Очевидец - Анна Богстам

– А теперь папа болен. Насколько он плох, как ты думаешь? – продолжает Пол.

– Не знаю. Я на самом деле не знаю. Я пытаюсь думать, что ему окажут самую лучшую помощь, которую только можно получить, но эта его забывчивость и спутанность сознания меня действительно беспокоят.

– Меня тоже, хотя сейчас ты, может быть, так и не думаешь, – говорит Пол и опускает глаза. – Эти сутки были самыми страшными в моей жизни.

Его лицо подтверждает эти слова. Волосы растрёпаны, а щетина, которой он никогда не давал отрастать, украшает подбородок и щёки. Щетина тёмная и растёт не равномерно, а как бы островками – кое-где густыми, в других местах реже, – из-за чего лицо его выглядит грязным.

– Мне тоже трудно переварить всё, что случилось, – говорит Харриет. – Даже то, что ты тут сидишь.

– Я знаю. – Пол вздыхает. – Прости, что я тебе лгал, но я действительно не мог тебе рассказать, почему я вернулся в Швецию. Мне позвонила Лия. Она была вне себя из-за завещания и проклинала Дугласа и Лауру. Я не понимал, почему она так возмущается, это ведь никакое не право человека – наследовать кому-то, но я знаю, что она бывает капризной, и я ничего не знал о предыстории. Мне не было известно о том, что случилось в усадьбе. Когда ты позвонила и сказала, что Лауру убили, я понял, что в этом может быть замешана Лия, хотя мне и не хотелось так думать. Я был вынужден вернуться и выяснить, правда ли это. – Он наклоняется и крутит ручку кондиционера. – Думаешь, что знаешь людей, доверяешь им, и вдруг они оказываются совершенно иными. Я был так отчаянно влюблён в неё, а теперь я уже и не понимаю, кто она, что она за человек.

– Я вообще не понимаю, как ты мог иметь с ней близкие отношения, – говорит Харриет. – Я не могла поверить, что это правда, когда Ивонн мне рассказала.

– Я был идиотом.

– В Лии я увидела беспощадного человека, к тому же умеющего манипулировать другими людьми, – говорит Харриет. И вспоминает, как она сама поверила Лие, как легко было попасться на крючок и пойти на поводу её вранья.

Пол вздыхает.

– Хотя я никогда больше не хочу её видеть, после того как узнал, что она натворила, всё равно мне грустно, что всё так закончилось. Она была так зла на меня, когда мы встретились в хлеву. Я думаю, она вбила себе в голову, что я могу понять её и то, что она совершила. Но это невозможно. – Пол нажимает на кнопку, опуская стекло на дверце машины. – Когда я ей это сказал, она просто как с ума сошла. Она, кажется, верила, что мы вдвоём куда-то сбежим, начнём новую жизнь. Тогда я сказал, что я больше в неё не влюблён. Что это конец наших отношений.

– И что она тогда сказала? – Харриет поворачивается к нему. – Ты не мог бы поднять стекло, мне не нравится, когда дует из окна.

– Конечно. – Пол медленно поднимает стекло и подкручивает вентилятор ещё больше. – Она обзывала меня трусом, мерзким типом, говорила, что я ею просто пользовался, что она меня ненавидит и что она испортит мне жизнь. Примерно так.

Воздух, дующий сбоку, задувает один из её локонов на ресницы, и она быстро его убирает.

– А что ты сказал жене? – спрашивает Харриет. Ей приходит в голову, не думает ли Ева-Лена о нём то же самое, что он о Лие. Что Пол оказался совсем не тем человеком, которого она, как она думала, знает.

– Сказал, что что-то случилось на работе. Она, конечно, рассердилась, но поскольку моя работа оплачивает в нашей жизни всё, то я знал, что ей придётся смириться с тем, что я поехал домой. К тому же она с детьми осталась там, в этом раю.

Харриет обгоняет тем временем какой-то фургон.

– Что ты собираешься теперь делать? Я не намерена ничего рассказывать Еве-Лене, просто чтобы ты знал. – Харриет замедляет ход и сворачивает в сторону Лунда.

– Я знаю, Харриет, но я собираюсь рассказать ей всё, как есть. Будет, конечно, очень трудно, но я ещё с лета думал обо всём ей рассказать. Просто у меня не хватало на это духа. Я не такой смельчак, как ты, – говорит он.

– Вовсе я никакая и не храбрая, – говорит Харриет. Хотя в последнее время она поняла, что способна на большее, чем думала раньше.

Когда показывается знак с красным крестом и надписью «Больница», Пол замолкает, и никто из них не произносит ни слова, пока Харриет въезжает на парковку у входа в приёмное отделение «Скорой помощи».

Эушена госпитализировали, и приятная женщина в регистратуре показывает им, в какое отделение идти. Они ориентируются по оранжевой линии на полу светлого больничного коридора.

– Всегда в таких местах как-то по-особенному пахнет, – говорит Пол и морщится. – Похоже на смесь запахов спирта и резинового коврика. У меня от этого запаха начинается лёгкая паника.

Харриет смотрит на него. Не часто ей приходилось видеть своего брата нервным, но сейчас он явно в состоянии стресса.

– Мне тоже здесь не нравится, – говорит она. И удивляется собственному спокойствию.

– Тогда хорошо, что нас двое, – отвечает Пол.

Оранжевая линия сворачивает направо, и Харриет ищет указатель дальше. Замечает кого-то уголком глаза.

– Это он привёз сюда папу? – шепчет Пол. – Потому что в противном случае нам машет какой-то псих.

Высокая и худая фигура Рикарда и его чёрный костюм делают его легко узнаваемым – настолько он отличается от всех окружающих. Он стоит в самом конце коридора.

– Да, и он не кто угодно, я с ним встречаюсь.

Пол улыбается ей, и, хотя ситуация довольно абсурдная, ей приятно, что он понимает, что она хочет поговорить с Рикардом наедине.

– Кажется, тут много чего случилось, пока я ездил на Бали, – говорит он. – Я попробую найти врача.

Пол уходит, а Харриет ускоряет шаги. Ей не вполне понятно, как поздороваться с Рикардом. Когда они расставались, она считала его свиньёй, но ведь он спас Эушена.

– Я не знаю, что сказать, – говорит Харриет. – Спасибо кажется таким мелким и недостаточным словом.

– Я сделал то, что любой бы сделал на моём месте, – говорит Рикард. – Но я не хочу мешать. – Он смотрит вслед Полу, который исчезает в конце коридора.

– Это Пол, мой брат, – говорит Харриет.

– Хорошо.

Становится тихо, и Харриет чувствует, как у неё горят щёки.

– Что они сказали? – спрашивает она.

– Врач придёт с минуты на минуту. – Он задумчиво смотрит на неё. – Послушай, я не собирался оставаться, но у меня в багажнике сидит овчарка, которая скорее всего, линяет. Я не думаю, что мне разрешат взять её в свой номер гостиницы, – отвечает Рикард. – Но даже если бы и разрешили, пёс уж больно непослушный на мой вкус.

Харриет начинает смеяться, несмотря на серьёзность ситуации.

– У тебя с собой Като? Как это вышло? – Она чувствует укол совести, потому что она совершенно забыла про пса.

– Я прогуливался в парке и услышал лай собаки. Пошёл туда на склон и нашёл лежащего на земле Эушена.