Летний ангел - Монс Каллентофт

Часы на стене в зале заседаний показывают 18.15. Секундная стрелка бежит по кругу, как положено, однако не покидает ощущение, будто на часах что-то не то. Встреча по подведению итогов вместо утреннего совещания.

Следственная группа собралась вокруг стола. Все устали, лица блестят от пота, одежда помята и испачкана мелкой летней пылью.

Только что начался обзор последних событий.

Малин рассказала о посещении Свеи Свенссон и Стюре Фолькмана, о допросе под гипнозом.

От Карин Юханнисон поступили плохие новости. Техническое обследование квартиры Сулимана Хайифа не дало никаких результатов. В компьютере у него обнаружена уйма порнографических материалов, но ничего такого, что позволило бы привязать его хотя бы к одному из убийств.

Магазин «Блю роуз» продал тридцать четыре вибратора, а один из полицейских ассистентов нашел в Интернете десяток сайтов, где продавались изделия того же производителя, так что без признания или новых доказательств вопрос о Сулимане Хайифе не мог сдвинуться мертвой точки.

— Почему мы сразу же не проверили «Блю роуз»? — возмутился Зак.

— Мы сочли само собой разумеющимся, что такие штучки покупают в Интернете, — ответила Малин. — Ни в одном закипающем от жары мозгу не всколыхнулась мысль об этом убогом магазинчике.

— Ошибки случаются в каждом расследовании, — говорит Свен Шёман. — Мы частично избавили технический отдел от ненужной работы. Но что-то предпринять в отношении покупателей вибраторов в «Блю роуз» не представляется возможным. Конечно, мы можем попросить их связаться с нами, но это ничегошеньки не даст. Никто открыто не признается в том, что он покупал вибратор. В этом мы единодушны, правда? Хайиф. Тут мы можем продвинуться дальше?

— У него нет алиби, в остальном же у нас на него — полный ноль.

Малин слышит усталость в голосе Вальдемара Экенберга. Похоже, он уже соскучился по своей вилле в Мьёльбю и по привычной клиентуре.

Еще один сотрудник, женщина по фамилии Аронссон, по просьбе Малин исследовала семейную ситуацию Стюре Фолькмана. Порылась в архивах и обнаружила, что одна из двух его дочерей от брака с Гюдрун Стрёмхольм, Элизабет, покончила с собой в возрасте семнадцати лет — повесилась. Причина самоубийства осталась неизвестной.

Теперь с этим кое-что прояснилось.

Аронссон — самый толковый ассистент из своего выпуска. Она проверила также сведения, связанные со смертью отца Луисы Свенссон. Тело было обнаружено в воде возле лодки на озере Рюссбюшён, с раной на голове. Предположительно, Гуннар Свенссон поскользнулся в лодке, ударился головой об уключину и без сознания упал за борт. На уключине обнаружены следы крови.

Свен рассказывает, что от Yahoo неожиданно пришел ответ, содержащий пароль от почтового ящика Тересы Эккевед. Единственная корреспонденция, найденная в нем, — десять сообщений, адресованных Lovelygirl, которая, судя по содержанию писем, и есть Луиса Свенссон. В письмах упоминается название ее усадьбы. Судя по этим сообщениям, на время убийства никакие свидания не назначались. Ответ от Facebook так и не поступил.

«Ты хотела скрыть свои непристойные тайны, Луиса, — думает Малин. — Ты надеялась, что мы ничего не узнаем. А когда мы узнали, ты продолжала защищать себя, свои воспоминания, свою сущность».

Одинокий человек в лесу. Совратитель несовершеннолетних.

Затем Свен рассказывает о том, что специализированный экспертный отдел в Стокгольме составляет психологический портрет убийцы, но на это нужно время, ибо весь отдел ушел в отпуск, а приглашенный со стороны психолог неожиданно простудился и заболел.

— Ох уж эти психологи, — ухмыляется Вальдемар.

Малин размышляет о том, что сказала Вивека Крафурд о портрете убийцы, но решает оставить это при себе. Ведь это всего лишь догадки, построенные на минимальном материале.

— Прорабатывайте дальше все версии, — говорит Свен, — и пытайтесь найти новые. Напрягите мозги. Экенберг, Сундстен — допросите всех, кто ранее совершал преступления на сексуальной почве. Всех, кого найдете.