Паутина преступлений. Тайна мистера Ридера - Эдгар Уоллес

– И когда же вы ожидаете появления капитана? – самым ласковым и вкрадчивым голосом, на какой только был способен, осведомился мистер Ридер.

– Сегодня вечером или завтра… точно не скажу, – запинаясь, пролепетал Лигси. – Полагаю, он заберет нас.

– Сошел на берег, чтобы получить депешу? – любезно поинтересовался мистер Ридер. – Или отправить каблограмму владельцам? Нет-нет, что я говорю, он же и есть владелец. Как интересно! Так и вижу, как он поднимается на борт с запечатанным конвертом под мышкой, в котором содержатся полученные им распоряжения. А не скажете ли вы мне, любезный, – и он указал на трюм, – для чего вы оставляете квадратный проем в штабеле кирпичей? Это что же, один из секретов укладки или, как это у вас говорится, штивки груза?

Лигси побледнел еще сильнее.

– Мы всегда так делаем, – с трудом выдавил он, и собственный голос показался ему чужим.

Мистер Ридер непременно заглянул бы и в каюту, но дверь в нее была заперта на большой висячий замок. Зато он без приглашения спустился в крошечную каморку на носу судна, в которой спали Лигси и юнга. Как это ни странно – ведь стоял еще белый день! – но в кармане мистера Ридера отыскался сильный фонарь, высветивший все закоулки обиталища Лигси и выставивший его не в самом приглядном свете.

– Грязная и убогая нора, вы не находите? – сказал мистер Ридер. – Должно быть, это ужасно – жить в таких обстоятельствах и условиях. Хотя, с другой стороны, бывают места и похуже.

Этот маленький спич он произнес, вернувшись на палубу и вновь оказавшись на свежем воздухе, где принялся обмахиваться своей знаменитой шляпой с высокой плоской тульей.

– Можно жить, к примеру, – продолжал он, окидывая небрежным взглядом живописные берега Куинсборо, – в прекрасной чистой тюрьме. Я знаю многих людей, которые предпочли бы оказаться там, а не, скажем… э-э-э… в Букингемском дворце – хотя, разумеется, кто бы их туда пригласил, хотел бы я знать? Только не уважаемые люди, мужчины, у которых имеются жены и дети.

Лицо Лигси ничего не выражало.

– Или любимая девушка и мать.

Лицо Лигси исказила болезненная гримаса.

– Да, вот они бы наверняка предпочли остаться на воле. Впрочем, им ничто не угрожает, если у них хватит ума дать нужные показания полиции.

Он вынул из бумажника визитную карточку и нерешительно вручил ее Лигси.

– Меня можно найти по этому адресу, – пояснил мистер Ридер, – и я буду рад видеть вас в любое время, когда вы будете проходить мимо. Вас, случаем, не интересует домашняя птица?

Но Лигси не интересовало уже ничего на свете.

Мистер Ридер подал знак лодочнику, и тот подогнал свой ялик к борту баржи. Мистер Ридер сошел в него, и его повезли обратно к берегу.

Но был еще один человек, который наблюдал за ним и видел, как он приехал и уехал на поезде. Когда на землю пала ночь, к барже подгреб Джо Аттимар и обнаружил на борту своего крайне встревоженного старшего помощника.

– Здесь был старина Ридер! – выпалил Лигси вместо приветствия, но Джо взмахом руки заставил его умолкнуть.

– Ты что, хочешь, чтобы об этом узнала вся округа? – прорычал он. – Идем вниз.

Крепко сбитый, коренастый молодой человек последовал за своим капитаном.

– Я знаю, что Ридер был здесь, я видел его. Что ему было нужно?

Лигси вкратце пересказал ему наиболее важные подробности визита. Как и следовало ожидать, он ни словом не обмолвился о визитной карточке и приглашении мистера Ридера.

– Дело швах, – заявил Лигси, закончив рассказ. – У старины Ридера нюх, как у ищейки. Он спросил, для чего мы оставляем дыры в кирпичах. Мне еще никогда не приходилось иметь дела с сыщиком…

– Не приходилось, говоришь? – злобно оскалился его собеседник. – А кем был тот водонос, что поднимался к нам на палубу у Грейвсенда давеча ночью? Или почему я выбросил за борт полцентнера отличного товара, а? Идиот! Да у нас таких парней на борту не меньше полудюжины, и каждый из них в сто раз умнее Ридера. Он просил тебя рассказать ему что-либо?

– Нет, – без запинки ответил Лигси.

Джо Аттимар ненадолго задумался, а потом сказал:

– Поднимаем якорь. Я не собираюсь ждать это голландское корыто.

Вздох облегчения, который вырвался у Лигси, был слышен, наверное, и на корме баржи.

Визит Ридера стал кульминацией целой череды следственных действий, которые он предпринял на протяжении нескольких дней. Отправив краткий отчет в Скотленд-Ярд, сыщик поехал к себе домой, на Брокли-роуд, и, поворачивая с Луишем-хай-роуд, догнал Джонни Саутерса. Джонни был не один.

– Мы с Анной как раз говорили о вас, – сказал молодой человек, замедляя шаг и пристраиваясь рядом с неспешно вышагивающим мистером Ридером. – Вы не могли бы уделить нам пять минут?

Ну что тут поделаешь? Мистер Ридер провел их в свою большую, старомодно обставленную гостиную, втайне надеясь, что заявленная консультация не коснется неисповедимых путей юных сердец.

Как выяснилось, они собирались пожениться.

– Отцу Анны уже все известно, и он повел себя ужасно благородно, – сообщил Джонни, – и я хочу, чтобы вы об этом знали, мистер Ридер.

Мистер Ридер пробормотал полагающиеся случаю поздравления. После этого вопрос любви и брака был отложен.

– И Десбойн тоже повел себя ужасно благородно. Я сам рассказал Анне о неприятной сцене, свидетелем которой вы стали, он не сказал ей ни слова. Он написал Анне письмо с извинениями и прислал извинения мне. Кроме того, он предложил мне очень хорошую должность в Сингапуре, если только я захочу ее занять, – он ужасно богат, и его предложение звучит заманчиво.

– Мне оно вовсе не кажется таковым, – решительно возразила Анна. – Я ценю щедрость Клайва, но не думаю, что Джонни должен отказываться от государственной службы, если только не подвернется что-нибудь получше здесь, в Англии. Я хочу, чтобы вы переубедили его, мистер Ридер.

Мистер Ридер перевел унылый взгляд с одного на другую. Мысль о том, чтобы убеждать кого-то сделать то, в чем сам он не разбирался, приводила его в смятение. Он вполне отдавал отчет в своих недостатках в качестве наставника молодежи. Джонни Саутерс нравился ему, как нравился любой достойный молодой человек. Он полагал Анну Уэлфорд настоящей красавицей. Но даже сочетание этих двух факторов не заставило его преисполниться энтузиазма.

– Меня не нужно ни в чем убеждать, – заявил, к его облегчению, Джонни. – У меня есть еще один туз в рукаве – одно крупное дельце. Я сейчас не имею права рассказывать о нем – говоря по правде, меня настоятельно просили не делать этого. Если оно выгорит, вопрос о работе в Сингапуре отпадет сам собой. В общем-то, я не ожидаю никаких сложностей. Проблема заключается в следующем, мистер Ридер: если бы вам предложили долю в процветающем предприятии, которое может превратиться в нечто очень крупное, если вложить в него душу и сердце, вы бы согласились?