Смерть от воды - Торкиль Дамхауг

— Тебе нужен кофе, — сказал он, когда она оказалась рядом с ним в машине через несколько минут.

Кофе ей был совсем не нужен. Она хотела было попросить отвезти ее в квартиру на Ланггата, чтобы подняться в комнату и побыть одной.

— Не могу все время пить только кофе, — сказала она.

— Тогда у меня есть предложение получше, — уверил он. — Ты уже была у меня в гостях. Ты знаешь, что вышла оттуда, сохранив жизнь и честь. Даже рассудок.

— Рассудок? — удивилась она, не понимая, на что он намекает.

— Что ты делала у Бергера? — увел он разговор в сторону, прибавляя газу на перекрестке. — Это из-за сестры?

Она не ответила. Они проехали еще один перекресток, на этот раз на желтый свет, потом он сказал:

— Думаешь, Бергер как-то с этим связан?

— Не знаю, Йомар.

«Дурацкое имя, — подумала она, — колючее». Странно, что она его произнесла. Она решила положиться на него, рассказала, что случилось в квартире у Бергера, но не упомянула о его знакомстве с отцом.

— Он тебе угрожал? Черт, Лисс, надо на него заявить.

Она все еще чувствовала на себе руки, прижимавшие ее к огромному мягкому телу… О таком заявлять бесполезно. Но о том, что он сказал, когда схватил ее, полиция должна узнать. «Я знаю, что случилось, Лисс». «Позвонить Дженнифер», — мелькнула у нее мысль.

— Не думаю, что он угрожал. Он что-то хотел рассказать. Глупо было так струсить.

— Разве убежать от такого психопата — трусость? — Йомар щелкнул языком. — Вообще не умно было туда идти. В следующий раз я пойду с тобой.

Она попыталась выдавить улыбку:

— Очень умно. По слухам, юноши, особенно миловидные, очень в его вкусе… — Она не закончила фразу, перехватив его взгляд.

Его квартира показалась светлее, чем в прошлый раз. И на удивление прибранной для молодого человека с большим количеством времени и денег. Может, у него домработница? Одна дверь из прихожей была приоткрыта, она заметила просторный альков и свисающую с потолка боксерскую грушу. Мебель в гостиной была явно не из ИКЕА. Диван и стулья напоминали дизайн Яспера Моррисона, но она не стала спрашивать Йомара Виндхейма, интересуется ли он дизайном. Вдоль одной стены тянулись стеллажи с книгами и дисками. Только когда он отправился на кухню готовить кофе, она присмотрелась к содержимому полок. В основном рэп, и это соответствовало впечатлению от него. Фильмы-экшен и игры для игровой приставки. «Код да Винчи», несколько детективов и пара романов. Она достала один, «Искупление», сама она его тоже читала. Когда он вошел, она держала книгу в руках.

— Ты такое читаешь? — вырвалось у нее, и она заметила, как уничижительно прозвучал ее вопрос.

— Удивлена?

Он протянул ей кофе.

— Не думала, что футболисты вообще умеют читать, — сказала она, чтобы сгладить впечатление более осознанной иронией.

Он раздернул занавески. Квартира была на восьмом этаже, и небо висело над Осло грубым серым холстом.

— Мне дала ее почитать девушка, с которой я познакомился, — признался он и плюхнулся на диван. — Она настояла, чтобы я прочитал книжку.

— Понимаю, — сказала Лисс и представила себе маленькую футбольную болельщицу, которая пыталась привлечь его внимание с помощью чужих талантов. — И ты прочитал?

— Ага. Хорошая вещь. Особенно то, что непонятно, выжили они в войне или нет. В фильме все слишком ясно.

Она подняла брови, преувеличивая собственное удивление:

— Значит, тебе нравится открытый финал?

— Здесь это точно хорошо, — заявил он, не реагируя на ее язвительный тон. — Кстати, книжку мне дала твоя подружка.

До Лисс дошло, что подружкой он считает Терезу, которая назвала ее сукой.

— Можно, я покурю? Или надо спускаться на восемь этажей?

Лисс могла бы и потерпеть, но захотелось его спровоцировать, потому что ее вдруг охватило раздражение. Не на него, если уж на то пошло, но рядом был он — он пригласил ее домой, он возникал везде и всюду, посылал сообщения и не сдавался, хотя она ясно давала понять, что ей неинтересно.

— Конечно, — сказал Йомар, встал и принес блюдце. — Это вместо пепельницы.

Блюдце было белое, с изображением азиатской девочки, вместо глаз у нее были две черточки, а в руках она держала мак.

— У меня, кстати, есть балкон.

Он открыл дверь и вышел вместе с ней на холодный вечерний воздух, снова зашел и вернулся с курткой для нее. Она ее узнала и не сдержала улыбки.

— А больше всего в книге мне понравилось, — сказал он, дав ей прикурить, — что она напомнила мне о дедушке.

— Да? Его что, невинно осудили, посадили в тюрьму, а потом он оказался героем войны? — Тут ее вдруг осенило: — Ты знаком с Майлин.

На несколько секунд его лицо помрачнело.

— Верно. Немного.

— Почему ты мне не сказал?

Парень пожал плечами:

— У меня еще не было возможности с тобой толком поговорить. Пока еще.

Она сделала вид, что не заметила его тона.

— Где вы познакомились?

— В Институте физкультуры. Она там читала курс о насилии в спортивной среде. Пару лет назад. Я с ней потом разговаривал, она мне понравилась.

Его слова никоим образом не умерили ее раздражение. Она докурила и затушила окурок о голову китаянки.

— Твоя сестра всем очень нравилась. Это ужасно! И если я могу чем-то помочь, Лисс…

«Перестань об этом говорить», — подумала она, но вслух не сказала. «Хватит доставать меня», — подумала она, но тоже не сказала этого вслух.

В гостиной она села на диван, очень удобный. Лисс не хотела уходить, но и оставаться не могла.

Йомар сказал: