Смертельно опасные решения - Кэти Райх

Когда мои глаза привыкли к столь скудному освещению, я осмотрелась. Клиентура состояла преимущественно из этаких местных мачо, грязных и длинноволосых, вылитых статистов в фильме про вестготов. Были и женщины с похожими замысловатыми прическами, державшимися благодаря тоннам моделирующего геля. Дамы втиснули свои телеса в тесные блузки на бретельках с вызывающей ложбинкой между грудей.

Кита я не заметила.

Я стала пробираться к дальнему концу бара, когда услышала крики и шарканье множества ног. Низко опустив голову, я с трудом прокладывала себе дорогу через море пивных животов и наконец с облегчением прижалась к стене.

Рядом с барной стойкой громила с распутинскими бровями и впалыми щеками завопил и вскочил с места. По его лицу стекала кровь, капая на рубашку и окрашивая в темный цвет висящие на шее цепи. С противоположной стороны маленького столика на него зло уставился мужчина с круглым лицом. Он держал перевернутую бутылку «Молсона», вытянув руку, чтобы держать противника на расстоянии. Издав пронзительный крик, Распутин схватил стул и обрушил его на соперника. До меня донесся шум бьющегося стекла, и мужчина с бутылкой упал на бетонный пол.

Столики и стулья моментально опустели, так как все присутствующие стали протискиваться вперед, горя желанием поучаствовать в происходящем. Откуда ни возьмись, вырос вышибала Реми с бейсбольной битой и взобрался на барную стойку.

Для меня это оказалось последней каплей. Я решила, что благоразумнее подождать Кита снаружи.

Я уже почти добралась до двери, когда мне в плечи вцепилась пара рук. Я дернулась, пытаясь освободиться, но хватка только усилилась, отчего мне показалось, что сейчас кожу пронзят мои же собственные кости.

Разъяренная, я резко развернулась и столкнулась лицом к лицу с парнем, поразительно похожим на болотного аллигатора. Голова на тонкой шее, вытаращенные глаза-бусинки, длинная узкая челюсть выпячивается вперед.

Схвативший меня человек презрительно скривил губы и резко присвистнул. Распутин замер, и последовало мгновение удивительного молчания, когда он и окружившие место драки люди поворачивали головы в поисках источника звука. Во внезапно наступившей тишине слышался лишь голос Джорджа Стрейта, проникновенно поющего о чем-то.

– Эй, кончайте эту херню, у меня для вас припасено одно представление. – Его голос оказался до невозможности высоким. – Реми, забери у Танка чертову бутылку.

Реми спрыгнул с бара и встал между дерущимися, небрежно уперев в плечо биту. Он поставил ногу на запястье Танка, придавил его, и остатки бутылки выпали из разжавшихся пальцев. Реми отшвырнул ее ногой в сторону, после чего бесцеремонно схватил Танка и поставил его на ноги. Тот начал было что-то бессвязно бормотать, но державший меня человек прервал его.

– Заткнись и слушай, придурок!

– Это ты со мной разговариваешь, Джи-Джи? – Танк качнулся, затем расставил ноги пошире для сохранения равновесия.

– Клянусь твоей задницей, идиот, так и есть!

Танк снова попытался возмутиться. Джи-Джи не обратил на него никакого внимания.

– Посмотрите-ка, парни, что у нас здесь есть. Несколько человек стали слушать, в глазах их колыхалась пустота то ли от выпитого спиртного, то ли от скуки, остальные побрели на свои места. Джордж допел песню, и ему на смену пришли «Роллинг Стоунз». Бармен снова принялся разливать выпивку по стаканам. Шум постепенно усиливался.

– Подумаешь, на хрен, событие! – проорал мужчина у бара. – Нашел бабу, которую при твоем виде не стошнило.

Смешки.

– Да ты присмотрись не членом, а глазами, болван! – ответил Джи-Джи завывающим аденоидным голосом. – Доводилось слышать когда-нибудь о Костной Дамочке?

– Да кто она, черт подери, такая?

– Та самая дамочка, которая немножко покопалась на заднем дворе «Гадюк». Вы что, не слышали о такой? – Он уже почти кричал, шейные сухожилия натянулись, как струны.

Несколько завсегдатаев снова повернули головы в нашу сторону, на их лицах читалось замешательство.

– Вы что, придурки, газет вообще не читаете? – громко проскрежетал Джи-Джи, стараясь привлечь всеобщее внимание.

Все уже вернулись к своим напиткам и прерванному разговору. Лишь один Танк направился к нам, двигаясь с чрезмерной осторожностью очень пьяного человека. Тяжело дыша, он встал передо мной и провел рукой по щеке.

Я отвернулась, но он схватил мой подбородок и дернул к себе мое лицо. От перегара мой желудок моментально взбунтовался.

– По мне, так она не смахивает на слишком уж крутую телку. Я промолчала.

– Ты, что, немая, plotte?

Проигнорировав тот факт, что меня назвали шлюхой, я взглянула ему прямо в глаза.

Свободной рукой Танк рванул молнию на своей куртке. Когда она распахнулась, я увидела рукоятку пистолета тридцать восьмого калибра, заткнутого за пояс. По спине пробежал неприятный холодок страха.

Краем глаза я заметила, как со стула у бара соскользнул какой-то человек и не спеша, двинулся в нашу сторону. Он подошел к Танку и дружески стукнул того по плечу.

– Это кто такая?

Парень в мешковатых черных штанах, увешанный золотыми цепями, распахнутый жилет являет взору белую-пребелую кожу. Образчики тюремного искусства украшали его грудь и руки, глаза скрывались за солнечными очками с большими стеклами. Мускулы вздувались буграми. По-французски он говорил с сильным акцентом.

Танк отпустил мой подбородок и отодвинулся, слегка пошатываясь.

– Это та сука, которая выкопала Гейтли и Мартино.

«Что бы ни случилось, сохраняй спокойствие», – сказала я себе.

– Если бы ты покопалась не в земле, а в Паскале, милочка, тебя бы ждало открытие просто невероятных размеров.

Паскаль снял очки, и мой страх стал нарастать. В прозрачных, остекленевших глазах светилось выражение безграничной уверенности, какую могут дать только амфетамин или героин.

Паскаль потянулся ко мне, но я выставила свободную руку и оттолкнула его.

– Какого черта? – Он вытаращился на меня своими расширенными зрачками.

– Кто-нибудь, держите этого парня на привязи, – удалось выдавить мне из себя с гораздо большей храбростью, чем я испытывала на самом деле.

Лицо Паскаля пошло бурыми пятнами, на шее и на руках вздулись мышцы.

– Что это за хренова сучка?

Он снова потянулся ко мне. Я опять отбросила его руку. От страха я уже почти сознание теряла, но не могла показать им, что смертельно боюсь.

– Ты, наверное, только что вышел из дремучего леса, где никто и слова не в состоянии сказать вежливо, так что за отсутствие манер не стоит тебя порицать. Но только никогда больше не дотрагивайся до меня, – прошипела я.