Библиотекарь, или Как украсть президентское кресло - Ларри Бейнхарт

Инга находилась в ужасном состоянии, почти в шоке.

— Помешайте ему! Помешайте ему! — пищала она, пока Сьюзи сдирала клейкую ленту с её запястий и ног.

— Теперь всё будет хорошо, слышишь, всё будет хорошо.

— Помешайте ему.

— Он умер, — успокоил я Ингу и обернулся к Ниоб. — Как ты?

Ниоб кивнула: «всё нормально». Я заметил рядом с Парксом бритву и рассёк её путы.

— Это ты его застрелила? — спросила Инга Сьюзи.

— Наверное, в эту перчатку встроен электрошок, вот он его и убил.

— Он точно умер?

— Точнее не бывает.

— Ой, как хорошо! — обрадовалась Инга. — Заберите меня отсюда.

Первым делом, как только я разрезал ленту, стягивающую запястья Ниоб, она содрала скотч со рта. Удивительно, но она была совершенно хладнокровна, и первыми её словами были:

— Они хотят изменить результаты выборов.

— Я знаю.

— Я не знаю, как именно, но знаю, что хотят. Джек случайно проговорился.

Я начал срезать ленту с её лодыжек, а она тщетно пыталась найти куски юбки, которыми можно было прикрыть наготу.

— Я тебе больше скажу, они уже даже наполовину изменили их. Об этом даже по радио говорят. Они заставили выборщиков из Айовы изменить своё решение.

— Это законно? — Ниоб пыталась прикрыть ошмётками кофты грудь.

— Дай ей свитер, а? — обернулся я к Сьюзи.

— Ой, конечно, — и Сьюзи принялась стаскивать свитер через голову.

— Ты ранена? — я смотрел на кровоточащие порезы и ужасные ссадины, оставшиеся после ленты, которую она тщетно пыталась разорвать.

— Нет. Во всяком случае, не сильно. Это законно? — повторила Ниоб свой вопрос.

— Возможно да, возможно нет. Сейчас никто ничего точно тебе не скажет, — Сьюзи, наконец, сняла свитер и Ниоб надела его. — Это только что по радио сказали.

— Я хочу уйти отсюда, уйти куда-нибудь — простонала Инга.

— Да, непременно, — отозвалась Сьюзи. — Давайте, я помогу вам.

— Ну? — Ниоб хотела получить ответ.

— Понимаешь, в 24-х штатах в законе не прописано, что выборщики обязаны голосовать так, как они обычно голосуют. И один из этих 24-х — Айова. Собственно, именно поэтому они его и выбрали.

— Что значит «они выбрали»? Ты-то откуда знаешь?

— Я узнал все имена, что они назвали по радио. Все эти люди на крючке у Стоуи, так или иначе… Одному он дал денег, чтобы тот открыл своё дело, у другого сам что-то купил, на третьего у него компромат, ну и так далее. Все семеро у него под колпаком.

— Но почему Айова?

— Есть у меня одно предположение… — я заметил, что ей было больно идти. — Больно?

— Нога затекла, вот и хромаю.

Я потянулся к её ноге, но тут Ниоб заявила, чтобы я не приближался.

— Хорошо, хорошо, не буду.

— Не хочу, чтобы кто-то до меня дотрагивался, — такого жёсткого голоса у неё я ещё не слышал.

Я ему даже обрадовался. Этот голос показал, что она всё-таки живой человек. Вот если бы она была полностью индифферентной, стоило начинать волноваться. Она взяла меня под руку, доковыляла до сиденья, упала на него и начала растирать икру.

— Итак, почему Айова?

— Айова маленькая. Это один из самых маленьких штатов, который отдал свои голоса Мёрфи. Больше только в Нью-Мексико — там пять выборщиков, но там есть закон о выборщиках. Передумать там — значит получить обвинение в совершении уголовного преступления. Нет, конечно, дело до суда даже не дойдёт, но по-любому действовать там сложнее. Есть ещё Род Айленд, там тоже четыре выборщика и нет закона, но там Мёрфи обошла Скотта на целых 7 %, а в Айове разрыв всего-то в каких-то полпроцента.