Немая девочка - Микаэль Юрт

Он неспешно двинулся в сторону Стургатан. Ему хотелось обойтись наименьшим количеством кругов, а значит, лучше передвигаться медленно. Из-за угла впереди вывернула пожилая дама и пошла ему навстречу. Машины рядом с ним, к его радости, продолжали пустовать, и он иногда решался бросать взгляд на дома на левой стороне улицы. Из-за отсвета смотреть в темные окна было трудно, и он понял, что не сможет быть полностью уверен в том, что там никто не сидит.

Поравнявшись с дамой, он позволил себе маленький любезный кивок в ее сторону. Дама ответила улыбкой, что, как это ни глупо, его обрадовало. Дойдя до Стургатан, он перешел на другую сторону. Повернул направо и незамедлительно начал всматриваться в приближавшуюся черную машину. У нее оказалось большое темное переднее стекло, через которое трудно было что-либо увидеть. Он решил немного изменить план и перейти через улицу непосредственно перед машиной. Тогда у него появится больше шансов заглянуть в нее естественным образом. Тротуар впереди был пуст, но с Риддаргатан вывернуло такси и поехало ему навстречу. Это подходило идеально. Увеличив скорость, он пошел быстрым шагом к припаркованному автофургону. Спустился с тротуара прямо перед передним бампером и посмотрел налево, словно желая, перед тем как перейти улицу, проверить, где находится такси. Получил хороший угол зрения, чтобы заглянуть в темную водительскую кабину. Похоже, пусто. Удовлетворенный, он пересек улицу и подошел к собственной машине. Он как раз собирался продолжить путь к Риддаргатан и аналогично пройтись в другую сторону, когда увидел, что идут они.

Мужчина, которого он искал, и молодая женщина из полиции.

Они только что появились на Грев-Магнигатан. К счастью, они находились на другой стороне тротуара, и он заметил их первым. Он спрятался за какой-то машиной. Проводил их взглядом через грязное заднее стекло. Они решительным шагом направились к подъезду. Возможно, они – смена, подумал он, увидев, как они открывают дверь и заходят внутрь. Он решил подождать. Завидел начало нового плана. Только сперва нужно убедиться.

– Мария! Это я! – громко прокричал Себастиан, входя в прихожую. Ванья проследовала за ним, все еще не оправившись после встречи с Вальдемаром. Никакого ответа из квартиры не последовало, что обеспокоило Себастиана, и он поспешно прошел на кухню. Там он обнаружил, что Мария, очень бледная, молча сидит рядом с Николь.

– Мария, что-нибудь случилось? – едва увидев их, сразу спросил он.

– Она опять рисовала, – тихо и испуганно проговорила Мария и встретилась с ним взглядом.

– Можно посмотреть? – озадаченно спросил Себастиан и поднял лежавший перед ними на столе перевернутый белый лист бумаги.

Сюжет поражал столь же сильно, как и в прошлый раз. Николь еще больше продвинулась назад во времени. На этот раз она стояла на кухне. Перед ней на полу лежал замечательно нарисованный мальчик. Одна рука у него была почти оторвана у плеча и лежала перекошенной рядом с ним. Повсюду была кровь. На рисунок ушло столько чернил из красного фломастера, что последние штрихи на стене получились слабыми, будто закончилась краска. Мария смотрела на рисунок со слезами в глазах.

– Это Георг, ведь так?

Себастиан осторожно кивнул.

– Она сегодня ночью нарисовала один рисунок, но я вам его еще не показал, – медленно проговорил он.

– Почему?

– На нем ваша сестра.

Мария опустила взгляд с совершенно убитым видом.

– Он столь же ужасен?

Он подошел к ней и положил руку ей на плечо.

– Возможно, я поступил глупо, но мне хотелось вас пощадить, – с нежностью сказал он.

– Я не хочу его видеть, – ответила она.

Немного посмотрев на него печальным взглядом, она повернулась к молчаливой, неподвижно сидящей дочери, такой маленькой и бледной.

– Когда это закончится? Сколько ей еще придется находиться в этом жутком мире? – умоляюще спросила она Себастиана. – Это ужасно.

– Честное слово, не знаю, – ответил он и осторожно погладил ее по плечу.

В кухню вошла Ванья, молча взяла рисунок и принялась его рассматривать. Ее вновь поразила фотографическая память девочки. Та не упустила ни одной важной детали. Присутствовали даже ее собственные кровавые следы.

– Я думала над этим, – сказала Ванья Себастиану, кивая на лист бумаги. – Пожалуй, мы должны считать рисунки уликой.

– Конечно.

– Тогда мне надо забрать их с собой.

– Конечно, забирай.

Себастиан отпустил плечо Марии и обратился к Николь:

– Пойдем, попробуем немного подумать о чем-нибудь другом.

Он взял ее на руки и понес в гостиную.

– Ты поможешь мне включить телевизор. Наверное, там идет что-нибудь, что нам захочется посмотреть, – сказал он Николь и крепко обнял ее. Ванья наблюдала, как они уходили. Руки Николь обвивались вокруг его шеи.

Возможно, потому что она только что с ним столкнулась, или из-за того, как Николь обнимала Себастиана. Ей вспомнился Вальдемар.

Человек, которого она когда-то обнимала так же.

Тир оказался меньше того, где они обычно встречались в Стокгольме, но чего, собственно, можно было ожидать от этого места? Пять кабинок в ряд, пять мишеней в половину силуэта человека – на расстоянии двенадцати метров. Все помещение отделано светлым деревом, что наводило на мысль о гигантской сауне с вмонтированными в потолок люминесцентными трубками. Начальник отделения проинформировал их о рутинных вещах и правилах техники безопасности, положил необходимое оборудование в кабинки и ушел. Металлическая дверь у них за спиной захлопнулась.

– Не сделать ли нам это немного увлекательнее? – спросила Йеннифер, направляясь, чтобы принести им висевшие на перекладине наушники. – Три магазина, тот, у кого получится худший выстрел, проиграл.

– На что спорим? – с улыбкой поинтересовался Билли.

– На сотню.

Она вернулась и протянула Билли желтые закрытые наушники.

– Принято.

Билли надел наушники, вошел в маленькую кабинку и взял пистолет. Достал из лежащего справа ящичка один из магазинов и зарядил оружие. Когда он услышал маленький щелчок, подтверждавший, что магазин встал на место, по всему телу пробежала приятная дрожь, и он отвел затвор до конца и отпустил.

Он держит заряженное оружие.

Смертоносное оружие.

Йеннифер уже начала стрелять. Приглушенно он слышал, как она в спокойном темпе делает выстрел за выстрелом. Он бросил взгляд на ее мишень. Каждая пуля ложилась во внутренний кружок. Впрочем, достаточно на секунду утратить концентрацию. Единственная пуля отклонится – и ты проиграл.

Билли занял позицию, поднял пистолет и сделал первый выстрел. Идеальное попадание. Повторяя процедуру, он в быстром темпе отстрелял оставшиеся одиннадцать патронов. Потом опустил пистолет, вынул пустой магазин и заменил его полным из ящичка.