Красный кролик - Том Клэнси

— Который сейчас час, Джеффри? — спросил доктор Худ.

— Без четверти час, Клайв, — ответил доктор Филлипс, взглянув на настенные часы.

— В таком случае, как насчет того, чтобы прерваться на обед?

— Я очень даже за. Мне бы совсем не помешало что-нибудь перекусить.

— Надо только будет пригласить другого анестезиолога, — заметил доктор Эллис, анестезиолог.

— Хорошо, Оуэн, зови, — предложил Худ.

— Договорились, — согласился доктор Эллис.

Встав со стула у изголовья пациента, он подошел к телефону и, набрав номер, сказал несколько слов.

— Меня сменят через пару минут.

— Замечательно. Куда мы пойдем, Джеффри? — спросил Худ.

— Как насчет «Лягушки и жабы»? Там готовят великолепный бекон, салат и жареный картофель с томатным соусом.

— Великолепно! — обрадовался Худ.

Кэти Райан, стоявшей за спиной доктора Филлипса, удалось не раскрыть от удивления рот, скрытый марлевой повязкой, однако ее небесно-голубые глаза широко округлились. Неужели эти врачи действительно собираются оставить пациента в бессознательном состоянии на операционном столе и отправиться обедать? Кто они такие, знахари-шарлатаны?

В это время в операционной появился замещающий анестезиолог, в халате, готовый приступить к работе.

— Оуэн, что мне надо будет делать? — спросил он.

— Обычная рутина, — ответил доктор Эллис.

Он указал на приборы, регистрирующие сигналы жизнедеятельности пациента. Кэти отметила, что все показания в норме, и все же…

Худ первым направился в раздевалку. Четверо врачей, сняв зеленые халаты, надели плащи и, выйдя в коридор, спустились на улицу. Кэти растерянно плелась следом за англичанами, не зная, как себя вести.

— Ну, Каролина, как вам нравится Лондон? — любезно поинтересовался Худ.

— Очень, — ответила Кэти, все еще оглушенная случившимся.

— А как ваши дети?

— Ну, мы пригласили им очень милую гувернантку, она родом из Южной Африки.

— Один из наших более цивилизованных местных обычаев, — одобрительно заметил доктор Филлипс.

Закусочная находилась всего в одном квартале от клиники, на запад по Сити-роуд. Врачи быстро отыскали свободный столик. Худ тотчас же закурил сигарету. Он обратил внимание на неодобрительный взгляд Кэти.

— Да, миссис Райан, я знаю, что курение вредно для здоровья, и врачу это особенно не к лицу, но каждый человек имеет право хотя бы на одну слабость, разве не так?

— Если вам нужна моральная поддержка, вы ошиблись адресом, — нахмурилась Кэти.

— Ну хорошо, в таком случае я буду выпускать дым в противоположную от вас сторону, — усмехнулся Худ. В этот момент к столику подошел официант. — Какое пиво у вас есть? — спросил у него Худ.

Кэти мысленно отметила, как хорошо, что он курит. Ей было очень непросто иметь дело одновременно с несколькими шокирующими факторами, но, по крайней мере, сигарета предупредила ее подготовиться к худшему. Худ и Филлипс остановили свой выбор на «Джон Карейдж». Эллис заказал «Тетлис». Кэти попросила принести «Кока-колу».

За столом врачи, как это свойственно всем медикам, говорили в основном о работе.

Потрясенная Каролина Райан сидела на жестком деревянном стуле, глядя на то, как трое врачей наслаждались пивом, а один из них к тому же и сигаретой, пока их пациент в блаженном бессознательном опьянении эфиром лежал на операционном столе в операционной номер 3.

— Ну, как у нас поставлено дело? — спросил Худ, гася очередную сигарету. — Отличается от того, к чему вы привыкли в клинике Джонса Гопкинса?

Едва не поперхнувшись, Кэти решила все-таки не высказывать вслух соображения, носившиеся у нее в голове.

— Ну, хирургия она и есть хирургия. Я вот только удивлена, что у вас так мало обычных томографов. Я уж не говорю про приборы магниторезонансной и позитронной эмиссионной томографии. Как вы обходитесь без них? Я хочу сказать, дома я бы даже не подумала начать оперировать мистера Смитсона, не получив снимков опухоли.

— Знаете, тут она права, — немного подумав, согласился Худ. — Если бы мы точно представляли себе характер новообразования, наш каменщик мог бы подождать еще несколько месяцев.

— У вас такие длинные очереди на то, чтобы прооперировать гемангиому? — выпалила Кэти. — У нас такие операции осуществляются немедленно.

Ей не нужно было добавлять, что подобные опухоли причиняют значительную боль. Кроме того, они оказывают давление на глазное яблоко, вызывая ухудшение зрения, — именно поэтому мистер Смитсон и обратился к своему лечащему врачу. Он также жаловался на сильнейшие головные боли, буквально сводившие с ума, для борьбы с которыми ему пришлось принимать обезболивающие на основе кодеина.

— Ну, у нас дела обстоят несколько по-другому.

«Угу. Наверное, очень хорошо заниматься медициной, исходя не из нужд больного, а из повременной оплаты.» Подали обед. Сандвичи оказались превосходными — гораздо лучше тех блюд, которые подавали в столовой клиники; однако Кэти не могла спокойно смотреть, как ее коллеги пили пиво! Причем английское пиво было приблизительно вдвое крепче американского, а каждый из врачей выпил за обедом по целой пинте — по шестнадцать унций! Черт побери, как это называется?

— Кэти, не хотите полить картошку кетчупом? — предложил Эллис, протягивая бутылку. — Или мне следует обращаться к вам «леди Каролина?» Насколько я слышал, его высочество принц Чарльз — крестный вашего сына?

— Ну, в каком-то смысле. Он согласился — повинуясь порыву, Джек попросил его в самый последний момент в госпитале при военно-морской академии. В действительности крестными малыша являются Робби и Сисси Джексоны. Робби — летчик-истребитель военно-морской авиации. Сисси пианистка, выступает с концертами.

— Это тот самый чернокожий парень, про которого писали газеты?

— Совершенно верно. Джек познакомился с ним, когда оба преподавали в военно-морской академии, и с тех пор они близкие друзья.

— Понятно. Значит, в газетах была правда? Я имею в виду…

— Я стараюсь не думать об этом. Единственным светлым моментом, произошедшим в тот вечер, было рождение маленького Джека.

— Я вас прекрасно понимаю, Кэти, — ответил Эллис, принимаясь за сандвич. — Если сообщения соответствуют действительности, вам пришлось пережить ужасную ночь.

— Да, хорошего было мало. — Кэти заставила себя улыбнуться. — Самым легким были схватки и роды.

Трое англичан дружно рассмеялись. У всех были дети, все трое присутствовали при родах, которые английским женщинам даются ничуть не легче, чем американским.

Полчаса спустя все четверо уже возвращались обратно в клинику Морфилдса. Хук по дороге выкурил еще одну сигарету, хотя ему хватило такта держаться подальше от коллеги из Америки. Еще через десять минут все были в операционной. Анестезиолог сообщил, что не произошло ничего непредвиденного, и операция возобновилась.