Последний патрон Чехова - Руслан де Хан

Я прекрасно понимал, что его дочка лишь предлог, чтобы подослать ко мне и, приставленную к ней, отцовскую сволочь. Шпионаж, шантаж, диверсии…

Я бы даже не удивился, отрави он внука или саму дочь… подставить меня всё равно дороже.

— Думаю, с таким мудрым и «заботливым» отцовским «воспитанием» она вдвойне насладиться «звёздным небом», пока я постучу по гробу.

В уме же само собой подсчиталось, сколько фургонов серебра отсыпали бы за три-то миллиона душ, а от того в глазах даже полыхнул угрожающий огонёк.

— Надеюсь, мы поняли друг друга…

Я отпустил его руку, и комиссар спешно зашагал прочь от будущего зятя. Пускай мне всего раз доводилось видеть будущую супругу, ставшую для меня официальной лазейкой в высший свет, но даже этого хватило, чтобы её зауважать.

А ведь юная леди всего то сама лично, не смотря на статус, отстирывала платье после папиных…

Я с отвращением сплюнул комиссару вслед.

— И повезло же с семейкой…

Тем временем благодарная публика вновь окружила своего «миссию» и соскребя добровольных пожертвований, поднесла традиционный дар из полного кисета и флакона ладанных духов.

— Всяко лучше челобитий…

Затянувшись ароматом, я вскочил на спину ревнивого напарника, уже дышавшего огоньком в сторону людишек, и взмыл к облакам, разрезая небо сизым шлейфом кутерьмы.

Смущение и гнев копились с самого утра или даже с ночи, но в одночасье испарились от жара извергнутого пламени и мертвецки бледных лиц моих пареньков, заранее собранных Совестью.

— Повелеваю!

Магия усилила голос, а с рокотом серебряного исполина создавала ощущение, словно громом и огненным дождём вещало само почерневшее небо.

— Встать!

Те, кто не упал в обморок, тотчас подскочили, чем хоть немного уняли стоны моей ущемлённой гордости.

Я похлопал напарника и быстро спустился по его склонившейся шее.

— Как ребёнок, ей богу…

Совесть с привычной дерзостью ухмыльнулся и подал мне руку, на что не смел ворчать даже Нагильфар, однозначно верный только мне. А для человека без маны…

Я крепко схватил протянутую мне пятерню и более всего ценя брата именно в такие моменты, сел на отодвинутый для меня стул во главе стола.

— Вижу, у нас есть и новые лица?

В каком-то смысле это шутка никогда не выходила из моды, а от того несколько парнишек в голос посмеялись.

— Что же. Рад, что ты здесь.

Я кивнул юбилейному парнишке, а тот лишь поправил очки и неуверенно поёрзал на стуле.

— Ладно. Работу на наше общее дело тебе дадут потом. Евгенич, будь добр и передай нашему новому брату «стандартный пакет».

Совесть уже подготовил всё на славу и лишь подтолкнул бумаги к парнишке-торгашу.

— Здесь всё. Технологии, искусство, имена… в общем, ты мальчик умный, так что разберёшься, как с этим управиться. Мне же важно, чтобы мы…

Я окинул собравшихся взглядом и показательно развёл руками.

— Могли на тебя положиться. В бумагах всё лучшее из наших миров, чтобы ты мог не волноваться о деньгах, так что, если вдруг у тебя появятся стоящие аналоги, то будь добр. Не забудь поделиться.

Глаза Владимировича поползли на лоб, но он быстро спохватился и стиснув бумаги, утвердительно кивнул.

— А теперь к главному. Сколько миров мы уже потеряли?

Все потупили глаза.

— Уже три.

По грустным лицам пареньков из сотого и семьдесят первого, я сразу понял, о каких параллелях, очень близких к ним, шла речь.

— Я, так понимаю, наша теория была верна?

Никто не решался подать голос, так что сидящий справа от меня Евгенич вновь вздохнул и взял слово.

— Да. Смерть пожирает самые быстрые миры. Хоть проверить это и сложно, но раз это уже не впервые, то стоит взять за основу версию, что его параллель замерла и теперь он вытягивает жизнь из других. Зачем точно до сих пор неизвестно…

Совесть протянул мне листок, на котором был текст не для остальных.

— И я думаю, что раз ваш мир стал первым, то именно поэтому в нём и появилась магия.

— А вся мана…

Я покосился на мирно дремавшего Нагильфара и вернул Евгеничу листок.

— Это высосанная жизнь из других миров…

Он быстро черканул ответ.

— Да.

Больше сидеть мне здесь было не зачем. Всё что волновало, я уже узнал.

— Спасибо за присутствие, братья. Думаю, все наши административные дела и банковские отчётности вы уладите под руководством Совести, а сейчас…

Я пристально посмотрел на новичка, жадно сжимавшего заветные бумажки.

— Ты пойдёшь со мной.

Бедолага аж посерел, стоило Нагу заспанно фыркнуть рядом с его пятками, куда в панике сбежала и душа.

— Не волнуйся за бумажки, парниша… у Совести на то и кличка. Не украдёт…

Я всучил папку брату и быстро вскарабкался на верную спину, затащив наверх в сизой дымке и нерадивого новобранца.

— А теперь смотри не обосрись!

Я со всех сил натянул улыбку и громко засмеялся, сквозь клубы огня прорвавшись к сизо-бурым небесам.

Мир 7

Кончик её языка обжигал холодком влажных касаний, балуя нервы чувственных вершин, а губы мягко скользили по естеству, словно привораживая гипнотическим тактом ещё колыхавшихся волос.

И всё же, как бы не было гадко на душе, с этим теплом и контрастным холодком не смог бы поспорить не один мужчина. Кулаки непроизвольно разжались, а мысли и тревоги сразу растворились на нежных розовых устах, то и дело с искренним азартом игравших с возбуждённой целью её ловких оборотов языка.

— Ну правда, солнце… даже так не отвертишься.

Ещё немного поигравшись, девчонка устало проскользила по моему животу и недовольно насупив носик, умастилась у меня на плече.

— Хватит, милый… дай отдохнуть. Месяц не виделись, а ты…

Лера легонько стукнула меня по груди, но в теле и правда растекалась лёгкость от опытных рук и языка, да и под ярким звёздным небом совершенно не хотелось душнить.

— Хорошо…

Я прижал свою малышку к груди и замолчал, греясь с любимой под шкурой того самого медведя и вглядывался в звёзды.

— Тебя и правда так сильно смущает, что я твой двойник?

Спросила она строго, но с ноткой грусти.

— Или вовсе клон?

Видимо, это можно было скрыть от меня, но Лера чувствовала даже слабое напряжение в моих руках, стоило отмахнуться от желания высказать всё, как на духу. Пускай и ради неё.

— Просто…

Я не знал, что ответить.

— А ты жесток…

Обижено фыркнув, девчонка отвернулась от меня и демонстративно умолкла, требуя за прощение как минимум лисицу на новый воротник.

— Всё же, это как-то неправильно… почти как с сестрой.

Мы путешествовали уже далеко не по