Торговец смертью - Лоренсо Сильва

Взятый напрокат «Форд» подпрыгивал на ухабистой дороге, змеившейся между увитыми лианами красными деревьями, а Джеб время от времени поглядывал в зеркало заднего вида, выясняя, не увязался ли за ними «хвост». Продолжая рулить левой рукой, правой он указал на чемодан, лежавший на заднем сиденье, и велел Малоуну:

— Достань то, что лежит в боковом отделении.

Несмотря на раздражение, которое он испытывал, Малоун повернулся на сиденье, расстегнул молнию бокового отделения чемодана и сунул туда руку. То, что он там обнаружил, озадачило его.

— Тут только журнал, — проговорил он. — «Гламур». С каких это пор ты стал читать модные журналы?

— Посмотри на дату.

Малоун выполнил просьбу и присвистнул:

— Ого, да он шестилетней давности!

— А теперь как следует рассмотри женщину на обложке.

Еще более озадаченный, Малоун стал разглядывать женщину. Она была одета в черное вечернее платье и сфотографирована по пояс. Платье соблазнительно обнажало верхнюю часть груди и контрастировало с ниткой крупных жемчужин на шее и жемчужными серьгами. На голове женщины была элегантная черная шляпка. Такие, вспомнил Малоун, носили актрисы шестидесятых.

— Я думал, женщины уже не носят шляпок, — заметил он.

— Этот номер был посвящен ретромоде. Смотри внимательней.

Женщина на обложке была жгучей брюнеткой с гордой осанкой, предполагавшей, что она не чужда занятиям спортом — либо плаваньем, либо верховой ездой. Даже несмотря на то, что она была сфотографирована по пояс, Малоун с уверенностью предположил, что она — высокого роста и обладает стройной фигурой. Она напоминала Софи Лорен, и не только тем, что та тоже была соблазнительной брюнеткой с чувственными губами и загадочным взглядом темных глаз, но и цветом кожи — смуглым, почти коричневым. Женщины с такой кожей всегда притягивали к себе Малоуна. Это позволило ему предположить, что в жилах красавицы, как и у Софи Лорен, течет итальянская кровь.

Колесо машины попало в очередную колдобину.

— Это жена Белласара, — сообщил Джеб. Малоун поднял на него удивленный взгляд. — Та самая женщина, портрет которой Белласар требует написать.

— У меня такое ощущение, что я ее уже где-то видел.

— Неудивительно. Ее фото появлялось на сотне журнальных обложек, не говоря уж о рекламе губной помады, духов, туши для ресниц, шампуней и так далее. Статьи о ней печатали «Ньюсуик», «Тайм» и «Пипл». Она была в первых строчках рейтингов топ-моделей и даже вела один из разделов знаменитого телешоу «Сегодня». Она была столь знаменита, что ты мог назвать лишь ее имя любому человеку из мира моды, и он сразу понял бы, о ком идет речь. Ее зовут Сиена.

— Такого же цвета ее кожа.

— А мне первым делом пришел в голову город в Италии, — хмыкнув, сказал Джеб.

— Ты ведь не художник. Сиена жженая — одна из лучших природных красок: красновато-коричневая и жгучая.

— Жгучая? Да, — кивнул Джеб, — пожалуй, именно такое впечатление эта женщина и производит. Она была просто потрясающей, настоящая супермодель высшего класса. И вот пять лет назад взяла и все бросила.

— Почему?

— Кто знает! Ей было двадцать пять, возраст, когда карьера модели оказывается на излете. Может, она решила, что пришло время уходить с подиума, а может, влюбилась.

— В мистера Я-Не-Принимаю-Нет-В-Качестве-Ответа?

— Не исключено. Возможно, Белласар не принял от нее «нет» в качестве ответа.

— Но теперь он хочет, чтобы я написал с нее два портрета: лицо и в полный рост, причем обнаженную. У меня такое ощущение, что я чего-то не понимаю.

— Так и есть.

Джеб произнес эти три слова с такой интонацией, что Малоун устремил на него любопытный взгляд, ожидая продолжения.

— Белласар уже трижды был женат.

Малоун непонимающе наморщил лоб.

— Все его жены были красавицами, и все умерли молодыми.

— То есть?

— Первая якобы не справилась с управлением, когда ехала на спортивном автомобиле, и свалилась с утеса. Вторая сломала себе шею, катаясь на горных лыжах. Третья утонула, занимаясь дайвингом.

— Похоже, быть женой Белласара вредно для женского здоровья, — заметил Малоун. — С учетом всего, что ты мне рассказал, какая дура пошла бы за него замуж?

— Разумеется. Если бы он афишировал свои браки. Белласар относится к своей частной жизни в тысячу раз более трепетно, чем даже ты. Для него это — главное условие выживания. Поверь мне, сведения о его браках и последующих похоронах жен никогда и нигде не обнародовались. — Джеб помолчал, чтобы следующая его фраза прозвучала как можно эффектнее. — Перед смертью каждой из жен Белласар нанимал известного художника, чтобы тот написал ее портрет.

Малоун почувствовал, как по его коже побежали мурашки.

— Эти портреты висят в укромной комнате его особняка в Южной Франции, ходу в которую никому нет. Это его трофеи, экспонаты его частной коллекции. Белласар — перфекционист, он не выносит все, в чем есть хоть какое-то несовершенство. Когда возраст его жен приближался к тридцати, когда они начинали терять очарование молодости и в их внешности начинали появляться первые признаки увядания — морщинки возле глаз или хотя бы один седой волосок, — он больше не хотел иметь с ними ничего общего. Но его невероятная подозрительность не позволяла ему просто развестись с ними, как сделал бы любой другой человек. В конце концов, каждая из них слишком долго находилась рядом с ним, могла что-то ненароком увидеть или услышать и, следовательно, представляла для него угрозу.

— Не понимаю, — заявил Малоун. — Если он знает, что в конечном итоге избавится от женщины, зачем на ней жениться? Почему не взять ее просто в любовницы?