Инстинкт хищника - Джозеф Файндер

Потому я просто позвонил офицеру, чье имя значилось в пресс-релизе на сайте. Офицеру Шону МакАффи, который расследовал причины аварии. Хотя я сильно сомневался, что он занимается чем-то большим, чем формальное расследование.

Я хотел сохранить анонимность. Полиция, наверное, может проследить источник любого звонка, включая звонки по сотовому телефону. Если уж они станут выяснять, то узнают только то, что звонок был делан с таксофона в столовой для сотрудников компании Entronics во Фрэмингеме.

– Сержант МакАффи у телефона, – ответил резкий голос с характерным южным акцентом.

Вокруг никого не было – таксофон стоял в нише в углу кафетерия, около служебного входа, – но я все равно не отважился говорить громко. В то же время мне хотелось, чтобы мой голос звучал уверенно и спокойно.

– Сержант МакАффи, – произнес я спокойным официальным тоном, – это вы расследуете аварию, которая произошла прошлым вечером на шоссе I-95 в Уолтеме? Разбившийся «порше»?

Подозрительный ответ:

– Да?

– Я располагаю важными сведениями относительно этой аварии.

– Кто это говорит?

Я был готов к этому вопросу:

– Я друг водителя.

– Имя?

Мое имя? Имя водителя?

– Боюсь, что не могу сообщить вам свое имя.

– Что у вас за сведения?

– Я предполагаю, что с «порше» что-то сделали.

Долгая пауза:

– Почему вы так решили?

– Потому что у водителя был враг.

– Враг? Вы предполагаете, что кто-то намеренно столкнул машину с дороги, так?

– Нет.

– Тогда вы предполагаете, что кто-то испортил машину?

– Именно так.

– Сэр, если вы располагаете информацией, которая может помочь расследованию, ради себя и тех, кто погиб в этой аварии, вам стоит прийти к нам и поговорить со мной.

– Я не могу этого сделать.

– Я могу приехать во Фрэмингем, – сказал он.

Он знал, откуда я звоню.

– Я не могу встретиться с вами.

Полицейский начал раздражаться. Он повысил голос:

– Сэр, если вы отказываетесь сообщить дополнительную информацию, например, имя «врага», о котором вы говорите, я не смогу ничего сделать. Эксперты-криминалисты изучили прошлой ночью место аварии, каждый сантиметр – и так почти десять метров. Нет ни следов резины от тормозного пути, ни признаков, что машину занесло, – все указывает на то, что водитель просто ехал прямо на ограждение. Пока мы склоняемся к версии, что это была авария с участием одного транспортного средства, которая произошла по вине водителя. Если у вас есть сведения, которые помогут нам изменить точку зрения, вы должны поделиться ими с полицией. В противном случае не отнимайте у меня время.

Я не ожидал от офицера полиции такого агрессивного тона. Пытался ли он таким образом заставить меня выложить все, что знаю, или ему попросту было наплевать?

– Я только считаю, – едва слышно сказал я, – что вы должны очень внимательно осмотреть обломки машины. Готов поспорить, вы обнаружите там следы вредительства.

– Осмотреть обломки? – полицейский уже кричал в трубку. – Сэр, машина разбилась в лепешку, а потом загорелась. От нее не так уж много осталось, понимаете? Сомневаюсь, что там удастся что-то найти.

– Его зовут Курт Семко, – быстро произнес я и повесил телефонную трубку.

Когда я вышел из ниши и направился обратно к кафетерию, я увидел Курта, сидевшего вместе с несколькими ребятами из отдела безопасности. Они громко разговаривали и смеялись, но Курт внимательно смотрел на меня.