Все оттенки мрака - Михаил Март

В это мгновение щель под дверью потемнела. В коридоре горел свет; ровная полоска, словно прочерченная линейкой, уже раздражала Гришу. В какой-то момент середина этой самой полосы исчезла. За дверью кто-то стоит и прислушивается. Он умел ощущать такие вещи. Ни один налет пережил за два года службы на Кавказе. Гриша запустил руку под подушку и вытащил пистолет. С оружием он не расставался, но никогда не пускал его в дело. Пистолет оставил под простыней. Зачем зря людей пугать. Второй рукой нащупал шнур от настольной лампы, стоящей на тумбочке, и поймал выключатель. Теперь милости просим. К приему готов. Но тень медлила. Одно понятно, это не хозяева. Они ложатся спать в десять вечера. Им вставать с петухами. Сыну на кухню, отцу на вахту, дочери на рынок. Горничных он не знал. Обе новенькие. Но может быть, они что-то знали и решили с ним поговорить, пока хозяева спят? Любопытная идея. Тогда ему надо превратиться в невинную овечку. Важно выслушать человека, а не сбивать его с толку глупыми вопросами. Ну же? Постучи и войди. Можешь даже без стука вломиться ко мне. Я не обидчивый.

Нет. Тишина. Придется идти на опережение.

Гриша ловко вскочил с постели и в три прыжка оказался возле двери, которая тут же распахнулась. В итоге никого он не изобличил. За дверью стояла элегантная дама в темном не по погоде платье и черной шляпке из крашеной соломы с небольшой вуалью. Он ее вспомнил. Та дамочка из ресторана…. Одинокая леди из непонятного города. Но, судя по тому, что она искала ключ в сумочке, ее явно занесло не туда. Он жил на этаже один, остальные занимали бельэтаж с окнами в сад.

— Вряд ли я смогу вам помочь, если вы намеревались переночевать в моем номере.

Ее движения были немного заторможены. Похоже, она выпила лишних пару рюмок и заблудилась.

— Ночевать не буду, но в гости я, пожалуй, зайду. Так, для шапочного знакомства. У вас есть выпить? — У нее был очень приятный низковатый голос.

— Конечно. Привез из Москвы хороший коньяк. Проходите. Что же на пороге стоять.

Дама проскользнула в комнату с необъяснимой легкостью мотылька. Актерские данные господь Бог дал ей с момента рождения.

Он нашел выпивку. Стаканы пригодились те, что стояли у графина с водой, а вот закуски у него не нашлось. Конечно, он мог сгонять на кухню и что-то там найти. Но дама подняла руку.

— Все в порядке. Мы ни в чем не нуждаемся.

— Тем лучше. Для начала познакомимся. Меня зовут Григорий. На этом хватит.

— А меня Елизавета Николаевна. Теперь наливайте. Первый тост за знакомство уже готов. Следующий скажу я.

О ночной гостье складывалось двоякое впечатление. Такие отпускникам не подходят. Не курортная женщина. Слишком ухоженная и высокомерная. С кем же она напилась? В одиночку? Трудно поверить. Такие женщины к себе на близкое расстояние не подпускают. Что-то среднее между монашкой и дьяволом. Однако Гриша был убежден, что она всегда добивается своего. От нее исходила какая-то сила. Трудно представить себе эту даму на пляже. Похоже, она там и не бывала. Кожа на руках оставалась белой. Зачем она приехала сюда?

Они сели за стол. Григорий сидел в одних плавках, так, как ходил по номеру. Это же курорт, а не московская квартира. С другой стороны, к нему зашла дама, да еще при полном параде. Он решил разыграть из себя простачка и обычного проходимца. Таким море по колено. Итак, они оба разыгрывали друг перед другом спектакль. Чем это кончится, еще не понятно. Во всяком случае, не романом. Гриша любил молоденьких, хорошеньких и глупых девочек. Она же была лет на десять старше его и намного умнее, чем этого хотелось. К тому же от нее веяло аристократизмом, а хозяин номера был мужиком от сохи и старался держаться своей линии.

Они выпили. Григорий крякнул, а для гостьи крепкий коньяк показался водой.

— Со знакомством. — Гриша закурил и перешел на «ты». — Где же ты провела сегодняшний вечер, Лиза?

И этот удар она выдержала, сделав вид, будто они пили на брудершафт.

— Следила за тобой, Гриша. Выпивала. Хотела понять, чем эта дыра может притягивать к себе такое количество людей.

— Из перечисленного тобой я не могу понять лишь слежки за мной. Остальное выглядит вполне нормальным времяпровождением.

— Могу сказать. Ты тот самый парень, который встречался с Соней в прошлом году. Думаю, что ты ее ищешь.

Тут парень растерялся. Он не ожидал прямого удара в лоб. Неожиданный поворот событий.

— Так, понятно. А ты тут при чем?

— Ни черта тебе не понятно, Гриша. Я о вашем романе знаю из писем Сони. Она моя племянница, и я тоже хочу знать, что с ней случилось. Соня исчезла. Бесследно.

— Спроси о ней хозяев отеля. Имеешь право. Ты родственница.

— Причем единственная на сегодняшний день. Родители ее погибли, когда Соня была еще девочкой. Кроме меня у нее никого не осталось. Так что о ваших отношениях я знаю больше, чем ты думаешь. На сегодняшний день я пришла к выводу, что ее больше нет. Она погибла. И не случайно, а от чьих-то рук. Хозяева отеля входят в число подозреваемых. Так что спрашивать у них о Соне я не буду.

— Кто? Этот милый старик? Или его придурковатый сын, который из кухни не вылезает. А может, дочь? Ты ее видела. Слабоумное создание, которое никто не видит, чтобы не распугать клиентов. Я даже голоса ее не слышал. Она молчит, будто глухонемая. Соня для них подарком была.

— Вероятно. Пока на них работала.

— Ах вот оно что. Значит, если ты увольняешься, тебя следует убить?! — возмутился Григорий.

— Не надо кричать, Гриша. Я рядом и хорошо тебя слышу. Береги нервы. Они скоро тебе пригодятся, когда полиция будет тебя допрашивать по поводу убийства директора стриптиз-клуба. И не задавай мне ненужных вопросов. Сейчас речь идет о хозяевах нашего отеля. Так вот, в городе никто с ними не общается, кроме рыночных торговцев. Потому и в сезон здесь есть свободные номера. Соня не первая горничная, пропавшая бесследно. Три года назад тут работала некая Оксана из Киева. Она сбежала от родителей, приехала сюда и устроилась горничной. А в конце сезона пропала. Ее отец крупная фигура в новом правительстве Украины. Он взял след дочки, приехал сюда и поднял скандал. На первый раз обошлось. Никто ничего не сумел доказать. Ответ прост: была, работала, уволилась, уехала. Всё! Точка. Как бы не так. На следующий год история повторяется. И опять пропадает горничная. Новый скандал, но никаких доказательств. Таксисты даже не возят курортников к нашему отелю. С нашим хозяином никто не хочет иметь дел. Его тихо презирают. Ему объявлен бойкот. Но мы, чужаки, ничего об этом не знаем. Я живу здесь неделю. Во всем городском дерьме покопалась. Оттого и знаю больше остальных. И если я или ты поинтересуемся Соней, то получим короткий ответ: «Уволилась и уехала». Расспросами мы привлечем к себе ненужное внимание. Мне одной трудно вести поиски. Вот я и подумала, а почему бы нам не объединиться.

— Кого же мы будем искать, если ты считаешь ее мертвой?