Где его компьютер? Сперла?»

Нелл вытащила компьютер из шкафа, подтянула клавиатуру и «мышь», сняла паутину, сдула пыль. С боковой панели на пол упал стикер. Нелл узнала свой собственный почерк, хотя теперь он выглядел иначе — буквы раздались в стороны, пробелы стали шире: «Купить вина и сыра. Вторник, 19:30». Приглашение на вечеринку, которой она уже абсолютно не помнила.

Нелл включила компьютер в розетку, нажала кнопку. Ничего не произошло. Она попробовала нажимать другие клавиши, подергала «мышку», но безрезультатно. «Давай же», — прошипела Нелл и осторожно стукнула машину. Потом стукнула сильнее. Компьютер пискнул, и монитор загорелся. Она внимательно изучила рабочий стол — в основном там были разбросаны иконки, смысла которых Нелл не понимала. Аренда1.doc, Курбе-копия. doc, вопросыиответы. doc, рабочиеписьма. doc.

Рабочиеписьма. doc? Нелл вызвала документ. Появился текст письма.

Уважаемый мистер Бастин.

Я очень разочарован…

Компьютер снова жалобно пискнул, и монитор погас. Нелл повторила все возможные действия: клавиши, «мышь», удары, сильные и не очень. Но все зря. Она выдернула штепсель, воткнула его снова, повторила все с самого начала. Ничего. Она отчаянно закричала на машину, борясь с желанием выбросить ее в окно.

В окне между тем по-прежнему можно было увидеть Тимми. Теперь он стоял перед автомобилем и протирал фары какой-то ветошкой. Нелл открыла окно.

— Тимми?

Он резко поднял голову.

— Да, мэм? — Рука потянулась к кобуре. — У вас все в порядке?

— Как у вас с компьютерами?

— С компьютерами?

— Вы разбираетесь в них?

— Честно? Не очень. По крайней мере пока еще нет.

— Пока еще?

— Я хожу в вечернюю школу на курсы компьютерной грамотности, — пояснил Тимми. — Но занятия кончаются только в ноябре.

— Вы не могли бы подняться?

— Туда, в дом?

— Да. Мне нужна помощь с компьютером.

Тимми обдумал ее предложение.

— А дверь заперта?

— Нет. Входите.

— А надо бы запереть, мэм.

— Ну, — сказала Нелл, — наверное, надо бы. Только я не заперла.

— Ого, — присвистнул Тимми. — Что это такое?

— Компьютер, — ответила Нелл.

Он опустился на колени. Зазвонил телефон. Нелл опрометью схватила трубку.

— Алло?

— Это Вероника Райс. Я получила твое сообщение.

Нелл покосилась на Тимми. Тот въедливо изучал заднюю панель. Она вышла в коридор, насколько позволял шнур.

— Спасибо, что перезвонила.

— Ты сказала, это срочно.

— Ли Энн Боннер погибла. Ее убил Элвин Дюпри.

Пауза.

— Очень жаль.

— Его еще не поймали.

Долгая пауза.

— Это что, предупреждение?

— Предупреждение?

— Ты хочешь сказать, что он навестит меня?

— Нет. Зачем ему это?

Молчание.

— Мне нужно поговорить с тобой, Вероника. Ты не могла бы… — Она собралась было пригласить Веронику к себе, но как быть с патрульной машиной у входа и Тимми? — Мы не могли бы где-нибудь встретиться? Прямо сейчас.

Молчание. И когда Нелл уже решила, что ответа не последует и ей надо срочно искать волшебные слова, Вероника заговорила:

— И будь что будет?

Нелл испытала подлинный ужас. Ужас, чувство физическое, телесное, гнездился где-то между грудью и желудком. Но она должна была узнать, она не могла больше жить в неведении, а потому оставался лишь один возможный ответ: — Да.

— Потому что в этом месте обычно возникают проблемы.

— Какие проблемы? Расового порядка? Это тут ни при чем. Вероника издала странный звук — не то фыркнула, не то хохотнула.

— Ты знаешь, где я живу? — спросила она.

— Тимми? — окликнула Нелл. Он уже успел забраться внутрь компьютера. — Тимми?

Он вскинулся, будто от испуга.

— Да, мэм?

— Я, пожалуй, пойду прилягу.

— Хорошо. Отдохните как следует.

Нелл прошла по коридору, хлопнула дверью спальни — чуть громче, чем позволяли приличия, — и, сбежав по лестнице вниз, выскользнула в гараж через дверь на кухне. Села в машину, нажала на пульт, дала задний ход, опять нажала на пульт. Уже на улице она заглянула в окно кабинета, но Тимми не увидела — и умчала прочь.

Нелл знала, где живет Вероника: в ухоженном районе на Ист-сайде, прямо над Пеннимен-стрит. Остановившись перед домом Вероники — белом с фиолетовой окантовкой, — Нелл позвонила в дверь. Внутри будто качнулся колокол; давно она не слышала этой стилизации. В соседнем доме остервенело залаяла собака. Обернувшись, Нелл увидела старика в африканской шляпе; тот сидел на крыльце со щенком на руках. Щенок взглянул на Нелл, но старик смотрел прямо перед собой.

Дверь открылась. Вероника была в платье, сочетавшемся с окантовкой дома, и, похоже, основательно подготовилась к встрече. Нелл понадеялась, что она ждет гостей после нее.

— Заходи.

И Нелл впервые оказалась в доме Вероники. Чистый, уютный, разве что темновато; на столике в коридоре стояла фотография Мартина Лютера Кинга с автографом.

Вероника провела Нелл в небольшую гостиную с мебелью «под орех» и кремовым ковром на всю стену. На той же стене висели черно-белые фотографии, запечатлевшие Бельвиль до наводнения.

— Очень красивые снимки, — сказала Нелл.

— Бобби делал.

— Правда?

— Да, такое у него было хобби.

И почему она об этом не знала? Фотографии и впрямь были первоклассные: одна, на которой нарядная девочка с задумчивым видом поднималась по лестнице церкви, сгодилась бы для музея.

— Выпить не хочешь? Кока-кола? Чай со льдом?

— Спасибо, я ничего не хочу.

Вероника кивнула. Возможно, стоило согласиться, чтобы разрядить обстановку. Нелл чувствовала себя иностранкой. Форменное безумие: это ее родной город, и она часто бывала в окружении негров, а нескольких чернокожих женщин в музее считала своими подругами. Они сели в кресла друг напротив друга.

— Мисс Боннер умерла?

— Да.

— Я смотрела новости. Там ничего об этом не сказали.