Флэшбэк - Кейт Лондон

Трина остановившимся взглядом смотрела на мягкие каштановые волосы, пришпиленные к голове куклы вуду. Ее мертвенно-бледное лицо выражало крайнюю растерянность.

— У него были именно такие волосы, до того как он начал седеть… Я не верю. Я не могу в это поверить… Только не Боб. Он был моим другом в течение многих лет. Он не мог причинить боль Мэлори… или тебе, Рейчел…

Рейчел было жалко мать, но Трина должна была узнать правду.

— Это Боб организовал нападение на меня в парке, и он сам там был. Я уверена в этом. Я сопоставила все детали. Кайл проверил, действительно ли Шейн был в это время со своей пасторской миссией в приюте. Он там был, на интернет-странице приюта есть его имя в списке выступавших. Даже на сверхзвуковом самолете он не успел бы долететь до Нью-Йорка и напасть на меня в парке.

Дрожащими пальцами Трина коснулась волос куклы, ее тела, сшитого из полосатой рубашки, и пуговицы. Ее губы беззвучно шевелились, она покачала головой, не в состоянии поверить, что Боб мог столько лет терзать Мэлори.

— Я всегда считала, что они как-то по-особому привязаны друг к другу… У Боба никогда не было своих детей, и он говорил, что рыжие кудри Мэлори напоминают ему Алису… Алиса, как и Мэлори, умерла от передозировки таблеток. Мне… мне было жалко его, когда он возился с Алисой, мы с ним тогда не встречались, это началось потом. Он всегда был таким заботливым, внимательным и очень одиноким… Я до сих пор не могу… Как он мог совратить Мэлори в моем доме, а я ничего не замечала? Когда это началось?

Рейчел покачала головой:

— Насколько я могу догадываться, почти сразу же. Он начал делать ей всякие маленькие подарочки…

— Я думала, он таким образом хочет убедить ее, что она полноправный член нашей семьи, — со слезами в голосе прошептала Трина.

— Он сажал Мэлори к себе на колени…

Трина потерла руками глаза, словно стирая ужасные картины, которые перед ними стояли.

— Я думала, это невинные нежности. Мэлори никогда не знала отцовской ласки, и мне казалось, Боб показывает ей, какой может быть любовь мужчины…

— Именно это он ей и показывал, — произнесла сидевшая рядом с ней Джада. Ее голос прозвучал непривычно холодно, будто она впервые увидела темную сторону жизни, которую ей трудно было принять. — Я помню все, о чем говорит Рейчел. Как он с ней обращался, как она на это реагировала. Я не хотела этого вспоминать, но пришлось. Я готова убить его.

В этот момент Рейчел поняла, что ее сестра, обычно добродушная и беззаботная, способна совершить убийство.

Неожиданно Трина потянулась за бокалом, из которого пила вино, — на краях бокала остались следы номады — и автоматически протерла бокал салфеткой, а потом вдруг начала тереть его неистово, словно стирала ошеломляющую новость, в которую отказывалась верить.

— Он находился в моем доме… с моими дочерьми… Мы… — Трина задрожала, происшедшее приобрело черты реальности. — Несколько лет назад у него были именно такие волосы. Помню, я хотела постирать его рубашку и увидела, что не хватает одной пуговицы и вырезан лоскуток. Рубашка была голубая, в полоску, как эта…

Трина схватила куклу и уставилась на воткнутые булавки.

— Да, у него проблемы с сердцем, а сейчас и с потенцией. Должна сказать, он никогда не отличался избытком мужской силы, но его скромные возможности меня вполне устраивали. А потом у него вообще перестало получаться, но меня это не волновало. О господи, в то же самое время у него была Мэлори…

— Успокойтесь, — тихо сказал подошедший Мозес.

Трина бросила в его сторону испепеляющий взгляд, ее начала охватывать ярость.

— Не говори мне, что я должна делать! Мэлори была моей дочерью. — Она резко вскочила, бросила куклу на кофейный столик и, разразившись рыданиями, побежала в ванную.

— Лучше на некоторое время оставить ее одну. Она сильная, справится. Твоя мать — настоящая леди, — спокойно сказал Мозес тоном человека, знающего, как вести себя в психологически напряженных ситуациях.

Рейчел потерла ладони, они были холодные и влажные. Она повернула голову в сторону Кайла, их глаза встретились, но ненадолго, Кайл почти сразу же опустил их, давая понять, что он не собирается обсуждать с ней принятых решений.

— Без меня ты никуда не пойдешь, — глядя на него, тихо заявила Рейчел.

Несмотря на ненависть к Бобу, она понимала, что должна уберечь Кайла от неверного шага. Если Кайл убьет Боба, его посадят и она потеряет его, если не навсегда, то очень надолго. Она понимала, что ей всеми способами нужно будет убедить Кайла не делать этого.

— Ты говоришь, не пойду? — Кайл вызывающе посмотрел на Рейчел. — Боюсь, дорогая, на этот раз по-твоему не получится.

— Мама очень расстроена. Только за одно это я готова его убить, — мрачно пробормотала Джада. Она взяла Гарри и посадила к себе на колени. — Ну, помурлыкай, киса.

— Джада, ты больше не страдаешь аллергией на котов? — Рейчел была благодарна сестре за то, что она немного разрядила обстановку и они с Кайлом не ввязались в жестокую перепалку… Если они с Кайлом оба останутся живы…

— Я на грани сумасшествия, а безумным все нипочем. Время аллергии еще придет, а сейчас кот так расслабляюще действует на мои нервы, он такой мягкий, пушистый, уютный.

Трина вышла из ванной, глаза у нее были красные и опухшие, лицо бледное.

— Я иду вниз. Хочу сыграть партию. Кто-нибудь составит мне компанию?

— Возьмите с собой Папа, — сказал Кайл.

Трина кивнула, понимая, насколько опасен человек, которого она ввела в свой дом и который соблазнил и погубил ее дочь. Ей нужно было время, чтобы отвыкнуть от милого, надежного Боба и осознать, что он — подонок и мучитель ее дочери.

— Не сдавайте его сразу полиции, я хочу сказать ему все, что я о нем думаю, — попросила Трина, спускаясь вниз.

— Ему до полиции еще дожить надо, — невнятно проговорил Кайл.

— Я тут кое-что выяснил, — сказал подошедший к нему Мозес. — Этот парень был женат дважды. Алиса была его второй женой. Обе женщины умерли от передозировки, хотя до замужества лекарствами не увлекались и были абсолютно здоровы. Каждый раз после смерти жены ему доставалось все.

— Ну, теперь самоубийство Мэлори выглядит совсем в ином свете, — тихо произнес Кайл. — Она сама себя убила прежде, чем это сделал он, и это его, должно быть, сильно разозлило.

Вдвоем Мозес и Кайл казались грозной, не знающей пощады силой. Мозес посмотрел на Кайла:

— Сдается мне, что пожар — его рук дело. Ты ему очень мешал, одним своим существованием угрожал лишить его всех жизненных удовольствий.

— Нам нечего ему предъявить, остается одно — заставить во всем признаться, — сказала Рейчел, обхватив себя руками.

— Признается, ему некуда будет деться. Ты что-то задумала, Рейчел? Я это вижу по твоему виду.