Смертельно опасные решения - Кэти Райх

«Он не имел права, Бреннан. Ты знаешь это».

Все вдруг отступило на задний план. Теперь я была уверена, что чем бы Райан ни занимался, тот человек, которого я когда-то знала, не исчезал. Со временем все выяснится.

И теперь я уже не сомневалась в том, что никогда не сообщу о событиях предыдущей ночи. Я не сделаю ничего такого, что могло бы подставить жизнь Райана под удар.

Я закрыла книгу и возобновила стирку. Я почувствовала невероятное облегчение от того, что теперь знаю правду, хотя и понимала, что процесс внедрения агента может длиться несколько месяцев или даже целые годы.

Я улыбалась, когда засовывала рубашку в стиральную машину. Я умею ждать, Эндрю Райан. Я подожду.

Впервые за все прошедшие недели, чувствуя себя счастливой, я выкинула из головы, неотступно преследовавшие меня образы Паскаля и Танка, и возобновила работу с фотографиями, так и не законченную прошлым вечером. Едва я загрузила диск, как в проеме двери нарисовался Кит.

– Забыл сказать тебе, звонила Изабель. Она уезжает из города, и хотела поговорить с тобой до отъезда.

– Куда она едет?

– Я забыл. Что-то связанное с присуждением премии.

– Когда именно она отправляется?

– Не помню.

– Спасибо.

Его глаза метнулись к экрану.

– А чем ты занимаешься?

– Пытаюсь очистить изображение на некоторых старых фотографиях, чтобы придать четкость лицам.

– Чьим?

– На одной из фотографий Саванна Оспрей. А также человек, которого убили на прошлой неделе.

– Тот мужик, на которого напали в тюрьме?

– Нет. Мужчина, который, по мнению полиции, был жертвой того, в тюрьме.

– С ума сойти!

Кит вошел в комнату.

– Можно посмотреть?

– Что ж, полагаю, здесь нет ничего секретного. Если ты пообещаешь не обсуждать увиденное ни с кем, кроме меня, тогда тащи стул.

Я открыла файл с пикником в Миртл-Бич и показала Киту Саванну и Чероки Дежардена.

– Ни фига себе. Такое чувство, что от этого чувака отказался ВФБ.

– Всемирная федерация борьбы?

– Да нет, Всемирный фонд борьбы за охрану дикой природы. – Он показал на Саванну. – А вот она стопроцентно не из тех дамочек, что повсюду таскаются за байкерами.

– Ты прав. Но в байкерской среде в порядке вещей накачивать наркотиками молодых девушек и удерживать их насильно.

– Она не похожа на любительницу посещать пляжи. Смотри, ее кожа белее простыни.

У меня возникла одна мысль.

– Хочу тебе кое-что показать.

Я закрыла фотографию с пикником и открыла снимок, сделанный во время полицейской проверки на дороге.

Кит наклонился к монитору и стал внимательно изучать изображение.

– Это тот же самый чувак? – Он ткнул пальцем в Чероки.

– Да.

– Фотографировали где-то на Юге?

– Южная Каролина.

– Похоже на дорожную облаву.

Его глаза пробежали по группе байкеров, затем замерли на заинтересовавшем меня мотоцикле.

– Черт побери! Извини. Когда был сделан снимок?

– Неизвестно. Почему ты спрашиваешь?

– Да ведь это же тот самый банк, который мы видели на фотографии с похорон.

У меня участился пульс.

– Ты уверен?

– Тетя, это же самый замечательный кусок железа, который мне когда-либо доводилось видеть. На таких колесах можно лететь хоть к черту на кулички.

– Именно поэтому я и спрашивала тебя о той фотографии с похорон.

– Ты нашла ее?

– Нет.

– Не важно. Это тот самый байк, нет сомнений.

– Откуда ты знаешь?

– Ты можешь его сделать крупнее? Я увеличила часть снимка.

– Матерь Божья! Да это же добрых двести тридцать килограммов чистого золота!

– Скажи мне, как ты узнал, что это один и тот же мотоцикл?

– Помнишь, я тебе говорил уже, что это старый ФЛН, полицейский мотоцикл, с которого сняли все лишнее и переделали? Но не в этом дело. Клево то, как именно владелец его усовершенствовал. – Кит стал поочередно показывать на чудеса мотоцикла. – Этот чувак хотел сделать по-настоящему неукротимую машину. – Он ткнул пальцем в переднюю часть. – Он удлинил колесную базу и приподнял передний конец, установив еще более длинную переднюю вилку. Представляешь, эта штука, должно быть, сантиметров на пятьдесят больше заготовки. Скорее всего, он отрезал кусок рамы. Надо быть просто супер спецом в своем деле, чтобы провернуть такое!

– Почему?

– Если ошибиться, байк расколется и водителя на большой скорости просто размажет по земле. – Кит показал на руль. – Он использовал «собачьи кости» – стальные распорки, чтобы поднять руль.

– Гм…

– Парня, сотворившего такое, несомненно, не интересовало удобство. Он приделал пружинный передний конец, то есть добавил внешние рессоры вместо гидравлических амортизаторов, и раму с «выносливым задом».

– Выносливый зад?

– Это рама с жесткими узлами без задних амортизаторов. Называется «выносливым задом», потому что попе действительно приходится несладко. – Кит показал на несколько штырей в передней части байка. – Ты только взгляни на эти штифты.

Должно быть, мое лицо выглядело слегка глуповатым.

– Спереди установлены дополнительные опорные штифты, сделанные на заказ коробка передач и узел торможения, чтобы можно было вытянуть ноги. Парень подошел к делу серьезно.

– Такты уверен, что это тот самый байк, который мы видели у могилы Сильвестра?

– Та самая классная машина. Но у меня есть еще одно доказательство.

Я уже совсем не понимала его объяснений, так что промолчала.

– Взгляни сюда. – Кит показал на бензобак. – Он украсил бак каким-то формовочным материалом. Тебе это напоминает что-нибудь?

Я наклонилась ближе. Передняя часть производила странное впечатление, но ее форма не вызвала у меня никаких ассоциаций. Я пристально вглядывалась, заставляя свое серое вещество, извлечь хоть какой-нибудь смысл из трапециевидной формы байка.

И вдруг я поняла.

– Такое встречается редко? – спросила я.

– Я видел всего лишь раз. Владелец этого байка – настоящий Роден в шлеме. – Он смотрел на монитор как зачарованный. Затем сказал: – Да! Лететь с ветром, оседлав голову змеи. И-хо-хо…