Готикана - RuNyx

Корвина надела черный топ с длинными рукавами, коричневую длинную юбку и колье-чокер из черной ленты. Накрасила губы коричневой помадой, подчеркнула свои причудливые фиолетовые глаза черной подводкой и заплела волосы в косу-колосок. Дополнив образ длинными серебряными серьгами и колечком в носу да браслетом из разных кристаллов на левом запястье, который снимала, только чтобы снова его зарядить, она почувствовала себя самой собой. Конечно, люди глазели, когда она проходила мимо. Но в Веренморе их взгляды были скорее любопытными, нежели враждебными, как было всю ее жизнь.

За прошедшую неделю благодаря наблюдениям, ограниченному общению с ее главными источниками информации – Джейд и Троем, Корвина выяснила, что у большинства студентов Веренмора было особое прошлое, и чаще всего трагичное. У всех были свои тайны, а потому они по большей части уважали чужие. Конечно, встречались среди них и неприятные ребята, но таковых было меньшинство. В целом, все студенты не совали нос в чужие дела и держались в кругу своих друзей.

И Корвине это нравилось.

Нравилось одобрение, которое она каждый день ощущала в кивке, коим ее одаривала дама в общей столовой, широкой улыбке, что бросал ей придурок Трой при каждой встрече, в симпатии, с которой он и его друзья стали называть ее «Фиолет», или в случайных объятьях, что изо дня в день ей дарила Джейд.

Жизнь налаживалась, и Корвина впервые пребывала в радостном волнении перед возможностями, которые таило будущее. И хотя она была не особо открытой с окружающими и сомневалась, что когда-нибудь станет таковой или доверится кому-то достаточно, чтобы рассказать обо всем, она все же училась с изяществом принимать протянутую ей руку дружбы. Хотя отчасти ей сильнее всего на свете хотелось найти того, с кем она могла поделиться своими секретами, избавившись от необходимости постоянно делать выбор.

Одиночество изнуряло.

Это навело ее на мысли о мужчине за фортепиано. Она так и не рассказала соседке о своем маленьком приключении, случившемся в первую ночь в башенной комнате, как она мысленно ее называла. На то не было никаких причин. С той ночи Корвина больше не видела дьявола с серебристыми глазами, и хотя занятия должны были начаться через час, и она знала, что их с ним пути неизбежно пересекутся, все же незачем было тревожить Джейд, учитывая случившееся с ее прежней соседкой.

– Черт, черт, черт. – Девушка, о которой шла речь, неслась к ней, прижимая к груди книжки. Она была одета в желтую майку и джинсовые шорты (которые, как выяснила Корвина, были ее любимыми), зеленые глаза были широко открыты.

– Что? – спросила Корвина, нахмурившись, когда заметила тревогу в ее лице.

– Я, черт побери, забыла!

– Что? – озадаченно переспросила Корвина. – Что ты забыла?

– В этом году будет Черный бал.

Корвина почувствовала, как брови хмуро сходятся вместе.

– Чего?

– Господи, ты ж не знаешь. – Джейд покачала головой и пошла к учебному крылу, срезая путь через сады.

За всю неделю Корвина не бывала в этом крыле, хотя видела его издалека, пока шла в обеденный зал или, как его здесь называли, Главный зал. Учебное крыло занимало большую часть замка, расположившись в конце территории на самой высокой точке горы. Как-то раз за ужином Трой, усевшись к ней за стол и заявив, что они станут отличными друзьями, рассказал, что задняя часть массива – сплошь крутые, смертельно опасные скалы, которые будут видны ей из окна. Корвина была взволнована перспективой ступить на новую природную территорию.

– Всех подробностей я не знаю. – Раздавшийся рядом голос Джейд вырвал ее из размышлений, пока они уверенным шагом шли на занятия. – Его проводят каждые пять лет. Традиция проводить бал-маскарад – часть истории университета с момента его основания.

– Ла-а-адненько, – протянула Корвина, желая, чтобы она продолжила. – И почему это плохо?

– Потому что каждый раз во время Черного бала кто-то пропадает.

Корвина замерла от ее слов и пристально посмотрела на подругу.

– Что за чертовщина? – прошептала она, оценивая серьезность заявления Джейд. Вид у нее был мрачный до чертиков.

Джейд направилась к зданию, а в небе загрохотали тучи, застилая все вокруг хмурым серым светом.

– Насколько мне известно, – продолжила она, когда Корвина нагнала ее, – первое исчезновение было зарегистрировано около сотни лет назад. Говорили, якобы парень ушел в лес и заблудился. А потом в ту же ночь пять лет спустя произошло следующее исчезновение. Прошло около сотни лет, и почти двадцать человек пропали без вести в ту же ночь. Это просто жутко, понимаешь?

Жутко и очень странно.

– Погоди, – Корвина помотала головой. – Разве полиция не проводила расследование?

Джейд ответила невеселым смешком.

– А что им расследовать? Насколько мне известно, не было никаких признаков совершенного преступления. Девчонки, ребята, преподаватели и даже жители города – все бесследно пропали. Тела так и не были найдены. А раз все это тянется уже много лет, люди решили, что они попросту сбежали или заблудились. Но уж поверь мне: я по личному опыту знаю, что сбежать отсюда непросто, особенно ночью.

– Эй, чумовые глазки, – окликнула Корвину Рой, одна из девушек из ее башни. Да, не все люди были приятными.

– Отвали, Рой, – крикнула Джейд, показав ей средний палец, и они помчались в класс.

Боже, Корвина обожала эту девчонку.

Все еще размышляя о разговоре, Корвина задала самый очевидный вопрос:

– Почему же никто не прикрыл Черный бал?

– Давай сначала зайдем в класс, – сказала Джейд, когда они вошли в учебный корпус.

Корвина на мгновение остановилась, чтобы полюбоваться красотой и величием замка. Ее поражало, как нечто столь вычурное и древнее могло до сих пор существовать в реальном мире.

Вход был величественным, по обе стороны стояли скульптуры плачущих ангелов, вознесших взор к неимоверно высокому потолку, который поддерживали многочисленные колонны. По бокам от огромных, незамысловатого вида деревянных дверей шириной в два пролета располагались две невысокие каменные лестницы, которые вели на верхние этажи. Джейд направилась к той, что была слева, и Корвина пошла следом, окидывая взглядом гигантские колонны, которые поддерживали эту часть замка. В центре потолка свисала старинная металлическая люстра более чем на сотню ламп, которая была такой древней на вид, что Корвина могла бы поспорить, что повесил ее туда какой-нибудь правитель времен средневековья.

Они вышли на лестничную площадку, слева от которой шел коридор и еще одна лестница наверх. Джейд пошла в коридор и направилась к четвертой двери справа. На ней висела бронзовая табличка с загнутыми краями и простой надписью: «Английский язык и литература.