Сидни Шелдон. Безрассудная - Тилли Бэгшоу

– Верно. Как раз это я и выяснил, поговорив с принцем Ахиллом в Сандхерсте, – пояснил Хантер Трейси. – «Хакеры» еще и взятки брали. Даже так называемые хорошие парни были коррумпированы. «Крю ойл» владела ими целиком. Аполло и его приспешники вели себя как бандиты с первого же дня: старательно брали на мушку всех конкурентов Крю, но его самого не трогали. Генри Кранстон был убит, чтобы дать возможность Крю получить греческий сланцевый газ по льготной цене.

– Так вот зачем ты приезжал в Женеву! – совершенно потрясенная, воскликнула Трейси.

Камерон пожал плечами.

– Я бизнесмен и защищаю свои деловые интересы.

– Вот так – взрывая конкурентов?

– Если необходимо. Впрочем, на твоем месте я бы не жалел Генри, милая: поверь, он того не стоил.

Трейси не произнесла ни слова – лишь в упор посмотрела на него, словно хотела спросить: «Кто ты?»

Как такое могло случиться? С ее-то опытом так ошибиться в человеке, ужасно, фатально ошибиться?! Джеф пытался ее предостеречь, но она решила, что это из ревности. Надо будет обязательно извиниться перед ним… если доживет.

– Так, попробуем разобраться, – заговорила она наконец. – Дрексель знал, что ты контролируешь «Группу-99»?

– Да.

– И что с их помощью устраняешь своих конкурентов?

– И не только, – перебил ее Хантер. – Еще «Хакеров» использовали для сбора компромата на правительства, чтобы получить рычаги давления, в том числе на США и Великобританию. Это Камерон завербовал Кейт в «Группу». Сблизившись с Грегом Валтоном, он сумел проникнуть в ЦРУ в качестве советника, а затем организовал сокрушительную кибератаку на компьютерные системы Лэнгли и целый ряд позорных утечек информации с правительственных сайтов.

– Но… ты же спонсировал избирательную кампанию Джима Хейверса, – растерянно глядя на Крю, произнесла Трейси. – Вроде бы поддерживал его…

– Публично – да, как и он меня, но в политике не существует такого понятия как «доверие». Пусть друзья рядом, но враги всегда ближе.

Хантер продолжил:

– В тот день, когда меня похитили, я как раз шел к Камерону в офис: хотел поговорить тет-а-тет, предъявить доказательства, выслушать его объяснения. К тому времени я уже знал, что «Группа» получает основную часть денежных вливаний от источника в США. Алтею, то есть Кейт, как я выяснил позднее, подставили: сделали так, чтобы она казалась тем источником. Но она была лишь прикрытием. Я быстро сообразил, что за ней должен кто-то стоять, кто-то более могущественный, имевший возможность добиться куда большего. Все указывало на Камерона Крю. Его интересы во фрекинге волшебным образом ни разу не попадали в поле зрения «Группы», в то время как все его конкуренты понесли серьезные потери. У Крю имелись и средства, и мотив обрести контроль над «Хакерами», что он, конечно, и сделал. За какие-то два года «Крю ойл» стала самой прибыльной фрекинг-компанией в мире.

Камерон одобрительно кивал, подтверждая тем самым все, что говорил Хантер, и соглашаясь с характеристикой своих администраторских талантов.

– Благодаря умной политике, – продолжал Дрексель, – он обеспечил себе отличные связи по обе стороны забора. В США сумел сделать так, что ЦРУ ело у него с рук. Они считали его ценным приобретением, хотя им никогда не приходило в голову как следует покопаться у себя на заднем дворе. Что до администрации Хейверса, «Крю инкорпорейтед» сделала огромный вклад в президентскую кампанию. Плюс ко всему фрекинг-магнаты видели в нем своего в доску хорошего парня, который поддерживает столько благотворительных обществ, столько неправительственных организаций…

– Это верно, – заметила Трейси, поворачиваясь к Камерону, все еще цепляясь за соломинку, пытаясь вернуть хоть что-нибудь от того Камерона Крю, который понравился ей с первого взгляда. – Ты не только брал, но и отдавал. Конечно. И заботился о местном населении там, где добывал газ.

Он с печалью посмотрел на нее.

– Это очень привлекательная идея, Трейси. Но нет.

– Большинство этих организаций не были благотворительными, – пояснил Хантер. – Это всего лишь фасады, прикрытие для операций по отмыванию денег, направлявшихся на финансирование различных террористических и экстремистских групп, зачастую с противоречивыми целями. У Крю была простая политика, он давал деньги всем: тем же «Хакерам», которые боролись с одним процентом богачей, поддерживал экстремистское правое крыло и антииммиграционные группы. Он давал деньги политическим сепаратистам, происламским группам, антиисламским группам, республиканцам, националистам. Идея заключалась в том, чтобы дестабилизировать регионы, на которые он нацелился, где есть богатые залежи сланцевого газа: Польшу, Грецию, Китай, США, а затем использовать политическую нестабильность, чтобы выдавить конкурентов. В своей статье я назвал это экономикой хаоса.

– Экономика хаоса! – Камерон ухмыльнулся. – Здорово. Мне нравится.

– Это было блестяще задумано, – поворачиваясь к Трейси, продолжил Хантер, – и, хотя противоречило абсолютно всем нормам морали и нравственности, работало. Камерон представляет собой наглядный пример бесстыдной алчности. Человеческие несчастья, страдания ни в чем не повинных людей ничего для него не значат. Честно говоря, я бы побрезговал стереть его плевок с ботинка.

Самодовольная улыбка исчезла с лица Камерона, превратившись в звериный оскал:

– Избавь меня от высокоморальных проповедей! Существует простая истина: большинство стран понятия не имеют, как извлечь выгоду из собственных природных ресурсов. У них нет для этого ни инфраструктуры, ни политической воли. Фрекинг непопулярен, на нем можно потерять голоса избирателей, но кто-то же должен сколотить состояние на всем этом сланцевом газе, тут нет никаких сомнений. Вот я и постарался, чтобы этим кем-то оказался я.

– Путем финансирования убийств и терроризма? – в ужасе выкрикнула Трейси. – Помогая садистам прийти к власти в таких мирных организациях, какой была когда-то «Группа-99»?

Камерон закатил глаза.

– О, прошу тебя, не будь такой наивной, милая! У «Хакеров» руки чесались отстрелить кому-нибудь голову задолго до того, как появился я. Они в любом случае пришли бы к насилию, с моей помощью или без. Аргирос и его дружки – примитивные кровожадные скоты. Только посмотри, что они устроили в Нейе. Рано или поздно они все равно начали бы убивать.

– А ты всего лишь ускорил процесс, – едко бросила Трейси, хотя в душе чувствовала себя покинутой и опозоренной.

«Я тебе доверяла! Даже едва не полюбила. По крайней мере, думала, что готова полюбить. Как такое могло произойти со мной?»

Хантер с недоумением взглянул на Крю, который после пикировки с Трейси опять самодовольно ухмылялся, и заметил:

– Вы же психически больны, неужели не понимаете?

Тот слегка повернулся и, направив пистолет прямо на Хантера, рявкнул:

– Молчать! Твое мнение вообще никого не интересует. Теперь понятно, почему я был вынужден его похитить? – обратился Камерон к Трейси. – Расхаживает, понимаешь, самодовольное ничто, распутный картежник, и вынашивает свои безумные планы уничтожить не только меня, но и мою компанию – все, ради чего я столько трудился!