Пропавший - Микаэль Крефельд

Луиза вошла в женский туалет. Там было пусто, с одной стороны тянулось шесть кабинок, с другой – шесть раковин. В широком, во всю стену, зеркале перед умывальниками отражалось все помещение. Луиза подошла к последней в ряду умывальников раковине и, взяв из контейнера салфетку, принялась осторожно убирать расплывшуюся тушь. Вдруг на другом конце туалетной комнаты открылась дверь, и краем глаза Луиза увидела появившуюся на пороге женщину. Луиза не любила заниматься макияжем в чьем-то присутствии. Она вынула из сумки косметичку, чтобы поскорее с этим покончить. Только что вошедшую блондинку, по-видимому, не смущало то, что она не одна. Она спокойно намазывала губы ярко-красной помадой.

Посмотрев в зеркало, Луиза убедилась, что ее лицо более или менее в порядке, и, убрав косметичку, направилась к двери. Но когда она поравнялась с незнакомой блондинкой, та неожиданно обернулась и загородила Луизе дорогу. У женщины оказались грубые черты лица, вульгарный макияж был наложен неряшливо, на ней был криво надетый парик самого дешевого сорта. Она пристально смотрела на Луизу глубоко посаженными черными глазами.

– Не спеши, Луиза, – заговорила она низким мужским голосом. – Нам с тобой есть о чем потолковать.

– Хау… Хауссер, – испуганно пролепетала Луиза.

Жесткая рука Хауссера с наманикюренными ногтями словно тисками сжала ее горло. Приподняв Луизу, он затолкал ее в первую туалетную кабинку. Луиза хотела закричать, но стиснувшая горло рука не дала ей издать ни звука. Заперев за собой дверь кабинки, он, плотно прижавшись, остался с ней в тесном пространстве. Она чувствовала противный приторный запах его духов, смешанный с острым запахом пота.

Глядя на Луизу, свободной рукой он провел по ее волосам:

– Ты красавица, дорогуша! Царственная красавица. Даже не верится, что то трусливое убожество – твой брат. Ты даже не представляешь себе, сколько он мне доставил хлопот. – Хауссер выразительно закатил глаза. – Каждый раз, как я лил на него воду, он орал благим матом. Он и в детстве так же боялся воды?

– Ах ты… поганая… скотина!

– Тише, тише, Луиза! Какие нехорошие слова сыплются из твоего хорошенького ротика!

Склонив набок голову, он разглядывал ее черты.

– Ты мне напоминаешь Ренату. Наверное, из маленькой Ренаты тоже выросла бы такая красивая и чистая девушка, как ты? Не то что эта жалкая пародия! – сказал он, показывая на себя. – Но когда меня объявили в розыск, а во всех средствах массовой информации показывали мой портрет, мне поневоле пришлось воскресить бедняжку Ренату.

– Ты болен.

– Ничуть. Разве что загнан в угол. Однако готов признать, что мой маскарад гораздо лучше смотрится в ночной тьме Тойфельсберга, чем здесь при дневном свете. Ты не поверишь, каких только признаний не сделает прикованный цепью человек нежной женщине, когда ему грозит утопление! – Хауссер негромко хохотнул и покрепче сжал руку на шее Луизы. – А сейчас ты мне расскажешь, где деньги твоего братца. Я знаю, ты за ними приехала.

– Ты сумасшедший! Я приехала сюда искать брата. Ты сам их забрал. Ты выпытал у него этот секрет.

– В последний раз спрашиваю, Луиза, где деньги?

– Не имею понятия, но я рада, что они тебе не достались. Погоди, скоро тебя поймают.

Он снова стиснул ей горло, и Луизе стало нечем дышать.

– Говори сейчас же, а не то…

– А не то – что?.. Давай, убей меня, как убил всех остальных… Как убил Ренату.

Хауссер покачал головой:

– Ренату я не убивал. За кого ты меня принимаешь? Мужчин – да, потому что они были жадные скоты и думали, что за деньги получат любовь. Пользовались своим положением, чтобы купить чистую душу. Убожества все как один, и твой брат в первую очередь! – брызжа слюной, выкрикнул Хауссер.

– Ты и сам не лучше, чертов психопат!

Хауссер взглянул на нее с таким удивлением, что, несмотря на свое отчаянное положение, она была поражена.

– Нет, это неправда… Я просто старался приспособиться к новым временам.

Луиза толкнула его в грудь, заставив отшатнуться на полшага, и затем коленкой поддала ему в пах. Он взвыл от боли и согнулся пополам. Луиза бросилась за дверь. Хауссер пытался ее перехватить, но она вырвалась и выскочила за порог. Не замедляя шагов, она выбежала из туалета и, ворвавшись в ресторан, стала звать на помощь. Тотчас же к ней сбежались встревоженные официанты, никто из них не понимал, что делать дальше.

Томас вскочил из-за столика на террасе и устремился к ней навстречу:

– Что происходит?

– Хауссер… Он напал на меня… переодетый женщиной… в туалете, – выговорила она, еле переводя дух.

Протиснувшись мимо официантов, Томас выскочил и бегом бросился в женский туалет. На полу он увидел пару красных туфель на высоком каблуке. Он проверил кабинки и убедился, что всюду пусто, а Хауссер опять исчез. Он вернулся к Луизе. Она уже успела вызвать метрдотеля и попросила того позвонить в полицию. Метрдотель был важным пожилым господином. Луизе пришлось долго его уговаривать, убеждая, что в ресторане находится самый разыскиваемый в стране преступник.