Каждые пятнадцать минут - Лиза Скоттолайн

– Мы?! – Эрик был вне себя. – Слушай, дружок, не надо быть родителем моему ребенку! Попроси Кейтлин проверить, спит ли Ханна, и если она не спит – позови ее к чертовому телефону!

– Я не подчиняюсь твоим приказам.

– Позови мою дочь к телефону! Она должна услышать правду от меня – тогда она сможет завтра пойти в школу с гордо поднятой головой.

– Мы не ведем ее завтра в школу.

Снова это «мы».

– Почему? Она должна пойти в школу. Вы не можете не водить ее в школу все время. Это не решение проблемы.

– Прости, мы же тут не такие умные, как ты. Ты, наверно, именно поэтому сейчас звонишь сюда из тюрьмы – потому что ты такой умный.

– Дайте мне поговорить с ней! – Эрик вдруг услышал голос Ханны где-то на заднем плане, но не мог разобрать, что она говорит. Телефон молчал, но было непохоже, что Брайан положил трубку – скорее, он прикрыл ее рукой. Эрик слышал какие-то приглушенные звуки и голосок Ханны, а потом вдруг трубка снова ожила:

– Эрик? – Голос Кейтлин срывался. – Надеюсь, теперь ты доволен: ты ее разбудил, и она здесь. Ты можешь поговорить с ней пару минут, а потом все.

– У тебя нет никакого права решать, как долго я буду с ней говорить.

– Это ты обсудишь со своей подругой Сьюзан. А сейчас я зову Ханну к телефону. Держи себя в руках.

– Папочка? – спросила Ханна. – Это ты?

– Ханна! – Эрик почувствовал, как горячая волна нежности растекается по всему его телу при звуке этого славного детского голоска. – Милая, как же я рад тебя слышать!

– Ты в порядке, пап? Я волновалась. Что случилось? Где ты?

– Со мной все хорошо, все в порядке. – Эрику невыносима была сама мысль о том, что он заставил ее волноваться.

– Я скучаю по тебе.

– И я тоже по тебе скучаю! Прости, что разбудил тебя.

– Я не спала, я ждала, что ты позвонишь. Услышала Брайана и маму и поняла, что это ты звонишь. Я сама хотела с тобой поговорить.

– И я хотел с тобой поговорить…

– Пап, тебя показывали по телевизору. Говорят, что какой-то плохой мальчик пришел с ружьем в торговый центр и бомбу принес! В нашем торговом центре, где мы бутсы покупали. Тебя не ранили, нет?

– Нет, совсем нет. Я в полном порядке, малышка. Бомба была ненастоящая, и никто не пытался меня убивать или делать мне что-нибудь плохое. Все закончилось, и теперь все в порядке.

– А что это за плохой мальчик? Это твой пациент? Это его показывали по телевизору? Он был в толстовке и выглядел ужасно испуганным. Что с ним такое?

– Милая, да, это мой пациент, но он вовсе не плохой.

– А кто тогда плохой? Там была полиция, так много, я видела, целый торговый центр полиции.

– Там не было сегодня плохих. – Эрику хотелось добавить «кроме Брайана», но он удержался. – Все хорошо. Я пошел туда, чтобы помочь своему пациенту, и теперь с ним тоже все в порядке.

– Я скучаю по тебе. Когда мы увидимся? Я слышала, Брайан сказал, что ты в тюрьме. Ты что, правда в тюрьме?

Эрик ей никогда не лгал, но сейчас ему очень хотелось солгать. Он решил все-таки не делать этого, потому что все равно не мог контролировать информацию, которую передавали девочке Кейтлин и Брайан.

– Я в тюрьме, потому что помогаю полиции выяснить кое-что.

– А почему ты в тюрьме? Ты ведь не сделал ничего плохого. Они ошиблись? Ведь в тюрьму попадают только те, кто нарушает закон!

– Я не сделал ничего плохого.

– Я знаю. Но по телевизору показывали, как ты вышел из молла, а там была полиция, много! И они заломили тебе руки за спину, как будто ты преступник, которого поймали копы. – Ханна глотала слова, голос ее стал тоненьким и дрожащим. – Ты сказал им, что не сделал ничего плохого? Или они думают, что сделал? Почему они так думают, пап?

– Их смутило то, что я был внутри торгового центра.

– Но зачем они тебе руки заломили за спину? Они что, хотят тебя убить? Мама говорит, что нет, но я видела, как они схватили тебя и посадили в полицейскую машину, а потом мама выключила телевизор. Они ведь не убьют тебя, нет? Я начала плакать, но мама сказала, что с тобой все будет в порядке.

У Эрика сердце разрывалось от боли за нее.

– Милая, не нужно волноваться за меня. Я в порядке. Я помогал, а не делал что-то плохое. Завтра я буду дома…

– А ты завтра не пойдешь на работу? Тебя ведь не уволили, правда? Из больницы?

– Почему ты спрашиваешь? – Эрик не понимал, откуда Ханна может знать, что случилось у него на работе.

– Мама сказала, что у тебя больше нет работы. Я слышала, как она говорила это Брайану. Она сказала ему, что ее друг Дэниел звонил в больницу, а там сказали, что ты уволен.

Эрик потер лоб в смятении. Ханна слышала все, о чем говорилось в доме. Значит, Кейтлин и Брайан в курсе того, что его отстранили. Он молился только, чтобы в больнице не сообщили, за что его отстранили.

– Тебя ведь не уволили, правда? Ты ведь очень хорошо работаешь, да?

Эрик попытался замять эту тему:

– Пожалуйста, не волнуйся обо всем этом, прошу тебя. Это не твои проблемы…

– Пап, подожди минутку. Мама говорит, мне пора в постель. Мне лучше пойти. Спокойной ночи. Я тебя люблю.

– Я тебя тоже люблю, ми… – Эрик не успел договорить, как телефон умолк. Эрик почувствовал острую тоску.

Он еще подержал трубку около уха, глядя на свое отражение в зеркальном окне: он выглядел потерянным. И чувствовал себя потерянным. Он потерял все, что было для него важно: ребенка, работу, свободу и даже репутацию.

Он смотрел на свое отражение всего минуту, а потом отвернулся.

Потому что не выдержал.