Винодел - Алан Джекобсон

Брикс огляделся по сторонам — по телефону никто вроде бы не разговаривал. Он встал.

— Прошу минуточку внимания.

И кивком передал слово Вейл.

— Мы только что от Сезара Гевары, директора СМБ. Ничего конкретного мы не выяснили, зато атмосфера была весьма странной.

— А именно? — спросил Агбаяни.

— Он уходил от прямых ответов, нервничал и, судя по языку тела, готов был обороняться и все отрицать.

— Алиби у него есть?

— Тут-то он и начал уходить от ответа. Поэтому, даже если алиби у него окажется, надо будет очень тщательно его проверить, — сказала Диксон.

— У меня возникло ощущение, что это еще не все, — сказала Вейл. Она не могла упомянуть об истории с Люго, но решила непременно разобраться в этом. — Мне кажется, Гевару нужно рассматривать отдельно от СМБ.

— Но мы ведь уже рассмотрели СМБ, — пожал плечами Люго.

— Продолжайте рассматривать. И пристальнее.

— Прежде чем мы отдадимся на волю интуиции, — вмешался Остин Манн, — скажи, что ты думаешь об этом с точки зрения поведенческого анализа.

Вейл заложила прядь за ухо.

— Сезар Гевара вполне подходит по возрасту. На вопросы отвечал уклончиво. Он управляет успешной компанией. Следовательно, IQ у него выше среднего, что тоже нам подходит. Надо будет проверить по базе данных, что у него за машина. Наверняка какая-нибудь дорогая красивая игрушка.

Брикс кивнул Люго, и тот повернулся к монитору компьютера.

— Скорее всего, у него сложные отношения с матерью, а это типично для нарциссов. Держится дерзко, причем даже в разговорах с полицией. Высокая самооценка. Когда мы узнаем больше об истории его бизнеса, я смогу сказать нечто более определенное. Он основал компанию лично или у кого-то перекупил? Есть ли у него партнеры? Не следует также забывать, что компания называется «Супер: мобильное бутилирование». Любой нарцисс назовет свою компанию примерно так.

— Любой нормальный бизнесмен назовет свою компанию примерно так, — возразил Агбаяни. — Все это можно толковать по-разному. Может, он просто самоуверенный нахал. Это еще не означает, что он серийный убийца.

— У него БМВ, — сказал Люго, глядя на экран, — пятой серии.

— Недешевая штука, — откликнулась Диксон и сделала пометку у себя в блокноте.

— Но, как правильно заметил Эдди, само по себе это еще ничего не значит. Процветающий бизнесмен, хорошо зарабатывает, может позволить себе дорогие игрушки. Машина и престижная, и ездит быстро.

Диксон отложила авторучку.

— Давайте попробуем собрать как можно больше личной информации о нем. Женат ли, есть ли дети, братья-сестры, где родился, с кем дружит. Рэй, перешли-ка его фото.

Люго вернулся за клавиатуру.

— Ушло. Всем.

— Мы что-то проглядели, — сказала Вейл, подойдя к Диксон. — Меня давно это терзает.

— А что именно, не знаешь?

Вейл покачала головой.

— Это как слово, которое вертится на языке. Мозг словно гоняется за мыслью, но не может поймать.

На поясе у нее завибрировал «блэкберри»: вызывал Гиффорд.

«Черт! Я, кажется, догадываюсь, по какому поводу».

— Извините, я должна ответить, — сказала она и, выйдя из комнаты, приняла звонок уже в коридоре. — Здравствуйте, сэр.

— Ленка зарезервировала тебе рейс на двадцать один тридцать пять. Дома будешь утром.

Вейл усмехнулась странному стечению обстоятельств: именно на этом самолете Давильщик — предположительно — летал в Вирджинию.

— Я уже наслышана об этом рейсе. Но вы же не поэтому звоните.

— Вообще-то именно поэтому. Потому что я знаю: если бы позвонила Ленка, ты бы просто не стала отвечать. Так вот, прежде чем ты начнешь упираться, слушай регистрационный номер…

— Сэр, мы уже в двух шагах от этого урода. У нас есть подозреваемый.

— Охренеть. Какая радость! Значит, служители закона из славного округа Напа могут продолжать без тебя. Я хочу, чтобы ты прилетела сюда.

Вейл молчала.

— Карен, я знаю, что ты меня слышала. Теперь я хочу услышать тебя. Скажи, что ты прилетишь этим рейсом.

«Как же быть? Сказать, что прилечу, хотя на самом деле не уверена в этом? Или лучше поговорить начистоту? Но он не станет меня слушать, я только зря потрачу время».

— У меня еще осталось несколько дней отпуска. Я хочу провести их с Робби. Я это заслужила.

Гиффорд язвительно расхохотался.

— Ты действительно веришь, что сможешь забыть обо всем и наслаждаться отпуском, пока твои коллеги ловят маньяка? Интересно, кого ты пытаешься обмануть — меня или себя?

«Почему все считают, что видят меня насквозь?»

— Я верю, что смогу обо всем забыть.

«Вот это настоящее вранье. Надеюсь, хотя бы прозвучало убедительно».

На том конце провода послышался шелест бумаг.

— Я не могу приказать тебе возвращаться, потому что отпуск у тебя действительно еще не закончился. А ты там в отпуске. Так оно, во всяком случае, изначально задумывалось. — Он тяжело вздохнул. — Карен, у меня из-за тебя уже язва желудка, ты в курсе?

— Вы как-то упоминали об этом, сэр. И повторюсь: мне очень жаль.

— Вот теперь точно врешь.

— Знаете, несмотря ни на что, вы мне глубоко симпатичны. Вы очень порядочный человек. И в свете последних событий вы очень меня выручили.

— Я рад, что ты это ценишь. И хочу, чтобы ты кое-что зарубила себе на носу: ты приехала в Калифорнию в отпуск. Я не просто намекаю, что пора заканчивать, я немедленно прекращаю твои полномочия. И как только договорю с тобой, я сразу же позвоню лейтенанту Бриксу и поставлю его в известность.

— Не снимайте меня хотя бы до вечера, как мы договаривались.

— Я что-то не припоминаю, чтобы мы о чем-то договаривались.

— Сэр, я вас очень прошу, дайте мне проверить последнюю версию.

В трубке воцарилась тишина: Гиффорд взвешивал за и против.

— Даю тебе время до семи вечера. Потом — все.

Вейл закусила губу.

— Я понимаю.

И она действительно понимала босса, хотя и не была с ним согласна.

— Приятного отдыха. И передай Эрнандесу мои соболезнования, потому что в ближайшие пару дней жизнь с тобой будет похожа на жизнь с разбуженным от спячки медведем.

Вейл отключилась и отослала Робби сообщение: да, они таки смогут провести остаток отпуска вместе, а насчет ужина надо будет договориться позже, хотя к шести она должна освободиться.

Вернувшись в комнату, она отозвала Брикса в сторону.