Мертвые не лгут - Саймон Бекетт

Вода внезапно успокоилась, и я слышал тяжелое дыхание Портера.

– Что собираешься делать дальше, умник?

Я понятия не имел. Люк открывался внутрь, и если я буду оставаться на месте, он не сунется в лаз. Но и я не выберусь наружу. Я огляделся. Вода была уже по пояс и продолжала прибывать. Сквозь щели в воротах вертикальными полосами просачивался серый свет. Вокруг плавал всяческий мусор, но ничего такого, что помогло бы в моем положении. Оттолкнув дырявое каноэ, которое наседало на меня, словно настырная лошадь, я достал из кармана телефон. С него текла вода, но я все-таки попробовал позвонить, но экран остался темным.

Помощь не придет. Я постарался успокоиться и оценить положение. Уровень воды в эллинге стал выше, но то же самое происходит за его стенами. В бухте холодно, но не смертельно. Портер будет спешить убраться отсюда как можно скорее: он убил полицейского и не может себе позволить здесь прохлаждаться или ждать, когда прилив выгонит меня из укрытия.

Затем я вспомнил, что у него есть ружье, и сразу сник.

– Ты еще там или уже утонул? – крикнул он.

Я прижал ладони к крышке люка и провел по нестроганому дереву. Доски хоть и толстые, но не защитят от ружейного выстрела.

– Не усугубляй своего положения, – ответил я сквозь них. От холода и напряжения голос сорвался. Снаружи раздался злобный смех.

– Не собираюсь. Как только ты мне скажешь, где деньги, тут же смотаюсь.

Снова о деньгах.

– Я тебе говорил: ни про какие деньги понятия не имею.

– Но только что сказал, что они у тебя в машине. Почему я должен тебе верить?

– Потому что в противном случае нам будет плохо обоим. Ты убил полицейского, неужели считаешь, что это тебе сойдет с рук?

– Беспокойся лучше о себе. Вода прибывает. Яйца не застудил?

Я старался не обращать на холод внимания и сосредоточил все мысли на ружье. Оно наверняка в «Даймлере». Но если Портер за ним пойдет, у меня появится шанс совершить рывок к лодке. Это явно пришло и ему в голову, иначе он бы уже отправился за ним.

– Ты знаешь, что Лео Уиллерс жив?

– Без булды.

Конечно, знал, ругнул я себя. Поэтому бросился в бега. Если Уиллерс не только жив, но доказанно невиновен, вопрос только времени, чтобы полиция начала фильтровать других подозреваемых. Включая его.

– Тебе сказал его отец? – спросил я, понимая: чем дольше он стоит у люка без ружья, тем больше у меня шансов на спасение.

– Думаешь, старик признает, что его сын превратился в бабу? Скажи, еще объявит об этом по радио.

Тихий плеск воды сказал мне, что Портер куда-то перемещается. Я ловил признаки того, не повернул ли он к лестнице, чтобы самому броситься к лодке.

– Так откуда ты узнал?

– Вез его, когда позвонили из полиции и сообщили новость. Нечего сказать, осчастливили сэра Стивена.

– Он разговаривал с ними при тебе?

– Я же сказал. Чего только не услышишь, если к тебе настолько привыкли, что принимают за вещь.

В голосе Портера появилась горчинка. Я это запомнил, но сейчас меня больше интересовало, что он делает по другую сторону люка. Слышал, что он, стараясь не шуметь, шел по воде.

– Ты таким же образом узнал, что мы находимся в форте?

– Ничего подобного не ждал и буквально обалдел, доложу я тебе. Не мог дождаться, когда высажу старика, чтобы выяснить, что вам там понадобилось. – Его голос шел, скорее, со стороны причала, а не лестницы. Я старался понять, что он затеял. Надеялся, что не пошел отвязывать лодку.

– Тебе не следовало убивать Ланди.

– Лучше скажи что-нибудь такое, чего я не знаю.

– Тогда зачем ты это сделал? – выкрикнул я, не в силах сдержаться.

– Не было выбора. Я даже не знал, что он с вами, пока не увидел его. Из того, что я слышал, там был только ты и сестра.

– И ты планировал нас убить? А что дальше? Замаскировать под очередной несчастный случай на море?

– Я не планировал никого убивать. Вбей себе это в башку. Только хотел, чтобы мне вернули деньги. Думаешь, мне все это надо? – Плеск воды раздался громче. Портер откуда-то возвращался. – Если я сдамся, ты замолвишь за меня словечко?

Ничего подобного я не ожидал. Его голос приближался, он снова находился у самого люка. Я колебался, дрожа от холода в воде. Не верил Портеру, но не понимал, что он задумал.

– Ладно, – осторожно начал я. – Но ты должен…

Новый удар по крышке чуть не сбил меня с ног. Я шарахнулся, вспенивая воду. Портрер тяжело дышал по другую сторону люка. Он почти меня поймал, но теперь не мог добраться в мое убежище. Крышка снова содрогнулась, он бросил бесцельные попытки и, запыхавшись, предложил:

– Кончай валять дурака. Скажи, где деньги, и я тебя отпущу.

– Господи, да не знаю я, где эти деньги. – В отчаянии я подпер плечом крышку и огляделся в поисках сломанного весла. Вставил его под углом между досками настила и крышкой. Такая преграда надолго не задержит Портера, но даст мне несколько секунд, если он что-нибудь снова предпримет. – У кого ты их стащил? Или тоже шантажировал Лео Уиллерса?

– Я не вор. А если бы захотел шантажировать Уиллерсов, давно бы этим занялся. – Его голос звучал по-настоящему оскорбленно. – Наоборот, старался, как обычно, их выручить. Это Дерби со своим дружком сделала снимки и требовала полмиллиона, грозя их выставить на всеобщее обозрение. Подумать только – полмиллиона! Узнав об этом, малыш Лео наложил в штаны и слинял. Так они подкатились к старику. Я говорил ему, не надо платить, но разве он послушает? Только бы люди не узнали, что его сынуля изображает из себя Барби!

Снова в его голосе появилась горечь. Я услышал, что Портер опять отошел от люка. Я взглянул на перегораживающие выход от причала ворота. Волны накатывали до середины их высоты. Вспомнив, какой ржавый у них замок, я решил, что мне остается только надеяться, что он выдержит напор воды.

– Ну и что ты сделал потом? Убил их и забрал деньги? – Черт возьми, что ты там задумал?

– После всего, что было сделано мною для Уиллерсов, я не мог пустить дело на самотек. – Я слышал, что Портер куда-то идет, стараясь как можно тише шлепать по воде. – Любой идиот сказал бы, что фотографии сделаны из форта. Шантажисты велели оставить деньги на устричной фабрике. Я так и поступил и, забросив туда сумку, стал наблюдать из Уиллетс-Пойнта и когда увидел идущую к форту лодку, взял ялик Лео. Решил, заберу деньги и, может, немного их припугну. Но это все.

Его голос продолжал перемещаться, но звучал глуше. Трудно было определить, где находился Портер.

– Что-то пошло не так? – Черт, как же холодно! Я обхватил себя руками, стараясь следить за его движением.

– Все ее любовничек, – с отвращением ответил Портер. – Задумал выставляться, строить из себя крутого. Все должны его бояться – у него черный пояс. Вонючий додзе. Ну, я ему и влепил.