А счастья может и не быть… - Татьяна Самойлова

– Ой, что же я камеру, что ли включить не смогу? – обижено спросила девочка.

– Да кто тебя знает. Ты его включить-то хоть сможешь?

– Наташ, я умею пользоваться мобильным телефоном. Его просто у меня не было никогда, но у некоторых ребят есть. И поюзать давали.

– О! юзать! Какое мы слово знаем, – ухмыльнулась Натка. – Ладно, не дуйся, сказала она, заметив, что этими словами обидела Катерину. – Но в любом случае, сначала разберись в нем. Ты же не конкретно такую модель «юзала», – выделила она последнее слово. Короче, смысл, что нужно сделать, ты поняла. Значит, послезавтра, в 13:30, после обеденной прогулки, ты под любым уговором, заводишь Гулю в палату. Вы же на последнем этаже?

– Да.

– Имей в виду, с самого утра, за детским домом будут следить. И окна вашей палаты будут под надзором. Все будут ждать падение Гули.

– А если она все-таки не умрет?

– Значит добьем! Что за детский сад? Если, если, а вдруг? Значит, сделай так, что бы наверняка! На крышу ее веди!

– Там заперто.

– Я тебе, за что бабки плачу? За нытье? Может мне и правда все самой за тебя сделать? Думай сама! Тебе дали задание и ты обязана с ним справиться! Сидит тут, умница. Малого того, что ей дали шанс, все придумали, так она сидит и нудит! Я в шоке просто!

– Я поняла. Все, извини. Не злись. Просто как представлю…

– А ты не представляй. Ты делай.

– Хорошо. Я все сделаю, как надо, – словно робот, ответила девочка и медленно поднялась с лавки.

Девчонки сидели и болтали. Точнее, болтала одна Гуля. Тараторив без умолку, как хорошо они вчера с Ильей погуляли.

– А на какие шиши вы гуляли? – зло спросила Катя, с подозрением глядя, на уже бывшую подругу.

– Как на какие? Я же тебе говорила, что Илюшка работу нашел. Где-то на складе устроился, а в свободное время курьером подрабатывает.

– А что у нас курьерам и складским работникам стали так хорошо платить, что они себе все позволить могут?

– В смысле? – растеряно спросила Гульнара.

– В коромысле. Что-то вы слишком жирно гуляете на его нищенскую зарплату.

– Почему жирно?

– Рестораны, цветы, кино, дома вечера при свечах! Или он без тебя не жрет, не пьет и не платит за квартиру?

– Платит. И ест без меня. Кать, какие рестораны? Я тебе говорила, что мы на прошлой неделе в кафе посидели. Цветы он мне тоже не каждый день дарит. И ужинов при свечах у нас постоянно не бывает. Он просто иногда делает мне приятно. Но это не стоит огромных денег. Я просто делюсь с тобой своей радостью. Как подруге. А ты… – Гуля обижено отвернулась.

Катя ничего не стала отвечать, а молча отвернулась в другую сторону. Ей было сложно поверить, что лучшая подруга ее предала. Да еще и подставила! Ведь ее могли заставить выплачивать ту огромную сумму, которую она не брала! А самое главное – деньги! Деньги! Которые должны были достаться ей, но вместо этого, Гуля прогуливает их со своим ненаглядным Илюшей, и наверно посмеиваются над ней. Ничего, она вернет себе их! И неважно, какой ценой!

– Гуль, – достала телефон Катерина, – Смотри, что у меня есть.

– Ух, ты! – захлопала своими огромными глазами подружка, – Откуда это у тебя?

– Купила.

– На что?

– Копила и купила.

– А что ты копила? Откуда у тебя деньги?

– Не важно. Заработала.

– Как? Когда?

– Блин, да какая разница? Потом расскажу. Я короче, вот что подумала. Давай какие-нибудь прикольные фотки сделаем, в инет выложим. Лайков соберем кучу.

– Давай! – радостно захлопала в ладоши девочка. – Я даже придумала как. Давай сегодня ночью нарядимся, накрасимся и пофотаемся!

– Да ну, чушь какая. Давай экстрим. Ну, типа на окне или на крыше.

– На крышу не попадем. Закрыто.

– Ну, на окне можно.

– Не скучно будет? Такими фотками весь инет завален.

– Ном! Мы клево сделаем, ни как все.

– Давай вечером, на фоне темного неба и все такое.

– Да ну… Пошли сейчас.

– Сейчас там уборка, нас не пустят.

– Ой, харе! Че, никогда не пробегали что ли? Заодно и поржем. Пошли, – Катя потянула подружку за руку.

Девочки, взявшись за руки, пошли в сторону корпуса. Вдруг, Гуля резко остановилась и, словно почуяв беду, попятилась назад.

– Нет, Кать. Давай не пойдем. Как-то мне не по себе.

– Зассала что ли?

– Не в этом дело… Не могу объяснить… Меня как будто что-то не пускает. Даже ноги, как ватные.

– Да хватит тебе. Сделаем несколько кадров и убежим.

– Не знаю… Давай не пойдем. У меня какое-то предчувствие нехорошее, – жалобно попросила Гульнара.

– Что за детский сад? Что нам будет? Жопу надерут? Пошли, не бойся. Нормально все будет, – Катя взяла девочку за рукав и потащила к входу. Гуля нехотя поплелась следом за ней.

Незаметно пробежав через старика охранника, девчонки пробежали наверх, чуть не сбив уборщицу. Та пожурила их кулаком и что-то покричала вслед. Подружки бежали от нее через ступеньку и заливисто смеялись. Добежав до своей палаты, они вошли туда и закрыли за собой дверь.

– Че, давай на окне, – тут же начала реализовывать свой кровавый план Катя.

– Даже не знаю. Мне страшно почему-то.

– Ой, ну что ты такая ссыкуха! Давай, садись. Сначала я тебя, а потом ты меня. Только окно надо открыть.

– Может не надо открывать? Если откроем, то нас сразу увидят.

– Нас быстрее увидят, пока ты тормозить будешь. Открывай, давай.

– Можно напротив закрытого, тоже красиво будет.

– Что красивого? Заляпанные стекла на фоне?

Гуля подошла к окну и нехотя повернула старенькую ручку. Распахнув оконные рамы, она почувствовала сильный порыв ветра, влетевший в комнату.

– Смотри, ветер какой, – повернулась она к подружке. – Все волосы растреплет, некрасивые фотки получаться.

– Наоборот! Волосы развиваются на ветру. Давай, залазь быстрее, пока не спалились.

Девочка залезла на окно, вцепившись обеими руками за подоконник.

– Руки-то отцепи, что ты как под дулом пистолета сидишь!

Гульнара отпустила руки и постаралась улыбнуться. Катя стояла и смотрела на нее. В памяти начали моментально пробегать картинки. Вот они вместе играют, вот вместе бегут и смеются, вот вместе обедают в столовой, рассказывая что-то набитыми ртами, и опять смеются. И всегда веселье и смех. Вот и сейчас она смотрела на эту улыбку и воспоминания подкатывали комом к горлу. Но самое страшное это были глаза. Она смотрела на нее так доверчиво, так предано. Как настоящий друг смотрит на друга, когда полностью в нем уверен. Вот и Гуля была