Перекрестный огонь - Миюки Миябэ

— А что, здесь уже побывали полицейские? — ответила Тикако вопросом на вопрос.

— Нет, — отрывисто сказала женщина, сохраняя озабоченный вид. — По правде сказать, нет, но…

Дверь снова отворилась, и вошли двое молодых людей. Один коренастый и, несмотря на зимнее время, загорелый. В отличие от него, другой выглядел бледным, и белое пальто болталось на его длинной, тощей фигуре как на вешалке.

Госпожа Минами встала и обратилась к высокому:

— Тада, к вам посетители.

В глазах Кадзуки Тады плеснулось изумление, и на бледном, изможденном лице появилось напряженное выражение.

— Здесь тесновато, не пойти ли нам куда-нибудь по соседству? — предложила Минами, снова берясь за пальто. — Я не хочу показаться навязчивой, но вы позволите пойти с вами? Я все объясню на месте.

— Вы из полиции? — первое, что спросил Кадзуки Тада, когда они уселись за столик в ближайшей кофейне.

Он был хорош собой, и голос у него был глубокий и звучный. Вообще он был из тех молодых людей, которые вызывают доверие, располагают к себе, в таких девушки видят надежных мужей и хороших отцов.

Привлекательное лицо, однако, исказилось под воздействием подозрительности и гнева. Тикако обратила внимание на то, что веки у парня покраснели и опухли. Она вспомнила, что Сада рассказывали о том, как он плакал у них прошлым вечером.

— Мы разговаривали с супругами Сада, — невозмутимо начала Тикако. — Кое-что нам хотелось бы уточнить у вас. Но прежде всего, госпожа Минами, мы хотели бы услышать, что вы нам скажете. Вас беспокоит что-то связанное с господином Тадой?

— Минами? — Парень явно удивился.

— Простите, что не рассказала раньше. Может, я вообще ошиблась… — Женщина в замешательстве опустила глаза.

— Насчет чего?

Стало так тихо, что в полупустом кафе слышно было негромкую музыку по радио.

— Ну, это продолжается уже пару недель. У меня создалось впечатление, что за ним следят.

Макихара, до сих пор погруженный в молчание, внезапно встрепенулся:

— Вы кого-то видели?

— Да. Обычно я последней ухожу из конторы. Ключи есть только у президента компании и у меня, а он редко здесь бывает, потому что занят еще и другим делом. В общем, однажды, где-то в начале месяца, я как раз закрывала дверь, когда Тада внезапно вернулся. По-моему, было начало одиннадцатого.

— Точно, — кивнул парень. — Я кое-что забыл.

— Так что мы вышли вместе, и по дороге на станцию я заметила, что за нами кто-то идет. — Госпожа Минами смущенно улыбнулась. — Понимаю, это звучит несколько странно, но, хотя мы находимся почти в центре Синдзюку, по вечерам здесь почти нет народу. Меня однажды даже ограбили по дороге домой, так что вначале я подумала, что следят за мной.

— Как выглядел этот человек?

— Мужчина в черном пальто. По-моему, немолодой. Лица, правда, я не видела, но общее впечатление сложилось именно такое.

— Он был один?

— Да, сначала. Но на станции мы разошлись в разные стороны. Я помахала Таде рукой и попыталась приглядеться к тому, кто шел за нами. На станции было полно народу, и я увидела, как он ринулся вслед за Тадой, словно боялся упустить его. Потом я заметила еще одного, и тот стоял словно на подхвате, а потом присоединился к первому.

— А вы их не заметили? — спросила Тикако Кадзуки Таду.

Тот покачал головой.

Парами обычно работают профессионалы. Неужели действительно полиция следит за Тадой?

— Вот с того вечера я и стала обращать внимание… — Минами снова опустила глаза. — Я ничего не сказала Таде, но держалась настороже и кое-что заметила. Например, Тада выходит, чтобы навестить клиента, смотрю, а за ним небрежной походкой идет человек в деловом костюме. Или напротив нашей конторы сидит молодой парень в наушниках, вроде музыку слушает, а сам так и стрижет глазами за каждым, кто входит и выходит. Несколько раз были звонки по телефону именно тогда, когда Тада выходил из конторы. Но звонивший не оставлял сообщения и не называл своего имени.

— И вы ничего такого не замечали? — спросила Тикако у Тады.

Он только покачал головой.

— Ничего подозрительного возле вашего дома или по соседству?

— Нет, — тихо сказал он.

— Я подумала, что это какое-нибудь частное сыскное агентство. — Минами кинула на Таду сконфуженный взгляд. — Может, семья Мики проверяет его.

— Мики моя невеста. Мы еще не женаты, — добавил Тада, все еще уткнувшись взглядом в стол. — Но мы живем вместе.

— Но родители не против, — вмешалась его начальница. — И день свадьбы уже назначен!

— Ваша невеста беременна? — холодно осведомился Макихара.

— Да, беременна, — угрюмо ответил Тада.

— Когда ожидаются роды?

— В феврале.

— Замечательно.

— Врач говорит, что это здоровая девочка, так ведь? Они ждут не дождутся устроить свадьбу, когда уже будут втроем, — широко улыбаясь, пояснила Минами. Она все еще пыталась разрядить атмосферу, но тут наступило напряженное молчание. — Простите, я, наверное, мешаю.

— Вовсе нет, — заверила ее Тикако. — Вы очень помогли нам. — Намек угадывался: «А теперь, пожалуйста, займитесь своими делами».

Женщина намек поняла. Она посмотрела на часы, пробормотала что-то вроде «должна уже быть на месте» и торопливо подхватила пальто. Повернувшись к Таде, который все еще угрюмо смотрел в стол, она снова извинилась:

— Они сообщили мне, что они из полиции, и я подумала, что надо обо всем рассказать напрямик, а не утаивать… Да и вообще, все могло обстоять не так. Извините, что я вмешиваюсь не в свое дело. — Она попыталась объяснить Тикако и Макихаре еще кое-что: — Я раньше работала вместе с его невестой. Собственно, это я их и познакомила, так что… — Минами замялась, но Тикако подбодрила ее улыбкой. — Так что я надеюсь, что у них все будет хорошо. — Женщина поклонилась и заторопилась прочь.

Снова повисло молчание. Оно ощущалось как тяжесть, от которой было трудно дышать. Тикако оба они, Тада и Макихара, казались надутыми мальчишками. Пока она решала про себя, как их вывести из этого состояния, ее коллега внезапно заговорил:

— Ну, — скрестив руки на груди, он уставился на Таду гневным взглядом, — и долго еще вы намерены охранять Дзюнко Аоки?