Высокое погружение - Марина Даркевич

– Нет-нет, разумеется, никаких кардинальных и радикальных изменений не будет, – произнесла Атаманова, решившая задержать после утренника актёров, которые были в нём заняты и, конечно же, «правую руку» – Людмилу Пронину. Все уже успели переодеться, чтобы отправиться по своим делам, потому что в это воскресенье вечерний спектакль не планировался. – Я уже сказала, каким вижу постановочный процесс в наступившем году, и думаю, возражений не услышу.

Возражений Евгения Эдуардовна действительно не услышала, поскольку ничего экстраординарного не было ею предложено. Конечно, появятся некоторые сложности… Но время, как говорится, идёт и ставит новые задачи.

– И ещё. Небольшой сюрприз, который, надеюсь, не шокирует никого из вас… Настя, входи.

Из смежной комнаты в кабинет несмело прошла среднего роста рыжеватая женщина лет двадцати семи-двадцати восьми. Атаманова встала и обратилась к ней:

– Настя, я приношу тебе извинения лично от себя и от всей актёрской труппы. Ни я, ни кто-либо другой не должны были верить человеку, называвшемуся Константином Дедовым и оболгавшему тебя по причине, которая никому из нас толком неизвестна.

– Пожалуйста, не надо извиняться, – дрогнувшим голосом произнесла актриса Кулагина, ранее довольно долго работавшая в театре Атаманова. –Поверьте, достаточно уже того, что вы разобрались, какую подставу устроил мне якобы «Дедов». Это я вам благодарна.

– Всё на самом деле так, – сказала Евгения Эдуардовна, обратившись к актёрам. – История, преподнесённая нам этим… нехорошим человеком буквально за день до моего отъезда, совершенно не соответствует действительности.

– Да что же это?! – ахнула Севостьянова. – Настя, ты ведь могла сказать, что нам соврали! Мы бы тебе поверили…

– Я не умею оправдываться, – произнесла Настя грустно. – И потом, Дедов… Или кто он на самом деле, считался здесь таким авторитетным, почти старейшиной. Что было моё слово против его?

– Мы бы всё выяснили и выставили этого двурушника вон! – воскликнула Маша, которая прежде более прочих дружила с Кулагиной, несмотря на то что обе обладали довольно сложными и даже слегка склочными характерами. А может быть, напротив, именно по этой причине. – Иди сюда, Настён, дай я тебя обниму!

Женщины устремились друг к другу, крепко прижались в объятиях.

– Ну что ж, надеюсь, более таких эксцессов у нас не произойдёт, – удовлетворённо проговорила Атаманова. – Ладно, Севостьяновы, можете не поглядывать на часы. Я всё знаю, вы свободны, остальных задержу ещё минут на двадцать.

– Спасибо, – произнесла Светлана. – До свидания!

– Всего доброго, – раздался другой голос.

Двое покинули помещение. В процессе стихийной планёрки, продолжившейся в кабинете главного режиссёра, Кулагина посмотрела в окно и шепнула Маше:

– Я, может быть, не всех тут знаю и не всё понимаю… А кто такая вторая Севостьянова?

– В смысле, вторая? – не поняла Глущенко.

– Вон, видишь? Под ручку идут. Слева – Света. Справа – кто? Сестра её, что ли? Девушка с той же фамилией. Они обе только что были здесь.

Маша тихонько прыснула в кулачок.

– Это не сестра. Они – семейная пара.

– Да ладно! Светлана и… девушка? Они вместе?

– Да, – подтвердила Глущенко, еле сдерживая смех.

– Вообще, до меня доходили слухи о том, что Севостьянова неравнодушна к женщинам… Я, правда, в это не верила. Но какую красотку она себе нашла! Настоящая «фема»! Эта девочка тоже у нас в труппе? Как её зовут?

Маша больше не могла сдерживаться.

– Я что-то смешное сказала? – строго спросила Атаманова из-за стола, прервав свою речь.

– Да нет же, извините, Евгения Эдуардовна… – проговорила Глущенко. – Настю мы не успели познакомить с Ден… С Данилом.

– С Данилом? – подняла брови Кулагина.

– С Данилом, – подтвердил Меликян. – Это не девушка. Это муж Светланы.

– Как говорится, видела чудеса техники… Но такого… – произнесла Настя.

– Сегодня с моего разрешения они подрабатывают на детском празднике, – сказала Атаманова, улыбнувшись. – Я точно не знаю, какой там сценарий, но Снегурочкой будет именно Данил Севостьянов.

– Входит в роль загодя, – пояснил Арсен.

Маша открыла было рот, чтобы сказать, что Данил (с которым она с той памятной ночи в больнице откровенничала как ни с кем другим, вообразив, будто юноша ей на самом деле вроде младшего брата) нередко появляется на людях в женском обличье вне зависимости от подготовки к ролям. Чем весьма радует Светлану. Но сочла за лучшее промолчать.

– Это, конечно, поразительно, но он играет девушек зачастую лучше, нежели многие женщины, – сказала Арина Молотова.

– Ну, положим… – ревниво начала Маша.

– Не все, конечно, – мягко согласилась Арина.

– И что, у него это постоянное амплуа? – поинтересовалась Настя.

– Разумеется, нет. Он замечательно сыграл сегодня Пилота, – произнесла Маша.

– И он исполняет Тихона в «Грозе», – сказала Пронина.

– А ещё Северного Оленя в «Снежной королеве», – добавил Меликян.

– Ладно, простите, верю, – чуть улыбнулась Настя. – А то я грешным делом подумала, что наша Света связалась с ле… Уфф. Ну, хорошо, проехали.