Последняя теория Эйнштейна - Марк Альперт

— Что случилось? — повторил он громче.

Вперед вышел Скотт в криво сидящих на лице очках. У него на плече висел на ремне «узи».

— Мы выполняли инструкции Саймона, но за несколько секунд до столкновений в туннеле в секторе «Е-Ноль» произошел взрыв.

— Значит, соударений не было? И не было прорыва пространства-времени?

— Нет. Взрыв разрушил канал пучка, и Теватрон отключился.

Гупту окатило теплой волной облегчения. Слава богу!

— Мы сразу стали искать вас, — добавил Скотт. — Мы боялись, что Саймон вас убил, как и угрожал. — Он прикусил нижнюю губу: — Он убил Гэри и Джереми, мы нашли их тела возле входа «Эф-Два». Я взял один из их автоматов.

Гупта посмотрел на зловещее черное оружие.

— Где Майкл? — Он заглянул за спину Скотту и Ричарду, высматривая лицо внука. — Он не с вами?

Они беспокойно переглянулись.

— Э-э, нет, — ответил Скотт. — С тех пор как мы ушли из аппаратной, я его не видел.

Профессор помотал головой, аспиранты сгрудились возле, как стайка беспомощных младенцев. Они жалко провалились и теперь ждут прощения и новых указаний.

Злость на них придала Гупте новые силы. Он протянул руку к Скотту.

— Помогите мне встать, — велел он. — И дайте мне вот это.

Скотт без колебаний помог ему встать и протянул «узи». Гупта прижал оружие к бедру и вышел из кладовой.

— Мы возвращаемся в аппаратную, — объявил он. — Нужно отыскать Майкла и начать эксперимент заново.

Ричард посмотрел на него отчаянным взглядом.

— Но там серьезное повреждение кольца! Приборы показывают, что полдюжины магнитов выведены из строя!

Гупта нетерпеливо махнул рукой:

— Это мы починим, все необходимое у нас есть.

Он промаршировал через корпус соударений к выходу, а его аспиранты озабоченно потрусили сзади. Еще не поздно сделать новую попытку. Для ремонта канала пучка понадобится несколько часов, но если чуть повезет, можно будет накопить новый запас частиц к концу дня. И на этот раз поток нейтрино будет направлен на первоначальные координаты, пять тысяч километров над Северной Америкой. Величественные лучи вспышки протянутся по небу, когда наступит ночь.

Снаружи, за дверью, Скотт догнал профессора и осторожно взял его за локоть.

— Есть еще одна проблема, профессор, — сказал он. — Охрана лаборатории знает, что мы здесь. Трое охранников направлялись к аппаратной, как раз когда мы уходили.

Профессор даже не сбавил шагу, устремляясь к насыпи над туннелем.

— Это несущественно. Мы выполним наше предназначение, мы воссоздадим этот мир.

— Но у охранников оружие! И подходят все новые и новые!

— Я уже сказал, это безразлично. Полвека человечество ждало этого события, и более Einheitliche Feldtheorie не может оставаться сокрытой!

Скотт взял Гупту за локоть чуть крепче.

— Профессор, послушайте, прошу вас! Нужно уходить, пока нас не арестовали!

Гупта стряхнул его руку и поднял автомат, направив этому дураку в грудь. Остальные остановились, пораженные. «Имбецилы! Неужто они не понимают, что мы должны это сделать?»

— Застрелю каждого, кто попытается меня остановить! Ничто в мире меня уже не остановит!

Скотт поднял руки, но не отступил, дурак — нет, он шагнул вперед.

— Профессор, будьте же благоразумны. Мы как-нибудь в другой раз обязательно попробуем, но сейчас нам надо…

Гупта прервал его выстрелом в сердце. Потом застрелил Ричарда, который опрокинулся спиной на асфальт. Остальные стояли, вытаращив глаза, — даже ума сбежать им не хватало. Взбешенный их глупостью, профессор стрелял, перечеркивая автоматом остолбенелые лица, и они падали, дергаясь как марионетки, и умирали. Гупта сделал еще несколько выстрелов, чтобы добить наверняка. Бесполезные люди, зря кислород только тратят. Он вернется один и выполнит свое предназначение.

Он направился к Вильсон-Холлу, шагая рядом с насыпью, но тут с дороги свернул и остановился черный «сабурбан», и оттуда выскочили трое в сером. Они притаились за машиной, направив на него пистолеты и крича какую-то неразборчивую чушь. «Вот еще глупцы, — подумал он. — Сегодня этой глупости неиссякаемый источник открылся».

Раздосадованный Гупта повернулся к ним и поднял автомат, но не успел нажать на спуск, как увидел желтую вспышку из дула пистолета. Девятимиллиметровая пуля помчалась по воздуху напрямик, как высокоэнергетический протон, пусть ей и далеко было до его скорости. Соударение раскололо череп Гупты, породив дождь частиц кожи, крови и мозга, разум профессора вырвался из нашей вселенной на свободу и растаял в безоблачном небе.

Возле входа «Эф-Два» гудели на холостом ходу моторами пожарная машина и «скорая помощь». Дэвид прибавил шагу, поспешил изо всех сил к серому зданию из шлакобетона. После взрыва в туннеле он потерял сознание и теперь понятия не имел, сколько прошло времени после расставания с Моникой. Двадцать минут? Тридцать? Он помнил страшные раны у нее в животе, хлещущую с обеих сторон кровь. Оставалось только молиться и надеяться, что «скорая» успела вовремя.

Когда до входа осталось ярдов двадцать, он увидел на земле тело под простыней, возле него стояли двое пожарных в полном снаряжении. Дэвид остановился, у него подкосились колени. Потом грудь сдавило, когда он увидел рядом слева еще один покрытый простыней труп. А еще левее двое медиков в синей форме затаскивали в машину носилки — и он успел заметить коричневое лицо с кислородной маской.

— Моника! — крикнул он, кидаясь к носилкам. Она была жива!

Но его перехватил третий медик:

— Эй, друг, полегче! — сказал этот парень, поймав Дэвида за локоть. — С тобой что стряслось?

Дэвид показал на носилки. Середина тела у Моники была забинтована, и одна рука тоже.

— Как она? Выживет?

— Не волнуйся, состояние стабилизировано. Потеряла много крови, но опасности нет. И пальцы тоже можно будет пришить. — Он с явной озабоченностью посмотрел на порезы на лбу у Дэвида. — Да тебе и самому помощь нужна.

Дэвид напрягся, шагнул назад, высвобождая руку. Он так тревожился о Монике, что начисто забыл о том, где побывал сейчас. Хотя он бросился под прикрытие стены перед тем, как электрокар пробил трубу, он знал, что выскоэнергетические протоны порождают страшное количество неприятных вторичных частиц.

— Не прикасайся, — предупредил он. — Я был в туннеле и могу фонить.

У парня шевельнулись усы. Он шагнул назад и обернулся к ближайшему пожарному.

— Алекс! Быстро померяй радиацию у этого друга!

Алекс подскочил со счетчиком Гейгера. Если Дэвид попал под дождь частиц из разбитой трубы, счетчик покажет наличие радиоактивности у него на одежде или на коже. Дэвид затаил дыхание, пока пожарный водил перед ним счетчиком от головы к ногам.