Реальность на продажу - Майкл Ридпат

Я обвел мостик подозрительным взглядом. Да почти наверняка там нет никого. А если кто-то и есть, то прячется под мостиком. И я обязательно услышу, как он станет выбираться оттуда, и успею дать деру, черта с два он меня догонит.

А вдруг у него пистолет?

Ерунда. В Керкхейвене с оружием не разгуливают.

Я набрал полную грудь воздуха и перебежал мостик. Все спокойно. Только шум морского прибоя да торопливое лопотание речушки.

Черт, если кто-то пытается меня запугать, ему это вполне удается.

На следующее утро электронная почта доставила мне с полдюжины сообщений. Одно было от Сьюзен, которая по-деловому сухо уведомляла, что мне звонил Шварц и просил, когда буду в Лондоне, непременно с ним встретиться.

Это уже интересно.

Второе пришло от Соренсона.

«Не могу поверить, что Дэвид действительно сговорился с „Онада“. Но если это так, вы правы, с ним нужно расставаться. Его увольнение создает серьезные трудности в управлении компанией. В связи с его уходом проблема платежеспособности компании вызывает у меня еще большее беспокойство. Я обсуждал этот вопрос с Грэмом Стивенсом, и он разделяет мою озабоченность. Так что, если к будущей среде вы не изыщете дополнительные средства, я буду вынужден ввести внешнее управление. Очень надеюсь, что такой необходимости не возникнет. Желаю удачи».

Я тяжело вздохнул. Другого выхода у меня нет. Сегодня четверг, и никаких чудес в ближайшие шесть дней ждать не приходится. Я набрал номер банка, в котором у меня был открыт счет. Попросил предоставить заем, о котором мы предварительно говорили. Девяносто тысяч фунтов стерлингов. Придется снова заложить Инч-Лодж и до последнего предела увеличить сумму займа под залог моего собственного дома. С учетом уже имеющейся закладной это будет стоить мне всех причитающихся от «Харрисон бразерс» за целый месяц процентов по моим операциям. Я заверил банк, что из «Харрисон бразерс» на мой счет поступят также крупные премии. Мне пообещали, что требуемая сумма поступит в течение недели.

Я положил трубку и закрыл глаза. Понимал, что совершаю классическую для биржевого маклера ошибку — ставлю последнее на заведомо сомнительную сделку.

Согласно подсчетам Уилли, которые я хорошо помнил, имея на руках девяносто тысяч фунтов, мы, если повезет, сможем продержаться еще месяц, до дня выплаты жалованья сотрудникам компании в июле. А это, в свою очередь, поможет нам дотянуть до августа. К тому же в конце июня должны были поступить кое-какие деньги от наших двух заказчиков. Господи, как же я надеялся, что они переведут их вовремя!

Я шел ва-банк, но нисколько об этом не жалел. Происходящее давно уже перестало быть для меня только крупной финансовой операцией. С «Фэрсистемс» меня связывало многое, не только финансовые обязательства. И с ней я либо выживу, либо погибну. Это знакомое каждому картежнику ощущение неодолимого азарта возбуждало и подстегивало.

Я зашел к Уилли и попросил его подготовить документы о предоставлении мною займа компании «Фэрсистемс» в размере девяноста тысяч фунтов сроком на шесть месяцев.

— Вы уверены? — спросил он, глядя на меня, как на сумасшедшего.

Что ж, я, видимо, действительно спятил, но тем не менее кивнул. Он, похоже, не очень-то и удивился.

Ладно, теперь возьмемся за самую неотложную проблему — «Онада индастриз».

Итак, «Онада» собирается захватить «Фэрсистемс». Они думают, что все козыри у них, что мы испугаемся зловредных американцев и бросимся к ним в объятия. Они сильно ошибаются. Впервые за мою недолгую карьеру в «Фэрсистемс» сила была на моей стороне, и я собирался выжать из этого обстоятельства все, что можно. А если повезет, то и найти долгосрочное решение проблемы «Фэрсистемс» с наличностью. И под длительным сроком я имел в виду не какие-нибудь три недели, а минимум три месяца.

Я вызвал Рейчел.

— Вы уверены, что у «Онада» нечем заменить наш «Фэрсим-1»? — без обиняков спросил я.

— Если они хотят по-настоящему закрепиться на рынке развлечений, то нечем, — твердо заявила она. — А они этого очень хотят, будьте уверены.

— Прекрасно. Тогда помогите мне сочинить пару факсов.

Мы отправили их двум лидирующим на мировом рынке электронных развлечений компаниям, «Сега» и «Нинтендо». В них упоминалось, что мы вели переговоры с «Онада», но зашли в тупик и теперь ищем себе в Японии другого партнера. И содержалась просьба уведомить нас как можно скорее, если какая-нибудь из этих фирм проявит интерес к дальнейшему обсуждению нашего предложения. От этого своего мероприятия я не ждал ничего конкретного, мне надо было лишь припугнуть «Онада».

Затем я позвонил в Лондон Йоши.

— Здравствуйте, Йоши. Это Марк Фэрфакс.

— О, добрый день, Марк! — Судя по его тону, моему звонку он отнюдь не обрадовался.

— Я тут подумал насчет нашего вчерашнего разговора…

— И что? — В голосе Йоши звучала настороженная подозрительность, но мне послышались и нотки заинтересованности.

— Хотел бы еще раз обсудить с вами в самом начале следующей недели возможности нашей совместной работы. Как насчет понедельника? В вашем офисе?

На другом конце линии наступило долгое молчание, Йоши обдумывал мое неожиданное предложение. Торопить его с ответом я не стал.

— Хорошо. В понедельник. В одиннадцать утра. У меня, — с расстановкой проговорил наконец он. — Вы будете один?

— Нет, с Рейчел Уокер, нашим техническим директором.

— Хорошо, тогда до встречи.

Йоши повесил трубку. Даже не поинтересовался, почему не с Дэвидом Бейкером.

Я положил перед собой сделанный позавчера Китом снимок Йоши. Завсегдатаи в «Инч-Таверн» сразу и дружно опознали по нему азиата, который сидел в пабе с Ричардом в тот вечер, когда его убили.

Интересно, что Йоши скажет мне по этому поводу.

* * *

В тот вечер я засиделся на заводе допоздна, проработал далеко за полночь. Груда бумаг росла на моем столе быстрее, чем я успевал их просматривать. Однако оставлять их без внимания было нельзя. Если я хочу, чтобы «Фэрсистемс» выжила, повседневная рутинная работа в компании должна идти без сучка без задоринки. Задача была не из легких, устал я неимоверно.

Вздрогнув всем телом, я открыл глаза. Передо мной тихо жужжал компьютер, стол завален бумагами. Шея онемела. Я взглянул на часы — ого, половина четвертого ночи! Сам не заметил, как уснул. Я в некотором замешательстве оглядел разбросанные повсюду листы с графиками, таблицами, убористым машинописным текстом и понял, что сейчас мне понять в них что-либо просто не под силу. Пора домой, и прямо в кровать.

По дороге к выходу я заглянул к программистам. У них там все еще горел свет, неужели кто-то работает даже в такой час? Однако в зале было безлюдно и тихо. В электронном «окне» под высоко поднявшейся луной угрюмо раскачивались деревья. Зрелище почему-то показалось мне жутковатым, даже пугающим. В дальнем конце зала сквозь легкие шторы за стеклянной перегородкой кабинета едва виднелся неясный силуэт Рейчел, сидевшей за компьютером у себя в кабинете. Я хотел было зайти к ней попрощаться, но усталость взяла свое и я отправился домой.