Экзорцисты - Джон Сирлз

– Не знаю, – ответила я, вставая.

Мы вышли на кухню, и она подтолкнула меня, чтобы я двигалась быстрее.

– Что значит, ты не знаешь?

– Я ничего не планировала. Приехала сюда без…

На подъездной дорожке хлопнула дверца автомобиля. Эмили схватила сумочку, лежавшую на столе, и попросила меня сложить руки. Когда я повиновалась, она высыпала в мои ладони содержимое бумажника – монеты, банкноты, купоны, списки того, что нужно купить. Несколько мелких монеток упали на пол и покатились в разные стороны, но я не стала их поднимать.

– Мне очень жаль, – сказала Эмили Санино, переходя на шепот. – Но я не могу допустить, чтобы мой муж узнал правду. На Вест-Шор-Драйв есть телефон-автомат. Оттуда ты сможешь вызвать такси. Тебе должно хватить денег на дорогу домой.

– Вест-Шор? – сказала я, когда она распахнула заднюю дверь и только что не вытолкнула меня на улицу.

Эмили Санино посмотрела в сторону гостиной, откуда доносился звук шагов ее мужа, поднимавшегося по ступенькам крыльца.

– Сверни налево, когда сойдешь с подъездной дорожки. А потом направо по Бей-Бриз, так ты дойдешь до Вест-Шор. Пожарное депо будет прямо перед тобой. Напротив океана.

– Мне что-нибудь передать Роуз?

– Передать? – переспросила она, широко раскрыв глаза. – Ни в коем случае. Ни слова не говори ей о своем визите. Верь мне. Так будет лучше.

С этими словами она закрыла за мной дверь и выключила свет. Я осталась стоять на освещенном луной цементном патио. Через мгновение я услышала, как она с фальшивым оживлением приветствует мужа.

Я повернулась и направилась по переулку на улицу, но указания относительно направления смешались у меня в голове с тем, что она мне рассказала. Почти час я бродила по сонным улицам вдоль океана, сворачивая не в тех местах и возвращаясь обратно, пока не нашла пожарное депо с телефоном-автоматом. Набрав 411, я узнала номер, по которому можно вызвать такси. Диспетчер сказал, что дорога до Дандалка обойдется мне в шестьдесят долларов. Он ждал, пока я считала деньги, – оказалось, что у меня тридцать четыре доллара. Я спросила, могут ли меня отвезти за половину цены, и диспетчер ответил:

– Да, половину пути. Как вам нравится такая идея?

Я сказала, что я в восторге, и повесила трубку. Тут мне в голову пришла новая идея. Посмотрев на кнопки, я набрала комбинацию, о которой уже очень давно не вспоминала. После того как я бросила в автомат достаточное количество монет, в трубке раздался сонный голос.

– Кора? – сказала я.

– Да?

– Это Сильви.

– Сильви? Но как… О, РИБСПИН. Понятно. Я забыла.

«Ты многое забыла, – хотела сказать я, – в том числе и меня».

– Ты сказала, что я могу звонить по этому номеру в любое время, если мне что-нибудь потребуется.

Когда я в последний раз видела Кору, ее лицо было раскрашено зеленым макияжем ведьмы, и я почему-то представила ее лежащей в постели в квартире, которую она делила со своей матерью, тонкие пальцы гладят пятнистый парик и сжимают трубку, черные губы произносят слова.

– Я такое говорила, правда?

– Да. Момент настал.

– Сильви, ты в порядке? – спросила она с искренней тревогой в голосе.

– Я буду в порядке, если ты за мной приедешь. Мне нужно вернуться домой.

Она вздохнула.

– Мне очень жаль, но я одолжила свою машину Дэну. Ну, ты знаешь, владельцу Халк. У нас получился свободный торговый обмен. Его собака. Моя машина. Уж не знаю, кто остался в выигрыше. Пожалуй, моя мама, которой нравится иметь в квартире собаку. Она говорит, что Халк позволяет ей чувствовать, что ее кто-то любит. Словно я даю ей недостаточно любви…

Я забыла о привычке Коры болтать без умолку, но сейчас решила ее прервать.

– Я видела вас, как вы целовались.

Тишина. Слушая гудение в трубке, я смотрела на пожарное депо. Сквозь стеклянное окно я видела внутри ряды красных пожарных машин, мешанину фонарей и лестниц. Воздух казался таким влажным, что трудно было представить, что где-то может начаться пожар.

Наконец Кора выдохнула. Этот звук заставил исчезнуть макияж ведьмы, и она предстала перед моим мысленным взором такой, какой я увидела ее в первый раз: в руках папка, одежда тщательно выглажена, на щиколотке браслет и татуировка акулы, не говоря уже о ее намерениях одеть меня потеплее и отвести к доктору, чтобы проверить мое ухо.

– Я не стану тебе лгать, Сильви. Это будет неправильно, а я уже не раз поступала неправильно по отношению к тебе. Честно говоря, мне и в голову не приходило, что меня поймают на вещах, которые мы делали с твоей сестрой. Но мне не нужно тебе рассказывать, как все происходит, когда имеешь дело с Роуз. Ты понимаешь, о чем я?

– Понимаю, – сказала я, думая о Дот и о лекции в Окале, когда мы туда пробрались, но более всего о телефонном звонке Роуз, который выманил моих родителей в церковь в снежную ночь прошлой зимой.

– А еще она умеет сделать так, что ты чувствуешь себя самым замечательным человеком в мире, когда она того захочет. До тех пор, пока что-то не меняется и желание у нее не исчезает. Это чувство – я не могла его выдержать. И я попросила, чтобы меня перевели. Мне очень жаль.

– Ты могла хотя бы попрощаться, – сказала я, неожиданно услышав в своем голосе боль.

– Я знаю. И снова прости. У меня далеко не всегда получается делать все правильно. Но я бы хотела помочь тебе вернуться домой. Скажи мне, где ты сейчас находишься.

– Рехобот, штат Делавэр.

– Рехобот? Почему?

– Я приехала сюда, чтобы узнать, кто оставляет еду на нашем крыльце.

– Тебе не следовало туда отправляться, Сильви. Это была неудачная идея. Я бы не стала в это вмешиваться. Но сейчас давай сосредоточимся на том, чтобы понять, как тебе оттуда выбраться. Может быть, лучше всего позвонить Роуз.

Я поняла, что Кора помочь не сможет, торопливо с ней попрощалась и повесила трубку. У меня не было ни малейшего желания звонить сестре, поэтому я сделала то, что следовало сделать с самого начала, – набрала номер с визитки, которую мне оставил Хикин. Включился автоответчик. Я рассказала о том, где я нахожусь и что мне удалось узнать про Эмили Санино и школу Святой Иулии. В процессе я поняла, как отчаянно звучит мой голос, и просто повесила трубку.

После этого остался лишь рокот океанских волн и лунный свет. Я довольно долго пробыла возле телефона-автомата. Изучила список покупок Эмили Санино – мука, несоленое масло и все остальное. Чтение заставило меня подумать о Бошоффе, поваренных книгах и стихах и о его больной жене в постели с ним рядом. Тут мне в голову пришла новая мысль, и я снова сняла трубку.

Мне удалось сразу набрать нужный номер, и Дерек ответил после первого же звонка, словно он все это время его ждал.