Деликатесы Декстера - Джеффри Линдсей

Любой человек, знакомый со штампами, знает: даже из самой неприятной ситуации есть выход. Среди грозы всегда блеснет луч надежды; на этот раз спасительным лучом оказался набор прекрасных, хорошо заточенных ножей, и Брайан с легкостью освободил мои руки. Отрывать скотч от запястий мне показалось не так уж и больно — вероятно, потому, что все волоски оттуда я вырвал в прошлый раз. Тем не менее это вряд ли можно назвать удовольствием, и мне пришлось потратить некоторое время на растирание запястий. Судя по всему, слишком много времени.

— Братец, ты не мог бы заняться массажем в другой раз? — поинтересовался Брайан. — Нам нельзя задерживаться, — кивнул он в направлении трапа.

— Я должен забрать отсюда Дебору, — сказал я.

Брайан театрально вздохнул.

— Что у тебя с этой девушкой? — спросил он.

— Она моя сестра.

Он покачал головой.

— Ясно, только давай побыстрее. Парк кишит этими людьми, а нам, я думаю, не стоит с ними встречаться.

Мы вынуждены были пройти мимо грот-мачты, и, несмотря на требование Брайана поторопиться, я задержался около Саманты, предпринимая все усилия не наступить в лужу крови справа от нее. Она выглядела невероятно бледной и больше не раскачивалась и не стонала, поэтому я поначалу решил, что она уже умерла, но все-таки потрогал пульс у нее на шее. Сердце билось, но очень слабо. Когда я до нее дотронулся, она открыла глаза. Глазные яблоки двигались из стороны в сторону — кажется, она не могла сфокусировать взгляд и, совершенно точно, меня не узнавала. Она опустила веки и пробормотала что-то, но я не смог толком разобрать и вынужден был наклониться ближе.

— Что ты сказала?

— Я… была… вкусной? — хрипло прошептала она.

Я задумался на секунду, но все же понял, о чем она.

Нас учат необходимости говорить правду, но, по моему опыту, гораздо приятнее, когда тебе скажут то, во что тебе хочется верить. Обычно это далеко не одно и то же, но если тебе придется напороться на горькую правду потом, что ж, такова жизнь. Для Саманты в любом случае не существовало никакого «потом», и я попросту не мог быть настолько жестоким и сказать ей правду.

Я наклонился к ее уху и прошептал то, что она так хотела услышать:

— Вкуснее не бывает.

Она улыбнулась и закрыла глаза.

— Честно говоря, мне не кажется, что у нас есть время для мелодрамы, — сказал Брайан, — во всяком случае, если ты действительно хочешь спасти эту свою сестру.

— Ты прав, — согласился я, — прости.

Я оставил Саманту без особого сожаления, задержавшись только для того, чтобы прихватить со столика один из отличных ножей Аланы.

Мы нашли Дебору под прилавком бывшего киоска в кают-компании старого пиратского корабля. Они с Чатски были привязаны к большим трубам, ведущим к несуществующей теперь раковине. Их руки и ноги оказались обмотаны скотчем. Чатски, надо отдать ему должное, почти освободил одну руку. Единственную руку, если быть откровенным, но его успех нельзя не признать.

— Декстер! — воскликнул он. — Господи, как я рад тебя видеть. Она еще дышит, надо вытащить ее отсюда. — Он заметил Брайана, прячущегося за моей спиной. — Эй! Это тот парень, который подстрелил меня.

— Все в порядке, — не слишком убедительно пробормотал я, — эмм… на самом деле он…

— Это была случайность, — перебил меня Брайан, словно боялся, что я представлю его полным именем. Он снова надел капюшон, скрыв лицо. — В любом случае я вас всех спас, так что давайте побыстрее выбираться отсюда, пока еще кто-нибудь не пришел.

Чатски пожал плечами.

— У тебя есть нож? — спросил он.

— Разумеется. — Я склонился над ним, но он нетерпеливо качнул головой.

— Ну же, Деке, черт бы тебя побрал, сначала Дебора.

Я подумал, человек с одной ногой и рукой, который лежит привязанным к трубе, не имеет права отдавать приказы таким тоном. Но времени разбираться не было, и я опустился на колени рядом с Деборой. Я срезал скотч с ее запястий и пощупал пульс. Он был ровным и сильным. Оставалось надеяться, что она просто без сознания. Здоровая и крепкая, если она не получила какой-нибудь действительно серьезной травмы, с ней все будет в порядке. Но мне очень хотелось, чтобы она пришла в себя и сказала мне об этом лично.

— Ну же, хватит страдать фигней, приятель, — произнес Чатски тем же раздраженным тоном, и я перерезал веревку, которой она была привязана к трубе, и скотч на ее щиколотках.

— Нам надо торопиться, — тихо сказал Брайан, — ты уверен, что его тоже надо брать?