Ротвейлер - Рут Ренделл

В понедельник она спустилась сюда на десять минут раньше обычного. «Стар Антикс» был еще закрыт, когда на улице звякнул колокольчик и кто-то легко постучал по стеклу.

Не отрываясь от протирания пивных кружек Инес сообщила:

– Мы открываемся в девять тридцать.

– Это полиция, – ответили ей, – нам нужно с вами поговорить.

Инес открыла дверь. Их было двое, двое мужчин. Тот, который постарше, назвался инспектором уголовной полиции Криппеном, извинился за вторжение и объяснил, что это служебное посещение. Инес подумала, что имя у него неудачное для полицейского, и еще о том, что для молодых, правда, это имя ничего не значит. Обоим далеко до мужественного, вежливого и элегантного инспектора Форсайта.

– Чем могу вам помочь? Ваш визит связан с убийством девушки на Бостон-плейс?

– Так точно, мадам. – Ей вдруг почему-то захотелось, чтобы он назвал ее «любимая». – Вы, наверное, узнали об этом по телевизору.

– Но это ведь случилось не здесь. Бостон-плейс находится в миле отсюда.

Молодой полицейский снисходительно улыбнулся:

– Не так уж и далеко. Свидетель видел человека, убегающего с места преступления, пол он не смог определить, а десять минут спустя другой свидетель видел похожую фигуру, появившуюся на Стар-стрит со стороны Эджвер-роуд.

– Что вы имеете в виду под «появившуюся»? Он все еще бежал?

Только Криппен собрался ответить, как открылась внутренняя дверь магазина, из-за нее высунулась голова Джереми Квика. «Ой, простите, что побеспокоил», – и голова исчезла.

– Кто это? – спросил Криппен.

– Квартирант с верхнего этажа.

– Мы хотели бы поговорить с ним. Куда он пошел, мадам?

– Скорее всего, к станции метро на Эджвер-роуд, – ответила Инес.

– Беги за ним, Оснабрук, – приказал Криппен, – и поторопись. А другие жильцы у вас есть? Миссис?..

– Миссис Ферри. Да, двое. Вы говорили мне про человека, который то ли бежал, то ли…

– До сих пор бежит. Вы не могли его случайно увидеть? Это случилось около девяти пятнадцати вечера, в четверг.

– Я находилась наверху, в квартире. И шторы были задернуты. – Инес раздраженно вздохнула, когда дверь снова открылась.

Но на этот раз вошедший не остановился, а аккуратно закрыл за собой дверь. Фредди Перфект никогда не делал шаг назад, раз уж решил идти вперед.

– Доброе утро всем, – сказал он, – не часто к нам заходят так рано, правда, Инес? – Он подмигнул ей. – Видимо, дело срочное.

– Этот джентльмен – тоже квартирант, миссис Ферри?

Фредди ответил за нее.

– Я не снимаю здесь квартиру, сэр, ее снимает мадам Людмила Гоголь, моя любовница.

Если Фредди впервые назвали джентльменом, то и Криппена, скорее всего, тоже впервые назвал сэром человек не из числа его подчиненных. Узнав о любовнице Фредди, он быстро-быстро заморгал. Открылась входная дверь, и вернулся Оснабрук, ведущий под конвоем Джереми Квика.

– Только не больше пяти минут, – заявил Джереми. – Иначе я опоздаю на работу.

Оснабрук спросил его об убежавшем мужчине, но прежде, чем Джереми ответил, в разговор влез Фредди Перфект.

– Одного не понимаю, зачем ему бежать? Вот вас спрашиваю. От кого ему убегать? Его что, преследовали?

– Этого мы не знаем.

Криппен произнес это недовольным тоном и повторил свой вопрос, обращаясь к Джереми. Фредди встал в углу, около большой вазы с иранским узором по краю. Глубокомысленно кивая, он крутил в пальцах викторианский театральный бинокль, словно простые четки.

– Да, я на самом деле видел его, – отозвался Джереми. – Было где-то десять минут десятого. Я услышал шаги на улице и визг шин. Звуки такие, будто человек перебегал дорогу, возможно, Эджвер-роуд, и машине пришлось резко затормозить, чтобы не сбить его. Я выглянул в окно. Два моих окна как раз выходят на Стар-стрит. Он бежал по направлению к Норфолк-сквер.

– Почему вы никому об этом не сказали?

– А я не усмотрел тогда никакой связи с убийством.

– Естественно, он не заметил в этом ничего странного, – вмешался Фредди, откладывая бинокль и поднимая серебряное кольцо для салфеток. – Когда видишь бегущего человека, не обязательно ведь думаешь, что он убегает с места преступления, или нет?

– Мистер Квик?

– Да. Он прав. Может, этот парень просто совершал вечернюю пробежку.

Оснабрук посмотрел на него.

– А это точно был мужчина? Вы уверены?

Джереми вдруг пришел в замешательство.

– Теперь, когда вы спросили, я, кажется, не уверен. Могла быть и женщина. Послушайте, мне на работу надо.

– Но прежде чем пойдете, опишите нам этого человека, мистер Квик.

– Сейчас проверим, насколько он наблюдательный, да, Инес? – сказал Фредди.

В третий раз, когда без спросу влезли в разговор, Криппен не выдержал:

– Господин, эээ… как вас зовут?

– Перфект, – сказал Фредди, – Перфект[5]моя фамилия, и по натуре я такой, так я обычно всем говорю. Вообще-то я просто стараюсь быть вам полезным.

– Да, спасибо. А вы хорошо его… или ее разглядели, мистер Квик?

– Этот человек показался мне молодым, лет двадцать, наверное. В джинсах, обычных джинсах, и чем-то с длинными рукавами, куртки не было. Цвета темные, темно-серые или синие, я не различил. Уже стемнело, а цвета при свете фонарей искажаются. А сейчас мне точно пора идти.

– Эх, жаль, что я этого гермафродита не видел, – сказал Фредди. Довольный своей находкой, он еще раз повторил слово. – Я-то сумел бы вам этого гермафродита подробно описать.

Он поднес к глазам высокий бокал для шампанского из венецианского стекла и посмотрел сквозь него в окно. – Но я его не видел, потому что в тот день мы с мисс Гоголь как раз ужинали в ресторане «Маркиз».

– Фредди, ты не мог бы поставить бокал на место, – строго сказала Инес. – Кто, интересно, просил тебя расхаживать по магазину и хватать все, как будто ты здесь хозяин?

Фредди, казалось, обиделся:

– Так всегда делают покупатели в лавках древностей.

– Это не лавка древностей, а если ты здесь покупатель, то покупай.

– Мы пойдем, если больше не с кем поговорить, – сказал Оснабрук. – Но я, кажется, видел здесь молодую азиатку?

Инес вздохнула. Какой мужчина забудет ее, однажды увидев?

– Она здесь не живет. Она работает в моем магазине. – «Должна бы работать, – подумала Инес, взглянув на бабушкины часы. – Ей давно уже пора явиться».