Яблоня - Лада Солнцева

К горлу подступал ком, руки стали подрагивать. Неуверенный шаг, и Фледель сел рядом с ней. На секунду промелькнула мысль, что последует еще что-то, и Кристиан замерла, но он лишь вздохнул.

– Оставить прошлое в прошлом – не значит просто выкинуть все из своей жизни, обнулив ее. Это движение вперед. Стремление открыться новому, не позволяя старому сковывать себя.

– Я думала о ваших словах, впервые оказавшись здесь. Множество вещей, навевающих воспоминания…

– Навевающих, но не засасывающих. Не заставляющих полностью раствориться в них. Проблема не в вещах – проблема в отношении к ним.

– И вы говорите мне это, столь долго преследуя призраков ради отмщения?

Сержант замолчал. Затем откинулся на диван, запрокидывая голову.

– Я… знаю, неубедительно звучит. Но для меня это тоже своеобразный взгляд в будущее. Желание найти тех, кто повинен в произошедшем. Предотвратить их будущие преступления. Смерти, которых можно избежать. Например, эти пять девушек. И вы.

Он посмотрел на нее с печальной улыбкой.

– Может, я просто пытаюсь доказать самому себе, что я другой. Но до того, как началась череда этих событий и вы «пробудились», мне казалось, что вы находитесь в вечном стазисе давно ушедших времен. Может быть, пришло время двинуться дальше? Начать с малого. Не знаю, поставить на подоконник цветы.

От одного слова «цветы» ее словно ударило током. Она сразу зажалась, отводя взгляд.

– Нет, только не цветы… – пробормотала она тихо. – Не нужно цветы…

– В чем дело, капитан?

Фледель ошарашенно глянул на нее, но Кристиан не позволила ему поймать своего взгляда. Она смотрела вниз, сдерживая лавину накативших воспоминаний.

– Он обожал цветы, – прошептала она с болью. – У нас был огромный, красивый сад. Он целыми днями пропадал там, ухаживал за ними. Помню, я выходила во двор, а он улыбался мне…

Слезы неконтролируемо потекли по щекам. Фледель протянул к ней руки, но они застыли на полпути, и Кристиан отвернулась, пряча лицо.

– Капитан… Кристиан. Вы не должны позволять этим воспоминаниям тянуть вас на дно. Прошло двенадцать лет.

– Я не могу. Я потеряла его. Я не смогла его найти. Я виновата, – шептала она как заведенная. Будто слова Фледеля прорвали плотину, сдерживаемую все эти годы.

– Вы ни в чем не виноваты. Я знаю, каково это. Я знаю эту боль.

Эти слова не достигали ее; более того, они казались избитыми и банальными. Она пыталась ответить что-то, но голос подвел ее, и, не в состоянии остановиться, Кристиан зарыдала. Зарыдала громко, надрывно, позволила чувству потери вырваться из нее; позволила так, как позволяла лишь изредка, совсем давно, в полнейшем одиночестве, когда боль разрывала на части и не оставалось ничего, кроме отчаяния.

Его руки обожгли так же, как в каждом из ее снов; он притянул ее к себе, заключая в бережные, словно защищающие от всего объятия. Пальцы скользнули меж ее волос, поглаживая, и он прижал ее к плечу, пряча от внешнего мира.

Она пыталась унять рыдания, но судороги всхлипов все сотрясали тело, и она вновь и вновь проклинала свою слабость. Прошли минуты, прежде чем Кристиан сумела хоть немного взять себя в руки, но она все еще утыкалась в его плечо, не давая ему взглянуть на себя. Его голос раздался близко, опаляя кожу, и он нежно провел рукой по щеке, убирая прядь волос с ее лица. Она не успела спрятать взгляд – и синие озера его глаз приковали к себе. В них читалось все: защита, поддержка, утешение, уверенность и – что заставляло вздрогнуть и застыть недвижимой – нежность. Все внутри замерло; она чувствовала, как неуловимо изменилась атмосфера, и некое подобие страха, робости коснулось ее сердца; однако она осознала, что не желает сбежать сию же минуту. Фледель смотрел в ее глаза внимательно, долго, словно читал ее мысли; словно где-то внутри ее распахнутых зрачков он прочитал согласие.

Он подался вперед, и их губы соприкоснулись. Кристиан вздрогнула, невольно вдохнула терпкий запах кофе, горячее дыхание, таявшее на языке привкусом дымной смолы, и неосознанно откликнулась мягким поцелуем, закрывая глаза. Все перестало существовать вокруг, растворившись в тепле его тела, и сильные руки, обвивающие ее, заставляли все страхи отступить. Нежные прикосновения к волосам, срывающееся дыхание, пульс, бьющийся под горячей кожей; Кристиан словно запьянела в одно мгновение. На секунду сомнение закралось в ее голову, и она слабо отстранилась.

– Я не могу…

– Прошу, не думайте сейчас ни о чем. Я хочу быть с вами. Всегда хотел. Забудьте о вещах, канувших в лету годы назад. Я здесь, и я рядом сейчас, именно в эту минуту вашей жизни. Единственную минуту, имеющую значение.

Она отвела взгляд, и в ту же секунду почувствовала жар поцелуя на своей шее; если бы она сказала, что не желает каждого его прикосновения, это была бы ложь. Она желала этих прикосновений столь долго, что все тело пульсировало, проходя горячей волной по каждой ране и ушибу, но это не имело значения; значение имело лишь то, что он наконец-то рядом.

Она знала, что пожалеет – она жалела уже сейчас. Но она прильнула к нему в поцелуе, закрыла глаза и позволила себе утонуть в своих желаниях и чувствах; позволила сбыться всему, чему можно и чему ни в коем случае нельзя было произойти.

Алое рассветное солнце заглядывало в окна, когда она очнулась. Незнакомый потолок на мгновение выбил из колеи, но воспоминания вчерашней ночи окатили ведром ледяной воды, заставляя тут же сесть в постели.

Фледель лежал рядом. Утыкаясь лицом в подушку, он обнимал одеяло; та часть лица, что она видела, казалась умиротворенной и расслабленной.

На часах было полдевятого. Совсем скоро начиналась смена, и Кристиан быстро покинула кровать, стараясь не разбудить сержанта; она не хотела ни говорить насчет того, что произошло, ни вообще контактировать с ним. Она совершила чудовищную ошибку и понятия не имела, что делать дальше.

Приведя себя в порядок, капитан быстро покинула квартиру и отправилась в участок. Хуже всего было то, что вернуться ей придется – нужно забрать вещи, и так или иначе разговор с сержантом будет неизбежен.

Остаться в участке на ночь теперь не получится. Придется взять номер в отеле. Черт, нужно было с самого начала так поступить.

Пришла капитан впритык.