Маргаритки - Кристина Ульсон

— Ничего, если мы войдем? — спросил Петер.

Полицейский кивнул.

— Криминалистам осталось только осмотреть окна, после этого по их линии все будет закончено.

Петер и Юар вошли в квартиру.

— Съемная квартира? — спросил Юар.

Полицейский покачал головой.

— Кооперативная. Они здесь жили с 1999 года.

Обойдя квартиру, Петер присвистнул. Квартира оказалась просторная, с высокими потолками. В каждой комнате — красивая лепнина, огромные белые стены украшали картины и фотографии.

«Фредрика бы влюбилась в эту квартиру», — подумал Петер, притом что понятия не имел, как выглядит ее жилье.

Ну почему теперь так, почему сейчас никто ни к кому не ходит? То, что он никогда не бывал дома у Фредрики, еще можно как-то понять, но в остальных случаях объяснения нет. Он ненавидел одинокие вечера в квартире, куда переехал прошлой осенью. Несмотря на то что квартира была в его собственности, он не отремонтировал ни метра. Мать сшила ему занавески и купила подушки и скатерти, но поскольку сын не выказал ни малейшего желания заниматься домом, то и ее энтузиазм скоро угас. И в этом ее винить не приходится.

Окна в квартире убитой супружеской пары выходили на три стороны. Между кухней и гостиной располагалось свободное пространство, не разделенное на комнаты. В свою очередь, гостиная отделялась от библиотеки большой раздвижной дверью. Кроме того, имелась гостевая комната и спальня, где их нашли убитыми.

Петер и Юар остановились на пороге спальни и заглянули внутрь. Оба уже ознакомились с протоколом, составленным на месте преступления дежурными полицейскими. Первоначальную оценку случившегося результаты экспертизы вряд ли изменят. Якоб Альбин выстрелил жене в затылок. В этот момент она, видимо, стояла спиной к дверному проему, в котором, предположительно, находился сам Якоб. Судя по всему, она ничком упала на кровать, а затем соскользнула на пол. После этого муж обошел кровать вокруг, улегся там и выстелил себе в висок. Прощальная записка лежала на ночном столике.

Ничто в комнате не указывало на то, что кто-либо из супругов оказывал сопротивление перед смертью. Вся мебель на месте, ничего не разбито. На женщине был купальный халат. Она явно прихорашивалась, готовясь к приему гостей.

— Нам известно точное время смерти? — спросил Петер.

— Гости обнаружили тела в семь вечера, а судмедэксперт считает, что к тому моменту они были мертвы уже часа два. Значит, около пяти.

— Соседей успели опросить? — поинтересовался Юар. — Звук выстрела должен был быть слышен во всем доме.

Полицейский, стоявший за ними, кивнул.

— Да, мы разговаривали со всеми жильцами, и те, кто на тот момент был дома, действительно слышали звук выстрела. Но все произошло очень быстро, и к тому же большинство жильцов — пожилые люди — не смогли определить, откуда именно донесся выстрел. Один из них даже вызвал полицию, но по приезде патрульной машины никто не смог точно сказать, в какой именно квартире стреляли. Везде было тихо и спокойно, никто не видел, чтобы кто-нибудь входил или выходил после этого из дома. И патрульные уехали.

— Значит, в доме хорошая слышимость? Раз жильцы так уверены, что никто не входил и не выходил из подъезда? — неторопливо спросил Юар.

— В общем да, — отозвался полицейский.

В этот момент послышался звук передвигаемой мебели в квартире этажом ниже.

— Слышимость что надо, — подтвердил он уже увереннее.

— Они все время были дома?

— Кто?

— Соседи, что живут ниже, те, кого мы только что слышали.

Коллега-полицейский заглянул в блокнот.

— Нет, к сожалению, вчера их не было дома до восьми вечера. А на этом этаже есть еще только одна квартира, и их тоже не было дома.

— То есть никого из ближайших соседей не было дома в тот момент, когда был произведен выстрел? — констатировал Петер.

— Можно сказать и так.

Юар молча ходил по комнате, наморщив лоб, то и дело искоса поглядывая на Петера и на полицейского в форме.

«Определенно с ним что-то не то, — думал Петер. — Мало того что голубой, в нем еще какое-то дерьмо сидит».

— Вот эта вот отметина, — внезапно подал голос Юар, оборвав мысли Петера. — Нам о ней что-нибудь известно?

Он показал на светло-серую дугообразную полосу на стене за спинкой кровати, как раз позади лампы на ночном столике.

— Нет, — ответил полицейской из-за спины Петера. — Возможно, она там уже давно?

— Конечно, — согласился Юар. — Или она появилась, когда лампа упала со столика. Если она вообще падала, конечно.

— Ты считаешь, что все же здесь была какая-то заваруха и лампа упала?

— Именно так. И когда все закончилось, кто-то поднял ее и поставил обратно на место. Можем попросить техников проверить эту версию, если они еще этого не сделали.

Он присел на корточки.

— Штепсель вынут из розетки, — добавил он. — Возможно, провод выдернулся, когда она падала.

Петер хмыкнул и отошел поглядеть в окно.

— Все окна в квартире были закрыты, когда мы пришли сюда, — отчитывался полицейский. — И входная дверь тоже была заперта.

— Изнутри?

— Невозможно сказать. В смысле, возможны оба варианта. Но мы думаем, что дверь заперли изнутри.

— Но ведь ее можно запереть и снаружи? Нам известно, у кого были ключи от квартиры?

— Супруги, нашедшие тела, утверждают, что ключи были только у них. А еще у дочери, которая недавно умерла. Это, кстати, взволновало их обоих.

— Что у нее тоже были ключи от квартиры? — не понял Петер.

— Нет. Что она умерла от передозировки наркотиков, — пояснил полицейский. — Как видно, они не встречались несколько недель, но им было известно о близких взаимоотношениях дочери и родителей. И что та оказалась наркоманкой, стало для наших свидетелей большой новостью.

Юар и Петер переглянулись.

— Нам нужно обязательно побеседовать с этими супругами, и как можно скорее, — заявил Юар. — Они рядом живут?

— В двух кварталах отсюда, на площади Ванадисплан. Они сейчас дома.

— Тогда быстро дуем туда, — бросил Петер и направился к выходу из квартиры.

— Погоди-ка, — остановил его Юар, — я хочу еще раз хорошенько все тут осмотреть, прежде чем мы уйдем.

Петер в нетерпении остановился посреди гостиной и ждал, пока Юар закончит.

— Вот ты походил по квартире — какое впечатление у тебя о людях, живших здесь? — спросил его Юар.

Петер растерянно огляделся, ошарашенный вопросом.

— Что у них есть деньги, — ответил он.