Убийственно красиво - Питер Джеймс

Линду Бакли сменил худощавый и вежливый молодой констебль лет двадцати пяти по имени Крис Уиллингем. В руке он держал маленький чемоданчик, в котором было все для ночного бдения, и через несколько минут водворился в гостиной с наушниками и «Путеводителем по Хорватии» на коленях.

Гленн Брэнсон сообщил по телефону, что снова зайдет через час. Тома интересовало, не появилась ли у него какая-нибудь информация. Он также решил спросить детектива, почему тот не сказал ему, что узнал в Увальне из поезда Реджиналда д'Эта.

Оставив Криса Уиллингема с черным кофе и тарелкой шоколадного печенья, Том вернулся в кабинет к «Санди таймс», которую еще не открывал. Обычно в воскресенье вечером он и Келли располагались на диване в гостиной, разложив все секции «Санди таймс» и «Мейл он санди» на ковре. Том всегда начинал с деловых страниц, ища преуспевающие компании в качестве потенциальных клиентов. Келли начинала с журнала «Мейлс ю».

Но читать газету сегодня было тратой времени, так как буквы расплывались перед глазами. Том чувствовал себя одиноким и испуганным. Его терзал страх за Келли.

Реджиналд д'Эт — Увалень из поезда, оставивший компакт-диск, — найден убитым в своем доме. Задушенным в собственной ванне.

Кем?

Теми же людьми, которые угрожали убить семью Тома? В новостях сообщили, что д'Эт — сменивший имя на Рон Докинс — заключил сделку с обвинителями в предстоящем процессе педофилов. Выходит, это «профессиональное» убийство? Или месть родителя изнасилованного им ребенка?

Или же, думал Том, это наказание за потерю диска? Такое же наказание, каким угрожали ему и его семье за то, что он нашел этот диск?

Двадцать четыре часа тому назад они пили шампанское в гостиной дома Филипа Ангелидиса. Не бог весть какой вечер, но, по крайней мере, жизнь была нормальной. Теперь же Том просто не знал, что делать. Он пытался думать о завтрашнем дне — понедельнике, — но был не в состоянии заглянуть вперед даже на несколько минут. Том не мог отменить презентацию для «Лендровера», значит, ему придется послать вместо себя кого-то из своей команды. Это означало выплату этому человеку комиссионных, если дело выгорит, и уменьшение его доли. Но сейчас это казалось наименьшим из зол.

Внезапно он ощутил приступ гнева на Келли. Он понимал, что это чувство иррационально, но ничего не мог с ним поделать. «Как она могла так поступить со мной в такое время?»

Почти сразу же гнев сменили угрызения совести.

«Господи, дорогая, где же ты?»

Том закрыл лицо руками, пытаясь ясно мыслить в этом ночном кошмаре и ненавидя себя за собственную беспомощность.

Через час с небольшим голубой седан подъехал к дому. Выглянув из окна кабинета, Том увидел Гленна Брэнсона, вылезающего из водительской двери, и другого мужчину — белого, лет под сорок, с коротко стриженными волосами — копа с головы до ног.

Он сбежал вниз, чтобы не дать им позвонить и взбудоражить детей, и открыл дверь. Леди выбежала в прихожую, но Том смог успокоить ее, не позволив ей лаять. Очевидно, она полностью оправилась от болезни — или от отравления.

— Еще раз добрый вечер, мистер Брайс. Простите, что беспокоим вас.

— Что вы! Я рад вас видеть.

— Это детектив-суперинтендент Грейс, который руководит расследованием, — представил Роя Брэнсон.

Брайс посмотрел на суперинтендента, удивляясь, что тот так небрежно одет, но все, что он знал о полиции, было почерпнуто из сериалов, где детективы также нередко появлялись одетыми небрежно. У суперинтендента было приятное лицо с проницательными голубыми глазами и властным выражением.

— Спасибо, что приехали, — сказал Том Брайс, впуская их и провожая в кухню.

— Никаких новостей, мистер Брайс? — спросил Гленн Брэнсон, придвигая стул к столу.

— Одна, но думаю, вы ее уже знаете. Человек в поезде был педофилом, которого сегодня нашли убитым. Реджиналд д'Эт — я узнал его лицо в теленовостях.

Грейс окинул взглядом кухню с детскими рисунками на стенах, холодильником с встроенным телевизором, дорогим оборудованием и сел, глядя на Тома.

— Мне очень жаль, что такое случилось с вашей женой, мистер Брайс. Я просто хотел задать вам несколько вопросов, которые могли бы помочь нам в поисках.

— Конечно.

— Не могли бы вы сообщить, — продолжал он, внимательно наблюдая за Томом, — когда вы купили «ауди», который сожгли?

Глаза Брайса тотчас же скользнули вправо.

— В марте.

— У местного продавца?

Взгляд снова двинулся вправо — значит, память располагалась в правой стороне его мозга. Таким образом, если перед ответом глаза скользнут влево, то их обладатель обращается к творческой стороне мозга, намереваясь солгать. Но сейчас он говорит правду.

— Да, у Каффинса.

Грейс достал записную книжку.

— Я бы хотел уточнить хронологию. Не могли бы мы пробежаться по событиям, предшествующим исчезновению вашей жены?

— Разумеется. Хотите что-нибудь выпить? Чай или кофе?

Суперинтендент выбрал черный кофе, а Гленн Брэнсон — стакан воды из-под крана. Том включил чайник и начал описывать детали вчерашнего вечера.

Когда он закончил, Грейс осведомился:

— Вы не ссорились с женой перед выходом из дому или по дороге домой?

— Нет, — ответил Том, снова передвинув глаза вправо.

Он думал о поездке домой от Ангелидисов. Келли была в немного странном настроении, но такое часто случалось раньше, и она после этого не исчезала.

— Могу я задать довольно личный вопрос?

— Задавайте.

— У вас счастливый брак? В ваших отношениях были какие-нибудь проблемы?

Том Брайс покачал головой:

— У нас был не просто счастливый, а великолепный брак.

Чайник начал кипеть. Том приподнялся, но следующий вопрос Грейса пригвоздил его к стулу:

— С вашими финансами все в порядке, мистер Брайс?

По выражению глаз, похожих на лазеры, Том понял, что Грейсу кое-что известно о его проблемах.

— Откровенно говоря, их великолепными не назовешь.

— Миссис Брайс застраховала свою жизнь?