И колыбель упадет - Мэри Хиггинс Кларк

Они переезжали деревянный мост перед поворотом на Вайндинг-Бруклейн. Кэти прикусила губу:

— Молли, высади меня у дома Льюисов, ладно? — Молли с удивлением повернулась к ней:

— Зачем?

Кэти попыталась улыбнуться:

— Ну, я же помощник прокурора и, что еще важнее, советник при полицейском департаменте Чепин-Ривер. Вообще-то мне туда не нужно, но раз уж я здесь, следует зайти.

Машина судебно-медицинских экспертов въезжала задним ходом на подъездную дорожку к дому Льюисов. Ричард стоял в дверях, наблюдая. Когда Молли остановилась, он подошел к машине.

— Кэти едет ко мне на обед и подумала, что ей стоит заглянуть сюда, — быстро объяснила Молли. — Можешь пойти с ней?

Он согласился и помог Кэти выйти из машины.

— Рад, что ты здесь. Что-то мне во всем этом не нравится.

При мысли о том, что сейчас она увидит труп, у Кэти пересохло во рту. Она вспомнила лицо из сна.

— Муж в гостиной, — сказал Ричард.

— Я с ним встречалась. Ты, должно быть, тоже. У Молли на новогодней вечеринке. Хотя нет. Ты опоздал. Они ушли до твоего прихода.

— Ладно. Потом поговорим. Вот ее комната. — Кэти заставила себя взглянуть на знакомое лицо и мгновенно узнала его. Она вздрогнула и закрыла глаза. Может, она сходит с ума?

— Что с тобой, Кэти? — резко спросил Ричард. Вот идиотка!

— Со мной все хорошо, — ответила она, и собственный голос показался ей вполне спокойным. — Я хочу поговорить с капитаном Льюисом.

Они подошли к закрытой двери гостиной. Ричард бесшумно открыл ее, не постучав. Крис Льюис стоял у телефона спиной к ним. Он говорил тихо, но отчетливо:

— Я знаю, в это трудно поверить, но клянусь тебе, Джоан, что она не знала про нас.

Ричард так же бесшумно закрыл дверь. Они с Кэти уставились друг на друга.

— Я попрошу Чарли остаться здесь, — произнесла Кэти. — Буду рекомендовать Скотту начать полное расследование.

Скотт Майерсон был прокурором.

— Я сам произведу вскрытие, как только ее привезут, — сказал Ричард. — Как только мы убедимся, что ее убил цианид, начнем выяснять, где она его достала. Пошли, заедем ненадолго к Молли.

Дом Молли, как и ее машина, был олицетворением нормальной жизни. Кэти часто заезжала сюда по дороге с работы, чтобы выпить стакан вина или поужинать. Запах вкусной еды, топот детских ног по ступенькам, бормотание телевизора, громкие юные голоса, крики и потасовки. Для нее это было возвращением в обычный мир после целого дня общения с убийцами, похитителями, грабителями-наркоманами, вандалами, психопатами, поджигателями и мошенниками. И как бы сильно она ни любила семейство Кеннеди, эти визиты заставляли ее ценить безмятежное спокойствие своего дома. Конечно, за исключением тех случаев, когда она чувствовала его пустоту и пыталась представить, каким он мог быть, если бы Джон остался жив и у них появились бы дети.

— Кэти! Доктор Кэрролл! — завопили близнецы. — Ты видела полицейские машины, Кэти? Что-то случилось у соседей!

В роли оратора всегда выступал Питер, который был на десять минут старше брата.

— Прямо в соседнем доме! — вступил Джон. Молли называла их Пит и Повторюшка.

— Брысь отсюда, — велела она. — Дайте нам спокойно поесть.

— Где остальные дети? — спросила Кэти.

— Билли, Дайна и Мойра, слава богу, пошли сегодня в школу, — сказала Молли. — Дженнифер в постели. Я только что заглянула к ней, а она опять задремала. Бедняжка все еще плохо себя чувствует.

Все устроились за кухонным столом. Кухня была просторной и приятно теплой. Молли достала из духовки горячие сэндвичи, предложила выпить, но они отказались, и она налила кофе. Молли знает толк в готовке, думала Кэти. Что бы она ни приготовила, это всегда вкусно. Но едва Кэти начала есть, как у нее перехватило горло. Она посмотрела на Ричарда. Тот густо намазал говядину горчицей, и ел с явным удовольствием. Она позавидовала его отстраненности. С одной стороны, он мог смаковать хороший сэндвич. А с другой, несомненно, сосредоточился на деле Льюисов. Он наморщил лоб, его густые каштановые волосы были взъерошены, серо-голубые глаза смотрели задумчиво, широкие плечи ссутулились. Он слегка постукивал по столу двумя пальцами. Кэти могла поспорить, что их обоих волнует один и тот же вопрос: с кем говорил по телефону Крис Льюис.

Она помнила свой единственный разговор с Крисом. Это было на новогодней вечеринке, и они беседовали о воздушном пиратстве. Крис казался интересным, умным, приятным. Он обладал грубоватой красотой и был очень привлекательным мужчиной. И еще она вспомнила, что они с Венджи были в разных концах переполненной комнаты и что он без особой радости воспринял поздравление со скорым рождением ребенка.

— Молли, что ты думаешь о Льюисах? Я имею в виду их отношения, — спросила она.

Молли забеспокоилась:

— Честно говоря, я думаю, они были близки к крушению. Венджи зациклилась на своей беременности, и каждый раз, как они к нам приходили, любой разговор переводила на детей, а Криса это явно расстраивало. А поскольку я приложила руку к этой беременности, меня это очень тревожило.

Ричард перестал барабанить по столу и выпрямился:

— Что ты сделала?

— Ну… ты же знаешь меня, Кэти. Когда они въехали прошлым летом, я в тот же день сбегала к ним и пригласила на ужин. Они пришли, и Венджи рассказала, как надеется забеременеть и как ее огорчает, что лучшие годы уходят, ведь ей скоро тридцать.

Молли допила «Кровавую Мэри» и с сожалением взглянула на пустой стакан.

— Я рассказала ей про Лиз Беркли. Та не могла забеременеть до тех пор, пока не пошла к гинекологу, который считается лучшим специалистом по лечению бесплодия. Лиз только что родила девочку и, конечно, была наверху блаженства. В общем, я рассказала Венджи про доктора Хайли. Она пошла к нему и через несколько месяцев забеременела. Но с тех пор я жалею, что ввязалась в это.

— Доктор Хайли? — удивилась Кэти. Молли кивнула:

— Да, тот самый, который будет…

Кэти покачала головой, и Молли осеклась.